«Не стоит питать иллюзий, что смена президента обязательно приведет к переменам»

Интервью с социологом Олегом Манаевым.

Прошел год с тех пор, как Независимый институт социально-экономических и политических исследований вынужден был свернуть работу в Беларуси. Основатель НИСЭПИ Олег Манаев рассказал о том, чем сейчас занимается с коллегами и почему возвращение в Беларусь не представляется возможнным.

naviny.by

 

— Чем занимался НИСЭПИ последний год?

 

Год назад по БТ показали «специальный репортаж» «Примат НИСЭПИ», обвиняющий институт в фальсификации опросов общественного мнения и апеллирующий к правоохранительным органам. На этот раз атаковали самую важную часть его научно-исследовательской структуры – национальную сеть интервьюеров. Руководитель сети был задержан и принужден к «признательным показаниям», «разоблачающим» социологические опросы НИСЭПИ. Десятки людей оказались под угрозой уголовного преследования.

 

Свой вклад в эту кампанию внес, и, казалось бы, политический антагонист власти: сайт КХП-БНФ «Рэсурс пра змаганьне і перамогу народаў», который поддержал «специальный репортаж», поскольку «БТ упершыню сказала праўду пра самую яркую з кантор ў жанры «Рогі і капыты» пад кіраўніцтвам сацыёлага ў партупэі Манаева». Недаром говорят: крайности сходятся. В результате сеть интервьюеров оказалась разрушенной, и институт вынужден был прекратить опросы общественного мнения, которые регулярно проводил 25 лет.

 

Но ликвидировать НИСЭПИ белорусские власти не могут, поскольку последние 12 лет он существует как литовский общественный институт и находится вне их юрисдикции. После того, как проводить опросы в Беларуси стало невозможно, мы вынуждены были переключиться на аналитическую деятельность. Продолжается выпуск ежемесячного информационного бюллетеня «Инфофокус», коллеги выступают со своими комментариями в независимых СМИ, я теперь выступаю и публикуюсь на Западе.

 

— Как вы оцениваете ситуацию с социологией в Беларуси?

 

Официальная социология как работала, так и будет работать, пока есть госбюджет. Но много ли она дает обществу? После прекращения опросов НИСЭПИ доступной социологической информации стало заметно меньше, политические рейтинги в публичном дискурсе Беларуси почти не фигурируют, но результаты независимых исследований все же просачиваются.

 

Прежде всего, отмечу опубликованные в прошлом году результаты опроса САТИО, согласно которым, почти две трети белорусов считают, что их личный выбор и поведение ни на что в стране не влияют, поскольку «все здесь решает государство».

 

По данным опроса Белорусской аналитической мастерской, почти две трети хотят видеть Беларусь в союзе с Россией и только 19% – в Европейском Союзе, а оценивая присоединение Крыма к России, две трети назвали это «законными и справедливыми действиями», и только 14% – «незаконными».

 

Недавний опрос МАСМИ показал невысокий уровень осведомленности горожан об актуальных общественных инициативах и низкий уровень готовности в них участвовать. Все эти данные, в отличие от официальной социологии, подтверждают результаты опросов НИСЭПИ. Так что я от всей души желаю коллегам «оставаться на плаву» как можно дольше.

 

— На фоне потепления отношений Минска и ЕС не рассматриваете ли возможность вернуться в Беларусь? 

 

«Рассматривать возможность»  – неподходящая формулировка в данном случае. Мне десятилетиями приходилось отстаивать право на профессиональную деятельность не только для себя, но и для всей независимой социологии, по большому счету – право общества на выражение собственного, а не навязываемого властями мнения. И что же в итоге?

 

Из Белгосуниверситета, где я проработал 40 лет, меня фактически уволили (отказавшись продлевать контракт в связи с достижением пенсионного возраста). История НИСЭПИ заинтересованной публике хорошо известна – бесчисленные «наезды»  почти всех силовых структур, за исключением разве что армии: запреты, публичная дискредитация, слежка, допросы, обыск, арест, суды, ликвидации.  Полагаю, что многие и во власти, и в оппозиции вздохнули с облегчением после того, как НИСЭПИ был вынужден прекратить опросы, поскольку их результаты мешали и тем, и другим.

 

Куда же мне возвращаться, чем заниматься, на что жить? Так называемое потепление отношений Минска и ЕС совершенно не меняет сущность белорусского авторитаризма. Поэтому сегодня я ничего не загадываю и не рассматриваю: как говорится, «будет хлеб, будет и песня».  

 

— Как вы в целом оцениваете ситуацию в Беларуси за последний год и настроения в обществе? Есть ли какие-то значимые и интересные тенденции?

 

Сейчас я работаю в Международном научном центре имени Вудро Вильсона в Вашингтоне над проектом об изменении социальной структуры общества в странах «Славянского треугольника» – Беларуси, России и Украины. Обычно внимание привлекает то, что происходит «на политической сцене», то есть на уровне руководства: что заявил или кого назначил президент, какие законы принимает парламент, как борется оппозиция. Но ведь самое главное происходит в глубине общества, именно эти процессы определяют то, что потом проявляется «наверху».

 

Сравнительный анализ показывает, что после падения коммунизма в наших странах происходит масштабная «перетасовка» социальной структуры общества: одни социальные группы, а это миллионы людей, «опускаются», а другие «поднимаются». И, хотя данный процесс не сопровождается тотальным насилием и разрушением прежнего порядка, как во времена исторических социальных революций, эта «тихая революция» также приводит к очень серьезным последствиям для общества и государства: перераспределению власти и собственности, доступа к таким важным социальным ресурсам, как здравоохранение, образование и культура.

 

Например, дети представителей номенклатуры и силовиков имеют сегодня совсем другие жизненные перспективы, чем дети рабочих, специалистов или индивидуальных предпринимателей. Иначе говоря, возрастает социально-экономическое и общественно-политическое неравенство. Причем этот процесс идет не столько спонтанно, сколько целенаправленно.

 

— На Ваш взгляд, стоит ли ждать перемен? Возможно, что в 2020 году у нас появится новый президент?

 

Не стоит питать иллюзий о том, что смена президента обязательно приведет к желаемым переменам – реальной демократии, рыночной экономике, правовому государству и пути в Европу. Вовсе не обязательно.

 

Во-первых, потому, что за 23 года в результате целенаправленной «перетасовки» социальной структуры в нашей стране сформировались целые слои общества, заинтересованные в нынешнем положении. И они так просто от него не откажутся. Во-вторых, основная часть общества, не получающая преимуществ и даже страдающая от нынешней власти, давно расколота по идейно-политическим основаниям. Да, миллионы людей ждут перемен, но вовсе не таких, каких ждем мы.

 

Совсем недавно с восторгом обсуждался случай, когда белорусская легкоатлетка Виолетта Скворцова, победившая на юношеском чемпионате Европы, ушла с пьедестала из-за того, что по ошибке был исполнен гимн другой страны. Да, это пример подлинного, а не показного патриотизма, воодушевивший тысячи пользователей байнета. Многие тут же сделали вывод: несмотря на «ужасы режима» процесс обновления идет, такая молодежь рано или поздно приведет Беларусь в Европу. Но ведь в прошлом году произошел похожий, правда, идеологически почти «зеркальный» эпизод. На церемонии открытия Паралимпиады в Рио-де-Жанейро член белорусской делегации Андрей Фомочкин вышел с флагом России в знак солидарности с командой, которую не допустили к соревнованиям по политическим причинам. Хотя потом его поддержал председатель паралимпийского комитета Беларуси, большинство пользователей байнета осудили его «непатриотический поступок», а некоторые даже назвали предателем. Очевидно, что в Беларуси живут очень разные белорусы.

 

Уверен, многие читатели спросят: как можно сравнивать спонтанный порыв юной спортсменки и «постановочный трюк» чиновника Минспорта? Но до того, как стать чиновником, Фомочкин работал тренером, был мастером спорта международного класса и рекордсменом СССР, то есть начинал так, как Виолетта. На это читатели с раздражением скажут: значит, он «родом из СССР», то есть из прошлого, а речь идет о будущем. В том-то и дело, что «родом из СССР» у нас миллионы. И думать, что смена поколений приведет к смене ценностей, – опасная иллюзия.

 

Несколько лет назад НИСЭПИ опубликовал книгу, в которой по результатам большого исследования доказывалось, что существующая в Беларуси система изменяет большую часть молодежи быстрее, чем она успевает менять систему. Об этом говорят и российские социологи: популярность Сталина среди молодежи сегодня растет быстрее, чем среди их родителей. Как недавно с горечью заметила Светлана Алексиевич: «Мы так ждали новое поколение! Вот оно и пришло».

 

Думаю, что перемены, которых мы ждем, придут не столько благодаря героическим поступкам таких немногих лидеров как Дмитрий и Анастасия Дашкевичи, сколько кропотливым усилиям каждого белоруса узнать, понять и выйти в открытый и динамичный мир за пределы своего «роднага кута» – привычных ценностей и образа жизни.

 

Даже здесь, в Вашингтоне, вагоны метро обклеены призывами: «Приготовься к тому, что придет!» Это нелегкая задача, по себе знаю. Но иначе возможны перемены, которым мы не обрадуемся.




Оставьте комментарий (0)