Чернобыльский туризм — уникальное украинское изобретение

От группы не отставать, ничего не трогать, в карманы не класть и из «зоны» никаких памятных предметов не вывозить...

Чернобыльская зона отчуждения, по версии журнала «Форбс», является одним из самых экзотичных мест для туризма. Однако главный вопрос вызывает безопасность таких поездок, и мнение ученых здесь неоднозначно.

Эксперт Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), доктор биологических наук и кандидат медицинских наук Яков Кенигсберг считает это «украинское изобретение» (туризм в «зону отчуждения». — прим. авт.) неправомерным, поскольку с туристами не заключается договор и стороны не принимают определенных обязательств.

«Если человек поедет в «зону» и через несколько лет заболеет раком, он может подать в суд, заявив, что поездка была недостаточно безопасной, — отметил эксперт. — Это не место для развлечения».

Договор с туристами действительно не заключается — это корреспондент «Белорусских новостей» испытала на себе, однако вход в «зону» проводится только по предварительной регистрации и с предъявлением паспорта. Несовершеннолетних туда не пускают, однако не столько из-за опасности облучения, сколько из-за нераспространения на них уголовной ответственности, которая предусмотрена для взрослых за нарушение правил пребывания на территории.

Из зоны отчуждения

Все экскурсии начинаются с прибытия на КПП «Дитятки», где и проводится проверка паспортов, а также осмотр транспортного средства. Странно, однако, что на входе туристов проверяют, а на выходе — нет…

Проверка паспортов на КПП «Дитятки»

Далее по маршруту — Чернобыль, где дозиметр показывает всего 10 микрорентген/час (примерно такой же уровень радиации в Киеве). В здании государственного агентства информации, развития и международного сотрудничества «Чернобылинтеринформ» туристы проходят инструктаж, суть которого — от группы не отставать, ничего не трогать, в карманы не класть и из «зоны» никаких памятных предметов не вывозить. Гидом для туристов является постоянно работающий на загрязненной территории человек, у которого есть специальные карты с обозначением наиболее радиоактивных мест.

«Тридцатка» — так специалисты называют 30-километровую территорию отчуждения — не имеет четкой геометрической формы и состоит из внешнего контура и внутреннего. Внутри зоны есть места «очень грязные» и есть «относительно чистые», по которым и проходит туристский маршрут. Туристов не возят в «рыжий лес», принявший на себя наибольшую долю выброса радиоактивной пыли во время взрыва, и в места, где стоит загрязненная техника, которую нельзя дезактивировать.

Экспозиция в музее «Чернобыль» в Киеве

По словам директора НИИ сельскохозяйственной радиологии Национального университета биоресурсов и природопользования Украины Валерия Кашпарова, зона является уникальным научным полигоном, на котором находятся экспериментальные площадки, проводятся международные научные исследования по радиологии и воздействию радиации.

В настоящее время на загрязненной территории работает более 3,5 тыс. человек — ученые, строители, специалисты МЧС, а также сотрудники самой атомной станции, где сейчас снимается оборудование, которое утилизируется либо обезвреживается (если это возможно) и потом сдается в металлолом. Часть людей работает для поддержания скудной инфраструктуры региона — на территории есть санстанция, милиция, несколько столовых и действующая церковь.

Люди в зоне работают вахтовым методом: либо с понедельника по четверг с тремя выходными, либо две недели работы и две — отпуска.

Все работники территории живут в обезвреженных домах в Чернобыле, где у них есть горячая вода, трехразовое питание в столовой, а по вечерам — баня, посещение которой является обязательным.

Единственным обязательным условием работы в зоне является закрытая обувь (никаких босоножек) и одежда с рукавом и под горло на случай попадания пыли.

Работники ежемесячно сдают анализы и проходят медосмотры. За год они могут получить определенную дозу радиации, если же она набирается раньше, то оставшуюся часть года человек проводит вне зоны.

Средняя зарплата на территории — около 300 долларов, но на самой станции, говорят, что достигает и 1000.

На загрязненной территории живут также около 300 самоселов.

До аварии в Чернобыле проживало около 14 тыс. человек

По мнению руководителя проекта «Международная научно-информационная сеть по вопросам Чернобыля» Павла Замостьяна, радиация для живущих в «зоне» людей не является чем-то экстраординарным. «У них больший стресс вызывают задержки с зарплатой. И режим вахтового метода, оторванности от дома приводит к негативным последствиям — люди пьют, они приходят с работы и им нечего делать», — отметил эксперт.

Во время экскурсии туристы посещают и саму станцию, путь к которой напоминает кадры из триллера. К примеру, недостроенные на момент аварии 5-й и 6-й энергоблоки были брошены прямо со строительными кранами, которые так и ржавеют уже 23 года. Также по дороге на станцию можно увидеть череду холмиков, на верхушке которых стоит табличка со знаком радиации — это захоронение деревни Копачи. Каждый холмик — могила деревенского дома. После аварии село сильно «фонило», поэтому для каждого дома вырыли котлован и закопали. Единственным чистым строением оказалось зерновое хранилище, которое до сих пор одиноко стоит в деревне.

У 4-го энергоблока главная достопримечательность — саркофаг, или официально — объект «Укрытие», и показания дозиметра, которые вблизи саркофага достигают 600 микрорентген/час при максимально допустимой норме в 80 микрорентген/час. Однако, если верить словам нашего гида Сергея Чернова, пребывание здесь туристов не опаснее, чем один полет для стюардессы.

Показания дозиметра возле саркофага

Следующий пункт туристического маршрута — город Припять, который ближе всех находится к станции и был эвакуирован на следующий день после аварии. Сейчас в Припяти никто не живет, но работают химчистка, которая занимается дезактивацией рабочей одежды, и гаражи для техники.

Город просуществовал всего 16 лет, дома в нем почти новые, но ни в одном окошке уже никогда не загорится свет, не будет висеть занавеска, не зазвучит детский смех и установленное накануне аварии колесо обозрения так и не прокатит ни одного пассажира. Детские площадки зарастают деревьями и кустарником. Невидимая угроза прогнала жизнь из города и сломала тысячи судеб. Когда-то здесь были детские сады, кинотеатры, гостиницы. Сейчас — пустота…

Часы над детским садом в г. Припять остановились в 11.55

По словам Кашпарова, в некоторых местах чернобыльской зоны уже можно жить, если это не касается мест загрязнений плутонием, период полураспада которого составляет 24 тысячи лет. Чтобы обезвредить эти территории, нужно снимать слой земли в 10-20 см, но неизвестно, куда потом девать эти огромные массы. В зоне уже существует около 800 могильников со стройматериалами, бетонными плитами, машинами, землей и пр.

Выезжая из территории отчуждения, все туристы проходят через контрольно-дозиметрический пункт, где измеряется уровень накопленной ими радиации. Если у кого-то загорается лампочка «грязно», турникет для этого человека не открывается, но говорят, что такие случаи бывают нечасто.

Точки зрения

Специалисты считают, что туристам лучше посещать «зону» зимой, когда лежит снег и нет пылеобразования. Больше всего фон повышается летом, в жару, когда идет испарение в местах захоронений.

Немецкие ученые когда-то выяснили, что концентрация пылевых частичек в чернобыльском воздухе ниже, чем в Альпах, и приблизительно такая, как в Антарктиде.

Ежегодно чернобыльскую зону посещают несколько тысяч человек. Как поделился с «Белорусскими новостями» гид Сергей Чернов, туристы приезжают в «зону» по три-четыре группы в день. В группе обычно два-три человека, но бывает и до полусотни.

Аналогов чернобыльскому туризму нет. По словам эксперта ВОЗ Якова Кенигсберга, не менее интересным местом является Семипалатинский полигон, где проводились испытания советского ядерного оружия, однако никакие экскурсии там не организуются.

«Это проблема взаимоотношений страны и тех людей, которые хотят туда поехать. Я такого туризма не признаю, — отмечает эксперт. — В белорусской части «зоны» организован Полесский государственный радиационно-экологический заповедник, и делать из него развлечение закон запрещает».

Туризм в украинскую часть чернобыльской зоны — это еще одна возможность заработка для государства, считает эксперт.

«В Украине существует жесткий государственный контроль, это не частный бизнес, который приходит в туризм. А для туризма всегда важна оригинальность и раскрутка идей, и неважно из чего делать туризм — из Чернобыльской зоны или из красивой местности — важен бизнес-подход», — говорит старший научный сотрудник Института проблем безопасного развития атомной энергетики Российской академии наук Ирина Абалкина.

Наш чернобыльский экскурсовод Сергей Чернов считает, что «лучше один раз увидеть своими глазами, чем сто раз прочитать всякие враки». Вспоминая о прочитанных «враках», Чернов рассказал, что пару лет назад «один журналист писал, что проснулся в гостинице от того, что на него кто-то смотрит — опершись передними лапами на подоконник, на него смотрел большой дикий кабан, который потом схватил занавеску, сжевал ее и убежал». Описание и правда комичное, однако факт увеличения поголовья диких животных является реальным и подтверждается специалистами, так что кто знает…

Тем не менее, путешествовать в «зону» или нет, верить или не верить, смотреть или не смотреть — личный выбор каждого.