В траве забвения Военного кладбища

Исторический Пантеон Беларуси накануне Радуницы 2009 года...

 

Военное кладбище в Минске на улице Козлова лично мне дорого потому, что в здешней церкви Александра Невского когда-то отслужили панихиду по моему деду Петру Федоровичу Крапивину — ветерану Великой Отечественной, орденоносцу.

Дед был ученым-филологом и, наверное, немало бы удивился, рассмотрев сегодняшнюю вывеску на воротах этого кладбища:

Зачем тут уничижительные кавычки?

Эх, сказал бы кто-нибудь Герою Советского Союза генерал-полковнику Никандру Евлампиевичу Чибисову, что в Минске его похоронят не на Военном, а на «военном»…

Сравним названия классически известных кладбищ: Новодевичье, Пер-Лашез, Арлингтонское, Ольшанское… Только дурак и неуч способен прицепить к ним кавычки. А в Минске титульная мраморная доска знаменитого некрополя вдобавок испохаблена канцелярским жаргоном: «Спецкомбинат КБО».

Слава Богу, не знают классики белорусской литературы Янка Купала и Якуб Колас, что прах их покоится не на Вайсковых могiлках, а в «спецкомбинате»…

В 1945 году название этого кладбища писали еще без кавычек. Правда, то с маленькой буквы, то с большой — попеременно. Читаем документ — справку военного отдела Минского горкома КП(б)Б о состоянии Военного кладбища на 25 сентября:

«По решению ЦК КП(Б)Б и в развитии этого решения было принято постановление бюро Минского горкома КП(б)Б об организации специального военного кладбища, куда необходимо перенести все трупы павших борцов за нашу советскую Родину с немецкими захватчиками, оборудовать кладбище и т. д.

Проведение этой работы возложено на горисполком, но последний очень мало сделал для того, чтобы выполнить это решение.

Военное кладбище находится в далеко не оборудованном состоянии. Груды битого кирпича, завалено ломом железа, не спланировано, посередине стоит полуразрушенная кирпичная уборная, являющаяся источником зловония и загрязнения. Общим забором не обнесено, в итоге нет контроля за сохранением памятников, надписей и порядка в похоронах — некоторых хоронят без всяких разрешений похоронного бюро гражданских и военных лиц на военном кладбище. Очень небрежно оформляют могилы госпитали в/частей.

В июле месяце за вашей подписью, тов. Горин, была послана докладная записка на имя председателя горисполкома тов. Паромчика, в которой были намечены основные мероприятия по работе на военном кладбище, но повторной проверкой 23 сентября установлено, что Военное кладбище находится в таком же состоянии, как и в июле месяце.

<…> Всего перенесено трупов на военное кладбище — 39.

Выделена площадь для военного кладбища в районе Долгобродской улицы, но работники горисполкома, на которых возложена эта работа, совершенно не чувствуют надлежащей ответственности за выполнение решения ЦК КП(б)Б и СНК БССР по этому вопросу.

Зав. военным отделом Минского городского комитета КП(б)Б

ГАРМОТЬКО
»

(Государственный архив Минской области. Ф. 69п. Оп. 1. Д. 49. Л. 3–6)

Сегодня участок Военного кладбища, видом которого в 1945 году возмущался товарищ Гармотько, выглядит вполне достойно:

Но это, примерно, лишь четвертая часть Военного кладбища — то, что видно с улицы. На остальной площади сегодня картины иные:

   

Военное кладбище в Минске. 26 апреля 2009 г.

Летом трава здесь будет по пояс. И летом же обычно приезжают мои зарубежные коллеги-журналисты. Просят всегда показать, по их выражению, «Белорусский Пантеон».

Веду к могилам: 1) основателя БССР Александра Червякова; 2) первого президента АН БССР Всеволода Игнатовского; 3) автора музыки Государственного гимна Беларуси композитора Нестора Соколовского; 4) автора текста Государственного гимна поэта Михаила Климковича…

Экскурсия сопряжена с известным риском, ибо практически всегда на Военном кладбище нам встретятся неопрятные личности. Тут в зарослях у них «засидки» и «лежки», склады пустых бутылок и тряпья. «Клошары», — понимающе говорят зарубежные коллеги-журналисты.

Мужчина спит на Военном кладбище в Минске. Примерно в 20 метрах отсюда находится могила председателя СНК и ЦИК БССР, одного из председателей ЦИК СССР А.Г. Червякова.

«Обитатели» Военного кладбища. Место фотосъемки — в 15 метрах от могилы автора Государственного гимна Беларуси Н.Ф. Соколовского.


С «бесхозом» на историческом Военном кладбище его администрация борется, прикрепляя к оградам и крестам вот такие извещения:

Что ж, тактика понятная: меньше могил — меньше забот. Или даже так: «Есть могила — есть проблемы…»

«Сегодня Военное кладбище является мемориальным комплексом, где похоронены воины — освободители Беларуси от немецко-фашистских захватчиков», — только так трактует этот исторический объект официальный сайт Мингорисполкома. Иные сведения не приводятся. Но кто был похоронен здесь прежде?..

Коль нет пророка в своем отечестве, то процитируем издание из серии «Российский некрополь» — «Минское военное кладбище: захоронения дореволюционного периода» (Составители: А.А. Лукьянов, А.Л. Самович, А.А. Шумков. Редактор В.Н. Веревкин-Шелюта. СПб.: Издательство ВИРД, 2002):

«Первые упоминания о кладбище Минского военного госпиталя относятся к 1840-м гг. Оно располагалось в конце Госпитальной улицы, на окраине Минска, в месте называвшемся «Долгий брод». К концу XIX века территория кладбища была заполнена, и в 1895 г. оно было закрыто для захоронений. Позади старого участка к кладбищу была прирезана свободная территория, названная новым Военным кладбищем. Оно было крестообразно разделено дорожками на четыре части (для двух пехотных полков, артиллерии и местных батальонов). 2 июля 1895 г. у воздвигнутого в центре большого креста военным духовенством во главе с благочинным 30-й пехотной дивизии отцом Павлом Богдановичем в присутствии военного начальства и команд от всех частей Минского гарнизона был отслужен соборный молебен, а по освящению нового кладбища — панихида по всем усопшим и убиенным воинам на старом. На месте креста, в центре кладбища, предполагалось со временем построить часовню. Однако вскоре было решено строить не часовню, а храм-памятник, которой увековечил бы память русских воинов, погибших в Русско-турецкую войну 1877-1878 гг. Строительство началось весной 1896 г. и было завершено за полтора года. 2 февраля 1898 г. новопостроенный храм был освящен Преосвященнейшим Симеоном, епископом Минским и Туровским, во имя святого благоверного князя Александра Невского В торжестве приняли участие Виленский генерал-губернатор и командующий войсками Виленского военного округа генерал-от-инфантерии генерал-адъютант В.Н. Троцкий, начальник 4-го армейского корпуса генерал-лейтенант П.Т. Перлик, гражданское начальство Минской губернии и весь офицерский корпус гарнизона. Александро-Невская церковь получила статус полковой церкви 119-го пехотного Коломенского полка. В нее были перенесены полковые реликвии: походная церковь и полковые хоругви Коломенского полка. На западных столбах внутри церкви были размещены две черного мрамора доски с именами погибших в 1877-1878 гг. офицеров и нижних чинов полка (вырезанные ранее на колонках походной церкви) и 30-й артиллерийской бригады. Реликвии и доски доныне находятся в церкви. За алтарной стеной церкви были устроены две братские могилы для нижних чинов. <…>».

Но, похоже, что все это мало интересует сегодняшние власти. Они исполняют на Военном кладбище некий обязательный минимум в отношении могил героев Великой Отечественной войны 1941–1945 годов, а в остальном…

Дело в том, что с конца пятидесятых белорусская номенклатура «ушла» на Восточное (Московское) кладбище Минска. Там сегодня милиция, там требуемые бюджетные ассигнования.

А на историческом Военном кладбище — трава забвения.