Доктор Донская: алкоголь бьет по всем — от бомжа до академика

Знаменитый доктор Светлана Донская рассказала, почему с каждым годом белорусы пьют все больше и как можно победить эту страшную болезнь…


Беларусь относится к группе стран с высоким уровнем потребления алкоголя. В 2014 году на диспансерном учете состояло почти 172 тысячи человек. Но это официальная статистика. По мнению специалистов, в Беларуси около 1,2 миллиона алкоголиков. По количеству алкоголя на душу населения наша страна занимает первые позиции в мире.

Знаменитый доктор Светлана Донская в интервью Naviny.by рассказала, почему с каждым годом белорусы пьют все больше и как можно победить эту страшную болезнь.




Если родственник — алкоголик, риск повторить его судьбу в семь раз выше, чем в непьющей семье

— Светлана Львовна, почему белорусы так много пьют?

— Причины алкоголизации населения — недостаточный уровень жизни, семейные неурядицы, питейные традиции, доступность спиртных напитков, генетическое предположение. Недавно белорусский ученый Андрей Копытов в своей диссертации доказал, что у членов семьи, где есть больные алкоголизмом, риск развития этой патологии в семь раз выше, чем у остальных.

— Как понять, что твой близкий человек не просто время от времени выпивает, а болен алкоголизмом?

— Специалисту понять довольно просто, но это не сложно понять и любому члену семьи. Явные симптомы алкоголизма — потеря контроля над выпитым алкоголем, исчезновение рвотного рефлекса, повышение толерантности к спиртному (человек выпивает много, но как бы не пьянеет), отрицание факта злоупотребления алкоголем («я пью, как все»), плохое самочувствие после выпивки накануне. Желание опохмелиться — это уже вторая стадия алкоголизма.


Алкоголизм насильно не лечится

— Если человек не осознает свою болезнь, можно ли его лечить принудительно? Например, закрыть в квартире на две недели, а потом привезти на кодирование в медицинский центр.


— Это малоэффективно. Нельзя заставить человека, который не понимает своей проблемы, пройти лечение.

— Но в Беларуси действуют лечебно-трудовые профилактории (ЛТП). По своей воле туда не отправляют. Такой метод лечения вы считаете эффективным?

— Оформление в ЛТП не является принудительным лечением от алкоголизма — это лишь мера принудительной изоляции и медико-социальной реадоптации. Насильно в ЛТП не лечат, там главный доктор — воспитание и трудотерапия со строгим соблюдением установленного режима. Помещение алкоголика в такое учреждение — это, прежде всего, возможность для близких хотя бы на время забыть о пьяных разборках и драках, и в то же время, это шанс для человека осмыслить свое поведение и, может быть, принять решение о лечении.

— На ваш взгляд, целесообразно ли было сохранять ЛТП? Ведь Беларусь практически единственная страна на постсоветском пространстве, где данная практика существует до сих пор…

— Было время, когда ЛТП закрывали, но потом снова к этому вернулись, потому что очень много асоциальных алкоголиков, на которых абсолютно ничего не действует — ни психотерапия, ни убеждения, ни милиция. Хотя в 1990 году по просьбе Минздрава у нас прошло лечение 120 больных Жодинского ЛТП. Мы считали, что этот эксперимент обречен на неудачу. Через два года главный врач ЛТП проанализировал результаты, и оказалось, что 58,7% пациентов после лечения вели трезвый образ жизни. Тогда было сделано заключение, что в ЛТП попадают люди, которым не были предложены альтернативные методы лечения.

— Кроме ЛТП, государство пытается бороться с алкоголизмом и другими методами — в некоторых городах устанавливают доски позора с портретами алкоголиков. Иногда запрещают продажу алкоголя. Такие меры эффективны?

— На некоторых это действует, но на совсем спившихся — нет. Главный врач минского наркодиспансера Сергей Молочко предложил 0,1% стоимости алкогольных напитков направлять на борьбу с алкоголизмом. Полученная сумма только в Минске составила бы 2,5 млрд. рублей в год. Эти деньги можно было бы направить на научные исследования проблемы зависимого поведения, пропаганду здорового образа жизни.

— Но пойдет ли на это государство? Ведь продажа спиртных напитков приносит хорошие деньги…

— Затраты на ликвидацию последствий злоупотребления алкоголем в восемь раз превышают ежегодную прибыль от реализации спиртного. Счет идет на миллиарды! Это и травматизм в пьяном виде, и ДТП от действий нетрезвых водителей, и пожары уснувших под парами алкоголя с сигаретой в зубах, и страшные преступления — убийства, кражи, драки. 

В Гродненской и Могилевской областях 100% убийств совершается под влиянием алкоголя.


Около 40 тысяч женщин страдают алкоголизмом

— Правда ли, что алкоголизм в Беларуси «молодеет»?

— Это действительно так. К нам обращаются за помощью даже несовершеннолетние, но мы отказываем, так как метод кодирования до 18 лет противопоказан из-за незрелости психики. Среди подростков особенно актуальна проблема пивного алкоголизма. У нас был пациент, который к 20 годам выпивал до 12 бутылок пива, а ведь пол-литра пива равноценно 50 г водки. Нужно с детского возраста объяснять, что такое пиво, что это не такой уж безобидный напиток.

— Что можно сказать по поводу алкоголизма среди женщин?

— В 1990 году соотношение женского алкоголизма к мужскому было 1:12, теперь — 1:4. Тенденция роста вызывает опасения. На диспансерном учете состоит более 38 тысяч пациенток. У женщин привыкание возникает гораздо быстрее, за 3-5 лет, у мужчин этот период составляет 7-10 лет.

Почему в последние годы белоруски стали пить чаще и больше? Современная женщина активно работает, и на ней зачастую лежит также работа по дому, воспитание детей. Для снятия нагрузки женщины начали злоупотреблять алкоголем, у них чаще идет одиночный алкоголизм. У пациенток алкоголизм развивается в более позднем возрасте. Есть два опасных периода — 25-30 лет (женщина выпивает для снятия стресса) и 40-45 лет (случается развод, семейные неурядицы, дети уходят во взрослую жизнь).

Вернуть женщину с алкогольной зависимостью к нормальной жизни довольно сложно. Важно, чтобы у нее сохранились ценности.

— Представим, что человек прошел лечение. Он выздоровел раз и навсегда?

— Нет, к сожалению, алкоголизм — это болезнь на всю жизнь! Стоит после многих лет трезвости попробовать спиртное — болезнь возвращается. Недавно к нам пришел пациент, который не пил 23 года. У него неожиданно умирает жена и на поминках его уговаривают выпить «три глотка спиртного». Через три дня он попадает в больницу, потому что у него начинается запой. Он считал, что если код закончился и он много лет не пьет сам, то у него крепкая сила воли, он сможет контролировать прием спиртного. Ничего подобного. Глоток спиртного возвращает болезнь!

— Если человек сорвался, ему с начала нужно будет пройти весь этот путь?

— Совершенно верно. Метод лечения и доктора он выбирает сам. Главное, чтобы он хотел избавиться от этой болезни. Ведь алкоголь поражает лобные доли головного мозга, а это наше творчество, целенаправленная деятельность, память. И если наступают провалы в памяти, то это уже вторая стадия алкоголизма, а третья стадия — неизлечима!


Кодирование — жизнь под страхом?

— В чем именно заключается кодирование? И можно ли назвать этот метод панацеей?


— Методы лечения от алкогольной зависимости делятся на две большие группы: медикаментозные и психотерапевтические. Ни один метод не является панацеей. Главный фактор для выздоровления — искреннее желание больного изменить свой образ жизни. Пациент сам должен выбрать способ, которому он доверяет.

Наша методика — эмоционально-стрессовая психотерапия, разработанная народным врачом СССР Александром Довженко, так называемое кодирование. В подсознание зависимого человека, который находится в состоянии транса, внедряется установка (код) на трезвую жизнь, на срок, который выбирает сам пациент. Метод демократичный: не нравится трезвая жизнь — можешь приехать и раскодироваться.

Метод не помогает тем, кто идет на лечение по принуждению (жена угрожает разводом, на работе обещают уволить, милиция собирается отправить в ЛТП). В таком случае не будет никакого эффекта. Такие люди, как правило, берут маленькие сроки кодирования и если им нравится трезвая жизнь — приходят на продление, не нравится — раскодируются.

— Заведующий сектором наркологии Республиканского научно-практического центра психического здоровья Владимир Максимчук магазинах. На ваш взгляд, может и Беларуси стоит пойти по этому пути?

— Сложный вопрос. Одними запретительными методами проблему не решить. Всегда найдут способ, как это обойти: продажа спиртного в такси, подпольная продажа по завышенным ценам... С пьянством нужно бороться не с помощью запретов, а работать в неблагоприятных семьях. Занять подростков, чтобы у них не было свободного времени сидеть на скамейке и пить пиво или водку.

— В обществе сформировался стереотип, что алкоголик — это бедный, необразованный человек, который ни к чему не стремится. Можно ли соотнести этот портрет с основным потоком пациентов?

— Алкоголь бьет от бомжа до академика. Просто обеспеченные люди пьют более дорогие спиртные напитки. Но от зависимости их это не спасает. Если у человека есть генетическая предрасположенность, это обязательно сыграет. Бывает, страдает родственник алкоголизмом. Начинают смотреть на семью, вроде бы остальные не злоупотребляют. А потом выясняется, что прадед любил выпить лишнего. Казалось бы, два поколения прошло, а внука «зацепило». Среди наших пациентов есть даже врачи, которые лучше других знают, что с алкоголем шутки плохи. К сожалению, даже самые светлые умы иногда заканчивают психиатрической больницей.

— Понятно, что самый лучший способ избежать алкоголизма — отказаться от спиртного. Но в нашем обществе такой человек зачастую выглядит как белая ворона. В компании над ним могут подтрунивать, поэтому далеко не каждый готов пойти на это…

— Если у человека после прилично принятой дозы нет рвотного рефлекса, он не чувствует меры, утром бежит опохмелиться — ему нужно срочно отказываться от спиртного! Другого выхода нет. А если на следующий день человек чувствует себя хорошо, нет никаких проблем со здоровьем, то здесь зависимости от алкоголя нет. Не надо бить тревогу: он может позволить себе выпить, и от этого не страдает ни семья, ни работа, ни общество.


Светлана Донская

Светлана Донская родилась в 1938 году. Окончила Минский государственный медицинский институт. Работала врачом-психиатром в Республиканской клинической психиатрической больнице, врачом-наркологом медсанчасти завода «Горизонт».

В 1980-х познакомилась с народным врачом СССР Александром Довженко, автором уникального метода лечения алкоголизма. Прошла курсы усовершенствования в Харьковском научно-исследовательском институте неврологии и психиатрии Академии медицинских наук Украины, затем обучалась в Республиканском научно-практическом наркологическом центре в Феодосии.

В 1984 году первая в Беларуси получила право проводить лечение людям, страдающим зависимостями (алкогольной, никотиновой, пищевой) методом стрессопсихотерапии Довженко. С тех пор работает в центре «Резервные возможности человека». Пролечила десятки тысяч пациентов.

Член Республиканской ассоциации психотерапевтов, член Международной Лиги Трезвости.