Отец мальчика и девочки, которых мать утопила в Гомеле: 25 лет для нее очень мало

Больше 25 лет Оксане суд дать не сможет — это максимальное наказание для женщин по Уголовному кодексу Беларуси. Даже если эта женщина своими руками утопила собственных детей.

14 сентября Гомельский областной суд приступил к рассмотрению уголовного дела в отношении 25-летней жительницы областного центра, которая утопила своих детей — 2-летнего сына Савелия и 11-месячную дочь Ангелину.

Действия женщины квалифицированы по пп. 2, 6, 16 ч. 2 ст. 139 УК (убийство малолетних, совершенное с особой жестокостью). По ходатайству обвиняемой суд принял решение проводить слушания в закрытом режиме, хотя желающих присутствовать в зале, если не считать журналистов, было раз-два и обчелся.

На суд пришел отец детей Олег — он признан потерпевшим по делу, и его мать Любовь Николаевна.

Обвиняемая воспитывалась в детском доме. Говорят, ее родители живы, но где они и интересна ли им судьба дочери, неизвестно. Фактически единственная родственница — тётя — несколько лет назад умерла.

«Я хотел бы добиться пожизненного для нее. 25 лет — это слишком мало (максимальное наказание для женщин, предусмотренное Уголовным кодексов. — А.Г.). Хотя ее Бог накажет, уже наказал. Она очень любила детей, я не понимаю, как это случилось. Возможно, этому способствовали социальные службы, которые угрожали забрать детей у Оксаны, за то, что в доме было не убрано, к примеру. А как она могла всегда вовремя проводить уборку с двумя маленькими детьми? Она сама с детдома, поэтому понимала, что там ждет ее детей, если их отнимут», — прокомментировал Олег.

Еще 8 апреля, сразу же после трагедии, в отделе образования Новобелицкого района Гомеля корреспонденту БелаПАН заявляли, что не собирались отнимать детей у Оксаны, а повышенное внимание к ней объясняли сигналом патронажной медсестры о том, что при посещении молодой семьи в квартире было не убрано, а в мойке была грязная посуда. Об употреблении алкоголя, асоциальном поведении или еще чем-то «социально опасном» речи не шло.

Положительно характеризовали обвиняемую и ее соседи по новостройке, где Оксана получила социальную квартиру. Все говорили только о замкнутости и закрытости молодой женщины. С соседями она не общалась.

Олег, по его словам, не являлся биологическим отцом детей, но установил отцовство юридически — пожалел девушку.

«Он познакомился с ней, когда Оксана была беременна, ее бросил парень. Олегу она понравилась, он жалел ее, поэтому установил отцовство, они начали жить вместе. Я тоже была знакома с Оксаной, она была очень замкнута. На все вопросы отвечала односложно: да, нет, все хорошо. Ни об алкоголе, ни о курении речи не шло. Детей она любила, смотрела их, у них все было — еда, игрушки, одежда. Оксана ничем не увлекалась, только в компьютере много сидела, вот это единственное», — рассказала Любовь Николаевна, мать Олега.

Но молодые люди расстались. По одной из версий, Олег не нравился тете Оксаны.

«Тетя сказала — бросай ты его, мы сами тебе будем помогать с ребенком. Но тетя умерла, а Оксана опять забеременела. Поделилась этим с Олегом. Он сказал мне, что Оксана беременна от него, но я не поверила. Он так сделал, чтобы опять прикрыть ее. И установил отцовство и в отношении Ангелины. Олег заботился о детях, помогал материально, очень сильно любил Савелия и Ангелину, и когда случилась эта трагедия — очень сильно страдал, до сих пор не может прийти в себя от горя. Когда сидит дома и услышит детский плач — весь сам не свой, у нас детский сад под окнами», — поделилась Любовь Николаевна.

До начала судебного заседания журналисты зашли в зал. Оксана сидела и улыбалась, от камер не пряталась. Но подала ходатайство о том, чтобы суд был закрытым.

«Здесь будут обсуждаться вопросы личной жизни, поэтому я хотела бы, чтобы суд был закрытым», — попросила 25-летняя обвиняемая.

Государственный обвинитель не видел необходимости слушать дело в закрытом режиме, потерпевший, отец убитых детей, также поддержал позицию прокурора. Но суд принял решение слушать дело в закрытом заседании.

По информации предварительного следствия, 7 апреля в вечернее время женщина принимала ванну вместе со своим 2-летним сыном. Руководствуясь внезапно возникшим умыслом, с целью лишения жизни, обвиняемая погрузила ребенка в воду в ванне и удерживала под водой до наступления его смерти. Затем она принесла из другой комнаты в ванную свою дочь 2014 года рождения и утопила ее.

После совершения указанных действий женщина сделала в квартире уборку, затем достала тела детей из воды, перенесла в другую комнату, одела их и позвонила в милицию.

По заключению психолого-психиатрической экспертизы у обвиняемой в период времени, относящийся к совершению убийства, диагностируется диссоциальное расстройство личности. Эксперты установили, что в указанный период времени женщина не находилась в состоянии аффекта, могла сознавать фактический характер своих действий и руководить ими.

Обвиняемая родилась в Браславе (Витебская область), воспитывалась в детском доме, после учебы в ПТУ работала на гомельском ОАО «8 марта». В браке не состояла. Проживала в социальной квартире в одном из новых микрорайонов Гомеля.


  • 14 сентября Гомельский областной суд приступил к рассмотрению уголовного дела в отношении 25-летней жительницы областного центра, которая утопила своих детей — 2-летнего сына Савелия и 11-месячную дочь Ангелину. «Я хотел бы добиться пожизненного для нее. 25 лет — это слишком мало (максимальное наказание для женщин, предусмотренное Уголовным кодексов. — А.Г.). Хотя ее Бог накажет, уже наказал. === гетеросеки ну просто "полны любви" к своим родным и близким... иногда постыдились бы печать такое...