ОКС не станет политическим трамплином для оппонентов власти

Совет — явление конъюнктурное. Он нужен, потому что Запад требует увеличения количества площадок для коммуникации между властью и оппозицией...

Общаясь с журналистами во время рабочей поездки в Лиду 10 февраля, Александр Лукашенко среди прочего рассказал и о своем видении дальнейшей работы Общественно-консультационного совета (ОКС) при Администрации президента. Глава государства подчеркнул, что проталкивать «грязные идеи» через ОКС не получится. Таким образом, отмечают эксперты, президент дал понять не только оппозиции, но представителям властной вертикали, что в Беларуси все остается по-прежнему.

Администрация президента БеларусиНапомним, 6 февраля состоялось первое заседание ОКС под руководством главы Администрации президента Владимира Макея. Открывая заседание, Макей отметил, что совет будет «уникальной площадкой для обмена различными, в том числе полярными, мнениями и для выработки приемлемых предложений по развитию общества». «Однозначно заявляю: в основе создания этой структуры лежит искреннее стремление собрать круг конструктивно настроенных людей, не страдающих политической зашоренностью, с той целью, чтобы обсудить актуальные вопросы развития белорусского общества. При этом обсуждать открыто, откровенно и искренне», — пообещал чиновник.

Участники заседания, среди которых есть и близкие к оппозиции аналитики и эксперты, атмосферу совета оценили в целом позитивно и отмечали, что Владимир Макей производит впечатление «прогрессивного чиновника». В то же время делать какие-то прогнозы относительно эффективности дальнейшей работы совета они не стали, ссылаясь на то, что прошло лишь первое заседание, посвященное процедурным вопросам.

Однако уже через несколько дней свое мнение о работе совета высказал президент.

«Оппозиция кричит, потому что ей надо кричать. Если она этого делать не будет, ее никто не услышит. Но если что-то критикуете, то говорите по существу. Вот говорили: «Власти не хотят нас слышать!» Ладно, приняли решение создать на самом высоком уровне — при Администрации президента — Общественно-консультативный совет. Прошло первое заседание. И что великого, нового оппозиция сказала? Для меня — ничего. Но пусть будет этот совет, приходите, говорите, вносите предложения. Но если кто-то думает, что этот совет будет парламентской трибуной, где можно гвалтом кричать и проталкивать свои какие-то грязные идеи, то этого не будет. Только деловой разговор и деловой совет, и тогда он будет услышан и будет реализован», — заявил глава государства во время рабочей поездки в Лиду (Гродненская область).

Таким образом, он фактически перечеркнул все, что до этого говорил Владимир Макей.

Комментируя слова Александра Лукашенко, председатель общественной организации «Белорусский Хельсинкский комитет» (БХК) Олег Гулак отметил, что «можно только сожалеть, если глава государства так думает». «Никто, на мой взгляд, и не собирался в совете никаких грязных идей проталкивать. То, что озвучил президент, это не конструктивный подход, — сказал Гулак в интервью БелаПАН. — На совете очень много говорили об ответственности при обращении к СМИ, при освещении работы совета. Высказывания президента не были образцом ответственности, на мой взгляд».

По мнению политолога Дениса Мельянцова, свои слова президент адресовал не только политической оппозиции, но также белорусским чиновникам и Евросоюзу. «В ситуации политической либерализации в Беларуси Лукашенко, скорее, выступает в роли не либерализатора, а некого сдерживающего фактора, поддерживает баланс», — сказал политолог в интервью БелаПАН.

Если создаются подобные советы, а чиновники делают — с разрешения, разумеется, Лукашенко — некие либеральные заявления как внутри страны, так и на международных площадках, то задача президента, как он ее видит, состоит в том, чтобы сдерживать и контролировать этот процесс, полагает эксперт.

«Александр Лукашенко делает более жесткие заявления, чтобы показать, что Запад не имеет на белорусского лидера такого сильного влияния, как это может показаться, — отметил Мельянцов. — Это достаточно сильная позиция, которая должна слегка уменьшить эйфорию в связи с этой экономической и политической либерализацией и показать, кто в доме хозяин».

Политолог резюмирует: президент ясно дал всем понять, что процессы либерализации могут быть «свернуты хоть завтра», если сорвется диалог с ЕС. «Либерализация воспринимается и предлагается властью как товар, который можно и нужно продавать Западу», — подчеркнул эксперт.

При этом эксперт подчеркивает, что высшие чиновники заинтересованы в либерализации и номенклатурной приватизации. «Поэтому они склонны поддерживать и сближение с ЕС, и либерализацию политических практик внутри Беларуси, — сказал Мельянцов. — Естественно, что региональные чиновники привыкли закручивать гайки, но не откручивать их, поэтому очевидно, что на местах есть дезориентация».

Стоит также отметить, что неоднозначны в оценке перспектив совета и представители белорусской оппозиции. Создание ОКС внесло еще больше разногласий в ряды оппозиции.

11 февраля на заседании политсовета Объединенных демократических сил (ОДС) обсуждалась деятельность ОКС, для чего пригласили некоторых представителей ОКС от гражданского общества. В частности, Олега Гулака, Станислава Богданкевича, Александра Потупу, Владимира Нистюка.

Как отметил лидер Объединенной гражданской партии Анатолий Лебедько, все представители ОДС придерживаются мнения, что деятельность совета «не означает начала политического диалога в Беларуси», однако у них разные точки зрения относительно использования участия в совете представителей гражданского общества.

«Часть субъектов ОДС предлагают максимально использовать представителей гражданского общества, которые участвуют в совете, для ретрансляции во время его заседаний позиции ОДС по разным вопросам. Другие, в частности первый заместитель и заместитель председателя Партии БНФ Винцук Вячорка и Виктор Ивашкевич считают, что эту структуру не стоит замечать ни в коем случае», — сказал Лебедько.

Он же заявил, что Олег Гулак, Станислав Богданкевич, Александр Потупа и Владимир Нистюк выразили готовность озвучивать идеи демократических сил на заседаниях ОКС.

Однако позже это заявление опроверг Александр Потупа. «Поскольку я присутствовал в качестве приглашенного на упомянутом заседании президиума политсовета 11 февраля, могу утверждать, что такой готовности не выражал, не слышал ее также от господ Гулака и Нистюка, — сказал он. — Что касается господина Богданкевича — он находится в особом положении. Как член ОГП и даже почетный председатель партии, входящей в ОДС, он, видимо, должен что-то делать в порядке партийной дисциплины».

Те политики и известные люди, которые не попали в совет, испытывают «некоторую ревность к тем, кто туда попал», и стремятся оказать на них влияние, предполагает Денис Мельянцов. При этом политолог выразил сомнение в том, что приглашенные эксперты и аналитики должны озвучивать позицию ОДС, подчиняться его решениям.

Говоря о плюсах создания ОКС, Денис Мельянцов отметил, что таким образом власти дали представителям политической оппозиции возможность «прикоснуться к реальности». Им небесполезно «посмотреть, каким образом принимаются решения, о чем говорят чиновники, какой язык при этом используют, как происходит обсуждение, что стоит или не стоит на повестке дня, что считается важным, а что — нет».

При этом политолог полагает, что ОКС не послужит представителям оппозиции неким «трамплином для президентских выборов», о чем уже заявляли некоторые оппозиционные политики.

Денис Мельянцов подчеркнул, что совет является консультативным органом и не может принимать каких-либо решений. «Совет — явление конъюнктурное. Он нужен, потому что Запад требует увеличения количества площадок для коммуникации между властью и оппозицией, — сказал политолог. — Естественно, что никакого влияния на принятие решений совет оказывать не будет. Возможно, будут заимствованы какие-то идеи экспертов».

В то же время приглашенные в совет представители третьего сектора могут извлечь из этого некоторую пользу. «У них будет возможность приобщиться к процессу принятия решений в Беларуси, понять его изнутри и завязать полезные контакты. А персональные связи в нашей ситуации играют большую роль», — сказал политолог.


  • Вааще-то, это взаимно заминированный проект