Когда психологическая травма становится производственной

Психологический урон, нанесенный работнику работодателем, может считаться производственной травмой. Правда, при определенных обстоятельствах...

психологическая травмаКак сообщил во время онлайн-конференции на сайтах БЕЛТА и Минтруда и соцзащиты начальник управления охраны и государственной экспертизы условий труда Минтруда и соцзащиты Иван Карчевский, психологический урон, нанесенный работнику работодателем, может считаться производственной травмой при определенных обстоятельствах. 
 
Постановлением Совета министров от 19 апреля 2010 года № 579 внесены изменения и дополнения в Правила расследования и учета несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний. Изменения коснулись как терминологии, сроков проведения расследования, так и некоторых подходов к самому расследованию.

«В соответствии с пунктом 3 Правил расследования и учета несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, расследуются несчастные случаи, в результате которых работники получили травмы и иные повреждения здоровья, повлекшие за собой необходимость перевода потерпевшего на другую работу, временную (не менее одного дня) утрату им трудоспособности либо трудовое увечье, происшедшие в течение рабочего времени, при выполнении работ в сверхурочное время на территории организации, нанимателя, страхователя, а также в любом другом месте, где потерпевший находился в связи с работой либо совершал действия в интересах организации, нанимателя, страхователя, — рассказал Иван Карчевский. — На основании вышеизложенного, если психологический урон, нанесенный работодателем, повлек за собой необходимость перевода <…> на другую работу, временную (не менее одного дня) утрату <…> трудоспособности и может быть подтвержден соответствующим медицинским заключением, то такой случай подпадает под действие Правил расследования и подлежит оформлению актом о несчастном случае на производстве формы Н-1».

Есть одна сложность — этот психологический урон должен быть подтвержден соответствующим медицинским заключением. Порой нелегко доказать необходимость возмещения морального вреда даже в суде. Что уж говорить о психологическом уроне на работе.

«Ведь все люди обладают разной стрессоустойчивостью, — объяснила «Белорусским новостям» психолог Ольга Андреева. — А это значит, что то событие, которое для одного пройдет бесследно, для другого станет психологической травмой. И не все всегда могут это понять. «Проще» с теми случаями, которые большинством людей признаются, как серьезная психологическая травма — например, смерть близкого».

Но что делать тем, кого в депрессию вгоняет резкий тон начальства?

«Выходом может стать клиническая психологическая экспертиза, которая определит уровень стресса, — заметила О.Андреева. — Однако тут остается открытом один вопрос — как узнать для сравнения и доказательства психологических изменений, каково обычное состояние человека?»

Потому психолог рекомендует тем работникам, которым действительно был нанесен психологический урон на работе и которые хотят добиться компенсации за это, собирать «доказательную базу».

«В первую очередь, конечно, это заключение врача, к которому нужно обратиться как можно быстрее, — рассказала О.Андреева. — Но, кроме этого, работник может, например, записывать на диктофон оскорбления в свой адрес от руководства, если таковые имеют место быть. Словом, нужно иметь максимум подтверждений не только самому факту травмы, но и причин, следствием которых она стала».

О.Андреева признала: наше общество до сих пор с сомнением относится к стрессам и депрессиям, не считая их чем-то серьезным.

«Однако если общество не готово к пониманию таких вещей, то оно просто так никогда само и не станет готово, — рассказала она. — Будут прецеденты — будет и должное внимание к таким случаям, будет придаваться им значение. Ведь еще совсем недавно многие также воспринимали иск в суд о возмещении морального вреда. Однако сейчас чаще всего этот вред удается доказать и получить компенсацию. Я сама побывала в такой ситуации: владелец стоянки был виноват в том, что побил мою машину. И я подала в суд иск с требованием возместить не только ремонт, но и моральный ущерб. Да, я не плакала ночами из-за побитой машины, ничего такого — но мне было некомфортно ездить на таком авто, к тому же пришлось потратить много времени на судебное разбирательство. И суд, между прочим, совершенно спокойно признал справедливость моих требований — и я получила и моральную компенсацию».

Резюмируя, психолог напомнила о необходимости всегда и всюду отстаивать свои права.

«Нужно приложить все усилия, чтобы из любой стрессовой ситуации выйти не побежденным, а победителем — иначе последствия могут быть куда серьезнее временной потери трудоспособности из-за психологической травмы, — объяснила О.Андреева. — Но об этом должны беспокоиться не только сами работники, но и представители госструктуры. Чиновники должны учить своих граждан отстаивать свои права».

критикаВ то же время О.Андреева заметила, что чиновникам в данной ситуации стоит подумать и о том, как защитить самого работодателя от недобросовестных сотрудников.

«На этой почве может возникнуть множество спекуляций — например, когда работник обвиняет нанимателя в нанесении психологической травмы за резкую критику, которая на самом-то деле была справедливой, — рассказала она. — Ни для кого не будет новостью, если я скажу, что наши люди и правда очень часто халтурят на работе. Особенно это касается сферы обслуживания, работникам которой как раз, на мой взгляд, стоит делать замечания.

Таким образом, и работодатель может оказаться обиженным. Потому, как и в любой спорной ситуации, тут всегда должны учитываться мнения, заявления и интересы обеих сторон».

Кстати, во время онлайн-конференции представители Минтруда рассказали и о том, что с 1 июля текущего года несчастные случаи на рабочем месте из-за пьянства будут признаваться непроизводственными

Справка «Белорусских новостей»

Ежедневно от связанных с работой травм и заболеваний в мире погибают около 6,3 тыс. человек — это более 2,3 млн. смертей в год. Каждый из 337 млн. несчастных случаев, ежегодно происходящих на производстве, как правило, влечет за собой длительное отсутствие работников на рабочих местах. С точки зрения человеческой жизни цена этой каждодневной трагедии неизмерима. А связанные с ней экономические издержки оцениваются в 4% мирового ВВП в год.