Среднее образование — полигон для антиреформ

Речь нужно вести не о формальном подходе — 11 или 12 лет, пять рабочих дней или шесть, а сущностном…

 

Белорусскую школу последние несколько лет постоянно трясет: то ее переводят на 12-летнее обучение, то возвращают к 11-летке. То сокращают часы на изучение иностранных языков, то делают этот предмет приоритетным. То отменяют углубленное изучение, то снова вводят. Конца этим переменам не видно, зато невооруженным глазом видно, что качество подготовки школьников не улучшается.

Работа над ошибками?

Министерство по чрезвычайным ситуациям выступает за возвращение в школьную программу курса «Основы безопасности жизнедеятельности» (ОБЖ) в качестве обязательного предмета и введение по нему зачета или экзамена.

По словам начальника управления надзора и профилактики МЧС Владимира Рафальского, инициатива МЧС была поддержана Государственным секретариатом Совета безопасности, а Министерство образования получило поручение заместителя премьер-министра Анатолия Тозика проработать этот вопрос.

Даже если объем курса будет небольшим, он «все равно очень важен» для детей, которых необходимо научить безопасному поведению на воде, при пожаре, холодах и других чрезвычайных ситуациях.

МЧС и ГАИ неоднократно и ранее поднимали вопрос о возвращении в школьную программу курса ОБЖ, который был исключен из нее в 2008 году, когда средняя школа переходила с 12-летнего на 11-летнее обучение. Сейчас предмет изучается на факультативах.

И, вероятно, такое положение сохранится. Как заявила консультант управления социальной и воспитательной работы Министерства образования Лариса Емельянчик, министерство не планирует делать факультативный курс ОБЖ обязательным школьным предметом.

«Минобразования считает это нецелесообразным, поскольку дополнительные экзамены или зачеты могут привести к учебной перегрузке детей», — отметила она.

А вот сокращенные при переходе с 12 на 11 лет обучения часы изучения иностранного языка в школы вернули. Кроме того, классы стали делиться не на две, как раньше, а на три группы. Вернули иностранные языки и в экзаменационную программу.

Со следующего учебного года в школы возвращается и ликвидированное в 2008 году профильное обучение

Любопытная деталь — председатель Совета Республики Анатолий Рубинов, который в течение многих лет возглавляет комиссию по контролю за ходом вступительной кампании, в 2010 году категорически заявлял, что профильные классы в школах не вернут. Однако Минобразования как-то не учло его точку зрения, хотя в кулуарах говорят, что в сфере образования это не так уж и просто.

Перемены формальные, а не качественные

Несмотря на происходящие изменения, педагог из Гомеля Александр Вороненко, который занимается исследованиями в сфере образования, считает, что работу над ошибками Минобразования все же не делает.

Какие-то изменения диктуются экономикой, какие-то происходят из-за лоббирования своих интересов теми или иными ведомствами, отмечает Вороненко. Так, МЧС говорит о курсе безопасной жизнедеятельности, Прокуратура отмечает недостаточное оснащение школ системами безопасности. Даже спортивные федерации спорят за приоритетное внимание их видам в системе среднего образования.

«У всех свой интерес в силу своих задач», — подчеркнул педагог.

При этом он отметил, что возвращение профильного обучения в школы продиктовано жизненной необходимостью и обострившейся проблемой качества школьного образования.

Александр Вороненко обратил внимание на то, что результаты ЦТ до отмены профильного обучения были значительно лучше. Например, по русскому языку средний балл, который набрали абитуриенты, составлял в 2005 году — 43,07, а в 2010-м — 31,27 и в 2011-м — 30,48. По математике в 2005 году средний балл был 28,18, в 2010-м — 21,76 и в 2011-м — 21,56.

Когда отменяли профили, мнение педагогической общественности проигнорировали, ведь согласно данным проведенного в 2007 году социсследования, 95,4% опрошенных педагогов высказывались за сохранение профильного образования, отметил Вороненко. Теперь, по его наблюдениям, «учителя восприняли новость о возвращении профилей с удовлетворением».

Идея унификации среднего образования с переводом углубленного изучения предметов на факультативы «себя абсолютно не оправдала, так как факультативы оказались неэффективными».

«Речь нужно вести не о формальном подходе — 11 или 12 лет, пять рабочих дней или шесть, а сущностном. В стране постоянно меняются учебники и программы. Еще несколько лет назад, пока не ввели минимальный порог для участия в конкурсе при поступлении в вузы, на педагогические специальности поступали с «единицами» и «двойками» по профильному предмету. Вот где настоящие проблемы», — отметил Александр Вороненко.

Между тем в среде академической общественности можно услышать мнение, что 11-летнее школьное образование не очень-то вписывается в стратегию вступления в Болонский процесс. А такую цель государство, несмотря на неудачную первую попытку, по-прежнему ставит.

Переход на двенадцатилетку много лет назад объяснялся в числе прочего как раз необходимостью приблизить сферу образования к Болонскому процессу, напомнил Александр Вороненко. Однако реальных шагов по концептуальным вопросам предпринято так и не было, что и стало поводом для отката.

«В Беларуси как не было, так и нет автономии университетов, выборности ректоров, студенческого самоуправления и академических свобод. Таким образом, для достижения каких-то качественных результатов при преобразованиях в сфере образования речь все же необходимо вести не о формальных вещах, а о сущностных», — отметил Александр Вороненко.