Андрей Мезин: когда дом наполнен детским смехом, я счастлив

Легендарный голкипер хоккейной сборной Беларуси откровенно рассказал о причинах завершении карьеры; о сборной и минском «Динамо»; о том, что участие в домашнем чемпионате мира считает ошибкой...

Легендарный голкипер хоккейной сборной Беларуси откровенно рассказал корреспондентам Naviny.by о причинах завершении карьеры; о белорусской сборной и о минском «Динамо»; о том, что участие в домашнем чемпионате мира считает ошибкой; о самом главном в своей жизни — о семье.

Для интервью Андрей Мезин любезно пригласил нас в свой дом. Признался, что для него это самое уютное место. Словно наверстывая, он всё время старается проводить с семьей: супругой Анжеликой, дочкой Полиной и сыном Андрюшкой.

Андрей Мезин

За последний месяц Андрей Мезин стал одним из главных ньюсмейкеров. Сначала объявил о завершении карьеры. Болельщики взгрустнули — к Мезину всегда относились с особой теплотой. Но уже 17 марта он вернулся, став тренером вратарей белорусских сборных.

Назначение

— Андрей, наши поздравления! Получается, вы будете курировать подготовку вратарей в сборных всех возрастов?

— Да, еще на прошлой неделе встречался с Игорем Анатольевичем Рачковским. Договорились, что я буду тренером вратарей молодежной (U-20), юниорской (U-18) и юношеской (U-17) сборных. 17 марта подписал контракт с федерацией. Кроме того, буду ассистентом тренера голкиперов в национальной команде.

— Готовы взяться за новое для себя дело?

— Я окончил высшую школу тренеров в Челябинске, получил лицензию. За плечами 30 лет игры в хоккей. Для меня тут всё понятно, каждый шаг. Есть уже наработки, со многими тренерами работал, знаю, как строится командная игра.

— 23 февраля вы объявили о завершении карьеры. Насколько тяжело далось это решение?

— Решение пришло со временем. Я не в один день решил, что всё, заканчиваю. Понимаете, силы были, но не было эмоций. А без эмоций в хоккей играть нельзя. Исчез драйв, и я понял, что пора заканчивать.

Я рад, что поступило предложение от федерации. Хотелось остаться в Беларуси. Мы живем здесь, семья здесь, не хотелось бы снова срываться.

Дом семья

— То есть, сейчас ваш дом в Минске?

— Да, нас все устраивает, уже 6 лет здесь живем. Плюс ко всему, достоинство Минска — в его удобном расположении. И Киев рядышком, откуда родом моя супруга, и в Челябинск — ко мне на Родину — можно добраться, и в Европу.

— События, происходящие в Украине, обсуждаете?

— Обсуждаем, да. Мнения у нас расходятся иногда. Это политика, не хотелось бы туда залезать. Мне кажется, мы никогда не узнаем правды, кто и что там начал и из-за чего это происходит. Поэтому лучше не тратить нервы на это.


Анжелика и Андрей Мезины

— Наверняка, именно супруга была вашей поддержкой в этот непростой период?

— Анжелика всегда со мной рядом, поддерживает меня во всех начинаниях. Когда у меня бывали сомнения, она всегда говорила, чтобы я не переживал, что стоит только захотеть, и всё у меня получится. Я сел и подумал, что действительно ничего страшного, вечно же нельзя играть в хоккей. Поэтому самая основная поддержка — это моя семья.

Я отдыхаю душой, когда играю в гольф. Так Анжелика сама говорит, мол, слетай на турнир, развеешься, взбодришься.

— Теперь у вас появилось непривычно много свободного времени. Как проходит ваш день?

— Высыпаюсь! Раньше этого не было, сейчас встаю попозже. Завтракаем, потом с дочкой едем на лошадях кататься. Ей нравятся лошади. Начала заниматься, у нее здорово получается. А главное, сама управляет лошадью. Не боится, сидит в седле красиво. Днем занимаюсь домашними делами. Вечером, почти каждый день, барбекю готовлю. Потом с детьми играем. Нужны еще физические занятия. Планирую в большой теннис играть.


Андрей Мезин с супругой Анжеликой, дочерью Полиной и сыном Андреем


Андрей Мезин с дочерью Полиной и сыном Андреем

— Семьей куда-нибудь выбираетесь?

— В кино ходим. Андрюшка маленький еще, так что с ним — в парк на прогулку. Часто бываем в «Карамельке», детском развлекательном комплексе, детям там очень нравится. В цирк ходим, в зоопарк. С Анжеликой по пятницам ходим в ресторан, стараемся каждую неделю выбирать новое заведение. Когда друзья приезжают, выбираемся на природу, к водоему. Летом предстоит поездка в Америку, а потом — в Турцию с детьми.

— Что для вас счастье?

— Счастливые дети. Когда дети здоровы, смеются, это самые лучшие моменты жизни!

— Вы наверстываете те месяцы вынужденной разлуки, когда Андрей был в разъездах и перелетах?

Анжелика: — Да, наверстываем. Быть женой хоккеиста — значит со всем управляться самой. Привыкаешь быть одна с детьми, становишься очень организованной, чтобы все успевать. Теперь мне стало гораздо проще. Андрей взял на себя определенные обязанности. Он играет с детьми, гуляет с ними. По дому помогает.


Дочь Андрея Мезина Полина

— Андрей романтичен?

Анжелика: — Старается. Он очень внимателен. Любит дарить неординарные подарки.

Андрей: — Хочется подарить что-то неожиданно, и чтобы понравилось. В последнее время я стал с Анжелой советоваться. Ведь мы, даже если куда-то выезжаем, она постоянно рядом со мной, и как сделать сюрприз? (смеется)

Вратарь

— Есть представление, что вратари — люди замкнутые, сосредоточенные в себе. Насколько это верно?

— Люди разные бывают: и веселые, и замкнутые. Это можно сказать про любого хоккеиста. Просто вратарей гораздо меньше, и все говорят, что они сумасшедшие, раз в них шайбы кидают. Я так не думаю. В обычной жизни вратари — это обычные люди.

Андрей Мезин

— Интересно, а что чувствует человек, когда в него летит снаряд со скоростью 200 км/ч, а вам нужно не увернуться, а словить шайбу?

— Это нормально — бояться шайбы. И мне бывает страшно, когда с близкого расстояния стреляют так, что свистит возле ушей, ничего не успеваешь сделать. Благо, у меня всегда хорошая реакция была. И с другой стороны, сейчас хорошая форма. Иногда попадает больно, но серьезных травм от шайбы в принципе не получишь. Часто бывает, что шайбу не видно, куда она летит, интуитивно определяешь и ловишь её или отбиваешь.

— А такое понятие как кураж — это красивый штамп или действительно такое бывает?

— Правда, такое бывает. Это внутреннее состояние, что тебе никто не сможет забросить. Когда ловишь кураж, у тебя эмоции, вдохновение, хочется летать.

Бывают игры, когда, наоборот, начинаешь слишком много думать, и игра расстраивается. Пропускаешь гол, потом начинаешь в голове крутить, вот сейчас нужно действовать так, начинаешь нервничать, очень тяжело вернуться в игру. Поэтому вратарю нужны стальные нервы.

А когда уехал в Америку, там в три раза больше матчей за сезон проводят, чем у нас. Пропустил обидный гол, тут же забыл. Это помогает, через игры приходит уверенность. Чем больше игр, тем легче адаптироваться.

— Андрей, а почему все же у вас с НХЛ не сложилось?

— Я пять лет отыграл в Америке, подобрался близко к НХЛ — играл в фарм-клубе, но был молодой, обидчивый, развернулся и уехал в Германию. После чемпионата мира Хэнлон сказал, что хочет забрать меня с собой в НХЛ, я ответил, что у меня еще год контракта в Уфе, и я никуда не поеду. На следующий год он опять предложил, сказал конкретно, что я буду вторым номером. Гарантировал мне 20 игр в сезоне. Тогда я отказался. Я всегда стремился быть лучшим. А моя задача была давать передышку основному вратарю, и я бы не прогрессировал. Меня это не устроило. Но это был реальный шанс поиграть в сильнейшей лиге мира. Я доволен своей карьерой, тем, что у меня есть. Если бы я уехал, моя жизнь пошла бы по-другому. Я считаю, что все делал правильно.

— Что вы думаете о сегодняшнем состоянии белорусского хоккея?

— Хорошо, что сборная играет в группе «А». Но до недавнего времени она держалась за счет ветеранов, которые подготовились в советские времена. Сейчас будет тяжело. Новополоцкая школа переживает трудные времена, да и не только она, все хоккейные школы. Мало хороших специалистов. Насколько я знаю, есть хоккейные тренеры, которые никогда в хоккей не играли.

Самое главное — наладить работу детско-юношеских школ. Отдачи в ближайшие годы не стоит ждать. Хоккей — популярная игра. Но это дорогостоящий вид спорта. Почему раньше было хорошо? Потому что была господдержка. Были школы хоккейные, спецклассы. Мне кажется, именно этого сейчас и не хватает. Каждый сам по себе, и вырываются только единицы, если родители заставляют. Но не у всех есть возможность.

У меня есть много знакомых, которые работают в хоккейных школах. Зарплата невысокая, и всегда находятся состоятельные родители. Они готовы помогать школе, но взамен их сын должен играть в первом составе. А есть дети из малообеспеченных семей, но очень талантливые, и по-хорошему именно они должны играть в первом звене. И поэтому, если бы была господдержка, то все были бы в равных и честных условиях.

Андрей Мезин

Сборная

— Как относитесь к назначению Дэйва Льюиса главным тренером сборной?

— Льюис — отличный специалист. 15 лет в «Детройте», одном из эталонов в хоккейном мире. Тренер, который создавал эту систему, может много принести сюда. Как в свое время Глен Хэнлон. Я считаю, Хэнлон — самый успешный тренер, который был в сборной до сих пор. Практически каждый раз в восьмерку попадали.

— В чем секрет Глена?

— Когда Глен только первый год здесь появился, для нас это было в новинку: тренер-НХЛовец, тренер-демократ. Ребята играли просто за него, готовы были всё отдать. Так он себя преподнес. Все были довольны, он дал свободу. Никто не ходил с палкой, никого не гонял. Каждому ставились задачи, никто не обижался. Он прямо сказал: вы будете играть в большинстве, вы — в меньшинстве, а ваша задача — не пропустить гол и измучить соперника. Дал даже прозвище «зайцы». И никто не обижался, спокойно играли. Его доверие передалось команде.

— А почему с Хейкиля у вас не сложилось?

— Тут нечего рассказывать! Это уже в прошлом.

«Динамо»

— А с «Динамо» как расстались?

— Расстались... (улыбается) С моей позиции, «Динамо» неправильно поступило в той ситуации. С их позиции — юридически я был не прав.

— За выступлениями «Динамо» следите?

— Да, конечно! Все-таки три года отыграл. Я все годы следил, равно как и за всеми своими бывшими командами, а также командами, где играют мои друзья.

«Динамо» в этом году супер провело регулярку, но слабенько сыграли в плей-офф. Да, сильный соперник, который ничего не позволил сделать. Неплохой сезон, я надеялся, что в этом году команда сумеет пробиться во второй раунд. Но чего-то не хватило. Команды, которые претендуют на высокие места, стараются выйти на пик формы именно к плей-офф. А у «Динамо» задача была попасть в плей-офф. В регулярном сезоне каждую игру, кровь из носа, надо было выигрывать. Занять место как можно выше. Первая четверка на Западе — это действительно сильнейшие. Так что, по большому счету, что 5-е место, что 8-е, в соперники достался бы один из фаворитов.

Когда я еще выступал в «Динамо», и Хэнлон был главным тренером, мы шли в четверке, и руководство было недовольно, тренеры объясняли, ничего страшного, главное — выйти на пик формы к плей-офф. В последнее время стали больше доверять тренерам. Команда играет, выходит в плей-офф. Но теперь надо думать о том, чтобы идти дальше.

— Вратари в матчах с «Йокеритом» выглядели неубедительно.

— Я думаю, наличие трех сильных, играющих вратарей — плохая идея. Большую часть наигрывали Ларса, хотя Норвегия — наш прямой конкурент. Я бы больше доверял Мильчакову. А тут они подписали еще одного игрока — Тэйлора. Насколько я понял, политика была: играет, пока выигрывают, потом другой начинает играть. В плей-офф пошла каша. Тэйлору вообще не дали сыграть. У Хаугена и Мильчакова опыт игр в плей-офф минимальный. Сначала доверили Хаугену, потом — Мильчакову. На плей-офф должен быть один первый номер, и он должен играть все игры.

Планы

— Андрей, о прощальном матче думаете?

— Моим прощальным матчем оказалась игра против США на домашнем чемпионате мира. Сыну как раз в тот день делали операцию. Я надеялся, что мы победим, что это будет удачным стартом чемпионата. Но оказалось наоборот, что это была моя последняя игра.

Я не переживаю, а чисто философски об этом говорю.

После той игры я многое переосмыслил. Понял тогда, что сделал большую ошибку, потому что я изначально говорил, что не буду участвовать в этом чемпионате мира, что я поеду на операцию с сыном, чувствовал, что должен быть рядом с Андрюшкой и Анжелой, но супруга меня отговорила.

И именно на том чемпионате мира у меня пропало желание играть. Я был опустошен и недоволен тем выбором, который я сделал. Но жизнь так устроена, что все допускают ошибки.

Андрей Мезин

— Летний лагерь Андрея Мезина планируете организовать?

— Есть планы этим летом организовать недельный лагерь. К этому надо серьезно подготовиться, чтобы это приносило плоды, чтобы люди, которые один раз пришли, хотели вернуться. Я хоккею отдал всю жизнь, и до конца буду стараться быть в хоккейной сфере.

Фото Ольги Клещук и из семейного архива семьи Мезиных