Из-за нехватки медиков в белорусских больницах отменяют операции

Текучесть кадров в отделениях интенсивной терапии во многом связана с тем, что обязанности врачей реанимации становятся безграничными, а это увеличивает риски при работе...


операцияРеанимационная помощь в Беларуси становится все более современной, однако ее бичом является нехватка медицинских кадров. Врачи-реаниматологи констатируют свою юридическую незащищенность и говорят о работе на износ.

Главный внештатный клинический анестезиолог-реаниматолог комитета по здравоохранению Минского облисполкома Сергей Шарилов подчеркнул на конференции по проблемам анестезиологии и интенсивной терапии критических состояний, что в сельской местности вопросы оказания медицинской помощи в реанимациях крайне обострены.

Часто ситуация бывает такой, рассказал он, что в больницу поступает пациент, которому необходима реанимация или анестезия, а из-за того, что в больнице нет врача, за ним приходится посылать машину. «Что это означает, когда мы понимаем, что помощь необходимо оказывать срочно, а не через какое-то время? У нас нет времени добежать до операционной, не то, что ждать, пока приедет врач. У нас не хватает кадров, причем как врачей, так и медсестер», — подчеркнул Сергей Шарилов.

Главный внештатный клинический анестезиолог-реаниматолог управления здравоохранения Гомельского облисполкома Иван Чемерко отметил, что в области есть районы, например, Чечерский, где вообще нет анестезиолога. Семь районов имеют по одному специалисту такого профиля. «В случае если район обслуживает один реаниматолог, — говорит он, — организация круглосуточной работы крайне затруднена».

Трудно себе представить, как человек живет, когда может быть вызван на службу в любое время дня и ночи. При этом вне зависимости от того, сколько он спал, когда ел, помощь врач должен оказывать квалифицированную.

Проблема обострена до предела и в крупных клиниках, где работа в реанимациях очень интенсивная. Нагрузка реанимационных медсестер гораздо больше, а зарплата, по словам С.Шарилова, незначительно отличается от уровня сестер терапевтического отделения. Ранее тяжелая работа компенсировалась продолжительным отпуском. Но в результате недавней аттестации рабочих мест реанимационные медсестры дополнительного недельного отпуска были лишены.

Теперь медсестер, которые собственно и занимаются уходом за больными, от чего во многом зависит успех лечения, в реанимациях «катастрофически не хватает». Доходит до того, рассказал С.Шарилов, что, «например, в областной больнице приходится отменять операции из-за нехватки сестер».

С врачами дело обстоит тоже плохо. Из года в год самая сложная ситуация наблюдается в столице и Минской области, где укомплектованность врачами составляет 57,8% и 60% соответственно. Лучше, если можно так сказать, дела с кадрами обстоят в Брестской области, где почти 77% мест врачей в реанимациях заняты. В 2009 году в целом в системе здравоохранения страны укомплектованность анестезиолого-реанимационной службы составила 66,5%. В стране работают 1738 анестезиологов и реаниматологов.

Главный внештатный анестезиолог-реаниматолог Минздрава Георгий Илюкевич подчеркнул, что особенно удручает нехватка врачей анестезиологов-реаниматологов в сфере родовспоможения. Например, в роддомах Витебской области в 2009 году были заняты 60,3% ставок врачей против 60,4% в 2008 году. В центре «Мать и дитя» в 2009 году ситуация также заметно ухудшилась в сравнении с предыдущим годом (60% и 67% соответственно).

Георгий Илюкевич недоумевает: «Мы не можем разобраться, почему в хороших клиниках существует дефицит кадров в реанимациях. Если говорить о зарплате, то тут все не так однозначно. Например, по данным больницы скорой медицинской помощи Минска, средняя зарплата врача-анестезиолога составляет здесь около 1 млн. 900 тысяч рублей. И в этой больнице не хватает врачей. При этом Республиканский клинический медицинский центр Управления делами президента Республики Беларусь сообщает о средней зарплате врачей в реанимациях в размере 900 тысяч, но там ситуация с укомплектованностью кадрами лучше».

Врачи между тем объясняют — слишком велика нагрузка в крупных медцентрах, слишком много ответственности в маленьких районных больницах.

В связи с проблемой гиперответственности стоит упомянуть также и, например, вмененную реаниматологам приказом Минздрава обязанность устанавливать временные эндоназальные кардиостимуляторы. «Однако, — говорит Сергей Шарилов, — расходных материалов для этого нет, сотрудников не обучали этой манипуляции. При этом от реаниматологов ждут, что они будут их делать. Не редкость, когда нам привозят из районов кардиобольных в тяжелом состоянии, даже не согласовав с нами».

Главный внештатный клинический анестезиолог-реаниматолог управления здравоохранения Могилевского облисполкома Алексей Марочков отметил, что текучесть кадров в отделениях интенсивной терапии во многом связана с тем, что обязанности врачей реанимации становятся безграничными, а это увеличивает риски при работе. Когда страна переживала эпидемию гриппа, и больницы были переполнены, именно реаниматологи приняли на себя поток больных с тяжелыми пневмониями, которым часто не могли помочь«Реаниматолог, который не знает рамок своих обязанностей, начинает метаться и допускает ошибки», — сказал Алексей Марочков.

По его мнению, настало время поставить вопрос о юридической защите анестезиологов, поскольку пока в случае возникновения проблем «они, не имея юридической подготовки, остаются наедине с самими собой». Главный внештатный клинический анестезиолог-реаниматолог управления здравоохранения Брестского облисполкома Игорь Лобан отметил, что в случае, когда пациенты выдвигают обвинения в адрес врачей, последние оказываются беззащитными. «Судиться — дело дорогое и хлопотное. Мы вынуждены были собирать деньги на адвокатов», — отметил он.

Существует также проблема, о которой вообще трудно говорить — реанимации все чаще сталкиваются с тем, что туда направляют больных в термальном состоянии, то есть реанимациями заменяют хосписы, которых в стране мало. Речь идет о том, что в реанимации привозят людей, которые нуждаются, прежде всего, в досмотре и уходе.

Однако белорусские реалии таковы, что больной человек в семье может поставить семью на грань выживания. Если за ним необходимо ухаживать в течение длительного времени, то среднестатистические семьи решают вопрос просто — кто-то уходит с работы и остается дома с больным. Между тем есть и такие, которые не забирают родственников из больниц. В обычных отделениях умирающие находиться не могут, потому что за ними нужен постоянный уход, а показаний к госпитализации в реанимацию они не имеют.

Между тем высокотехничная высококвалифицированная помощь в реанимации крайне дорогостоящая. Так, один день в реанимации Больницы скорой медицинской помощи Минска обходится в 1,6 млн. рублей. Сергей Шарилов подчеркивает, что, на его взгляд, больные в термальном состоянии не должны переводиться в реанимации.

«Пока же в палаты интенсивной терапии направляют больных в последней стадии онкологического заболевания, с хронической сердечной, легочной недостаточностью. Однако в реанимациях таким больным помочь невозможно. Таким образом, дорогостоящая реанимационная койка превращается в хоспис, что непозволительно. Тем не менее, если родственники привозят такого больного, а мы откажем в госпитализации, у врачей возникнет много проблем», — подчеркнул он.

Возможно, ситуация как-то изменится с появлением приказа «О совершенствовании реанимационной помощи населению Беларуси», которого очень ждут медики. Пока документ разрабатывается, однако известно, что количество реанимационных коек в стране, особенно в крупных клиниках и специализированных отделениях, будет увеличено. В реанимациях в связи с новым выпуском медвузов ждут также 150 специалистов. Планируется ввести в штатное расписание отделений анестезиолого-реанимационной службы должности технического инженера — специалиста, ответственного за работу аппаратуры. Если увеличится перечень высокотехнологичных операций, по которым положена надбавка, значит, увеличится и зарплата.

Будем надеяться, что от этого будет лучше и врачам, и пациентам.