Януш Леон Вишневски: в моей новой книге моя мама — в аду

«Наука — это моя жена, а литература — любовница. Я не могу отказаться от чего-либо»…

 

Известный польский писатель, ученый Януш Леон Вишневски на свой день рождения приехал в Минск, чтобы презентовать новую книгу «На фейсбуке с сыном». 17 августа в рамках проекта OZART у писателя был очень насыщенный день. Утром состоялась открытая автограф-сессия в магазине OZ.by, после обеда писатель ответил на вопросы журналистов во время двухчасовой пресс-конференции, а вечером состоялась закрытая презентация его последней книги.

Во время презентации была открыта выставка минской художницы Ники Сандрос, которая создала картины по мотивам произведений Вишневского. Общаясь с журналистами, писатель рассказал о новой книге, о фильме по его произведениям с участием белорусского режиссера, а также о том, что хотел бы, чтобы его книги переводились на белорусский язык.

На работе я говорю по-английски, на улице по-немецки, дома по-польски

Интересно, что так много людей имеет время, чтобы прийти в субботу и поговорить с польским писателем. Хочу, чтобы вы не забывали, что для меня русский язык — иностранный. Я говорю на английском, немецком, русском и польском. Я старый человек, жил и учился при Советском союзе, поэтому учил русский язык в школе, в университете. Потом я уехал в Германию, где уже двадцать семь лет живу во Франкфурте-на-Майне. На работе я говорю по-английски, потому что мы работаем с четырнадцатью странами, на улице по-немецки, а дома по-польски.

Я поляк и всегда им буду, несмотря на то, что живу в Германии. Научные статьи я пишу по-английски и по-немецки, но о любви, о самом главном я пишу только на польском языке, на котором говорили мои родители. Потому что язык — это игра слов, аллюзии, которые рождаются только на родном языке.

 

Не хочу говорить о политике

Я готов ответить на все ваши вопросы по химии, информатике, биохимии, математике, а также по литературе. Я бы не хотел говорить о политике, потому что я не люблю политику. Когда мне было 11 лет, папа, а он был очень умным человеком, сказал мне: «Если ты будешь плохо учиться, ты станешь политиком». Я запомнил это на всю жизнь. Поэтому и в моих книгах нет политики.

 

Так получилось, что у меня две жизни

Я очень занятой человек. Я ученый, работаю для большой корпорации, пишу программы по химии. У нас самая большая база данных химических соединений. С девяти утра до восьми вечера я пишу компьютерные программы, а вечерами пишу книги. Так получилось, что я проживаю две жизни. Остается очень мало времени для личной жизни. Мои выходные расписаны на полтора года вперед. У меня много встреч с читателями. Для меня это очень важно, я не хочу общаться с ними только в интернете. Самое важное для меня — встретиться, посмотреть им в глаза, послушать, что они думают о моих книгах.

Жалко, что мои книги не переводятся на белорусский язык

Я третий раз в Беларуси. Был в Минске, в Бресте и вот снова здесь. Из интернета я знаю, что здесь мои книги очень популярны. Жалко, что ни одна из них не переведена на белорусский язык. Я бы хотел, чтобы хотя бы одна книга, ваша самая любимая, была переведена на ваш родной язык. В Украине, например, есть издания по-украински. Там продаются и по-русски, и по-украински мои романы. Тиражи на украинском меньше, но они тоже раскупаются. Я сделал все, чтобы моя последняя книга появилась по-украински на месяц раньше, чем выйдет перевод на русском языке. И я очень рад этому. К сожалению, я не знаком ни с одним вашим переводчиком на белорусский язык…

Я не могу понять, почему у вас так мало белорусского языка

Я был в ваших книжных магазинах — у вас очень мало книг на белорусском языке. Что соединяет людей в стране? Общая история, общий язык и общий враг (смеется). Я не могу понять, почему у вас так мало белорусского языка. Почему так много русского языка? Можно жить в двух языках. Так живут в Украине, например. Я понимаю, знаю о вашей истории. Но у меня есть чувство, что у вас белорусский язык не равноправный с русским. Он — фон вашей жизни, а на первом плане русский. Как так случилось, что в вашей стране доминирует не ваш родной язык?..

 

Мои дочери не читают мои книги

У меня две дочери. Они живут во Франкфурте-на-Майне. Старшая родилась в Польше, а младшая в Германии. Они говорят, но не читают на польском языке. Поэтому они не читают книг своего папы, они слушают их на аудиобуках. Одна дочь написала кандидатскую работу по биоинформатике, работает для крупной фармакологической компании. Вторая закончила частный университет в Германии по специальности маркетинг. На один семестр поехала учиться по международному обмену в Санкт-Петербург. Сейчас, после окончания университета, ничего не делает, путешествует со своим молодым человеком. Но вскоре должна будет начать работать в компании Майкрософт.

 

Когда я писал «Одиночество в сети», я думал, что книги пишут все

Мой литературный дебют, книга «Одиночество в сети», была издана в Польше осенью 2001 года. Тогда я думал, что описал обычную историю несчастливой любви, но потом узнал, что подобных историй очень много. Но не все они грустные, есть и очень счастливые. Я думал тогда, что невозможно химику, который не живет в Польше, издать книгу у себя на родине. У меня тогда было ощущение, что в моей стране люди больше пишут книги, чем читают. Один раз кого-то покажут по телевизору, и этот человек думает, что он должен написать об этом книгу…

 

Оставляя свой e-mail, я не знал, что творю

Я был первым польским писателем, который в конце книги оставил свой e-mail. Поскольку действие «Одиночества в сети» происходит в интернете, я подумал, что будет честно, если я оставлю адрес своей электронной почты. Я не знал, что делаю! Я не думал, что так много людей будет писать на этот адрес. За первые два года после выхода романа я получил 25 тысяч писем только от поляков! А на сегодняшний день я получил почти 80 тысяч писем. Они касаются не только первой книги, но и всех остальных, а их у меня уже 16. Я читаю все письма, отвечаю на процентов пять, потому что просто не хватает времени на это. Некоторые из писем, которые я получаю, написаны лучше, чем мои книги! Я выбрал самые интересные письма, получил право от людей опубликовать их — они вошли в мой триптих «Одиночество в сети».

Наука — жена, литература — любовница

Наука — это моя жена, а литература — любовница. Я не могу отказаться от чего-либо. Каждый нормальный мужчина хочет иметь и жену, и любовницу. Это мечта! Самое ужасное для мужчины — не удовлетворять двух женщин одновременно. (улыбается) Делая много проектов, я от многих встреч отказываюсь. Например, мне сложно прилететь в библиотеку в деревне, хоть там встречи с читателями очень интересные.

 

Я никогда не напишу о том, что происходит в моей постели

В своих книгах я делюсь не своими эмоциями и переживаниями, а эмоциями моих героев. Я мог бы это все переживать, но это переживают мои герои. Я погружаюсь в эмоции, пишу об интимных отношениях. О себе я не пишу в своих книгах. Я никогда не напишу о том, что происходит в моей постели.

 

Я писал «Одиночество» для психотерапии

Мне не обидно, что часто меня воспринимают как автора одного романа «Одиночество в сети». Я благодарен этой книге, потому что без нее не было бы меня как писателя. Я думал, что это будет моя первая и последняя книга. Я писал ее для себя: в моей жизни тогда произошло печальное событие и я начал писать для психотерапии — в грусти и против грусти. Мне нужно было написать эту книгу. Когда я приезжаю на презентацию новой книги, то все равно большинство вопросов о моей первой книге, мне это не нравится…

Книга «На фейсбуке с сыном» — обо мне и моей маме

Я презентую книгу «На фейсбуке с сыном». Она вышла в русском издательстве «АСТ», но мне абсолютно не нравится обложка. Она не имеет ничего общего с содержанием книги. Это история любви мамы и сына. Книга о моей маме, поэтому она очень автобиографичная. Вторым автором написана моя мама — Ирена Вишневская, она умерла в 1977 году. Она меня очень любила, и у меня осталось чувство, что мы не закончили много важных разговоров. Моя мама было очень современной женщиной, поэтому, я думаю, если бы она была жива, тоже имела бы профиль на Facebook.

Книга — большой монолог

Я начал писать книгу 20 апреля, в день рождения моей мамы. Сделал ей профиль на Facebook (сейчас он неактивный) и писал посты от ее лица. Так началась эта книга. Тут вы не найдете ни одного диалога, один большой монолог. Тут очень много текста, очень много информации, невероятно много. Я был учителем, поэтому у меня есть свойство: если я что-нибудь знаю, хочу этим поделиться. Для некоторых это научно-популярная книга, там много химии, генетики, религии. Я пишу о сексуальной жизни мамы, это нетипично, потому что многие люди думают, что их родители не занимаются сексом. Это почти 400 страниц монолога.

Моя мама — в аду. Вместе с Гитлером

По сюжету моя мама в аду, там, где должна быть. Она мне рассказывала, что если она умрет, то она попадет в ад. Это сюрреалистическая вещь. Так случилось, что мама родилась в один день с Гитлером. Книга начинается с вечеринки для Адольфа Гитлера в аду. Он там самый грешный человек, абсолютный культ. Там и Ева Браун, и Геббельсы… И моя мама с ними всеми разговаривает. Мама задает очень много вопросов Богу. Например, почему он антифеминист, почему он молчит тогда, когда не должен… Это очень антиклерикальная книга. Но в то же время, это книга о любви, как и все мои книги.

Экранизировать мои рассказы будет белорус

Сегодня я узнал, что два рассказа их моего сборника «Любовница» будут экранизированы. Пишется проект, который соединит два этих рассказа в один сценарий. Фильм будет сниматься в том числе и в Беларуси режиссером, который живет в этом городе, в Минске. Так что это будет белорусский продукт. Я не могу назвать его фамилию, скажу только, что его зовут Глеб. Фильм будет сниматься и в Польше, и в России, и в Германии, но мозг проекта будет тут, в Беларуси.

 




Оставьте комментарий (0)