Ирина Дорофеева: я рада за депутатов, готовых превратить парламент в водоворот

Депутат, певица, член общественного совета МВД Ирина Дорофеева в интервью Naviny.by рассказала о всех гранях своей жизни.

Ирина Дорофеева — одна из самых медийных и раскрученных личностей в новом составе Палаты представителей. А еще, как оказалось, Ирина Аркадьевна едва ли не самый занятой депутат. За две недели с момента просьбы об интервью мы с ней так и не смогли встретиться: то сессии парламента, то репетиции, то преподавательская деятельность в университете культуры, то участие в различных проектах и шоу — в общем, полный цейтнот.

Так что это интервью — по своей сути, не совсем интервью в классическом понимании. Это компромисс между отсутствием времени у Ирины и моим желанием поговорить лично: вопросы были отправлены по электронке и таким же образом получены ответы на них. 

Фото Алёны Адамчик

 

«Говорить то, что я знаю. Отстаивать то, в чём уверена»

— Ирина, почему вы пошли в депутаты? Только, если можно, без общих фраз, типа «захотела сделать жизнь людей лучше». Как конкретно вы можете ее улучшить? Какие инициативы вы хотите внести? 

— Ваша формулировка вопроса носит изначально провокационный характер. Вся деятельность парламента, да и других государственных органов направлена исключительно на то, «чтобы сделать жизнь людей лучше», потому что в Конституции записано, что «главным достоянием государства является белорусский народ». Именно во имя этой конечной цели законодатели постоянно совершенствуют уже существующие законы и принимают новые. Делается это не в угоду какому-нибудь одному сообществу единомышленников, а только в интересах представителей всех слоев населения. Для этого нужно досконально знать процедуру обсуждения и принятия закона. Помимо этого, каждый депутат в своем округе ведет прием граждан, решая их личные вопросы и изучая предложения целых коллективов избирателей. То же самое делаю и я.

Что касается приема граждан, то в большинстве своем это люди, которые получают наслаждение от «профессионального» хождения по кабинетам чиновников, придумывая всё новые и новые ребусы для их разрешения в различных инстанциях. Депутат должен ко всем относиться с вниманием, даже если человек приходит к нему с проблемой судебного процесса с собственной родней. Мне самой непонятно, почему нужно всех озадачивать проблемами такого рода, когда проще сесть и со своими родными самим разобраться по-людски. Но приходится делать запросы в многочисленные инстанции и отнимать рабочее время у серьезных людей, чтобы правильно ответить таким «ходокам». Но есть и вопросы, касающиеся не личной жизни избирателей, а благоустройства дворов, установки банкоматов, освещения стоянок и многого-многого другого. 

Что же касается вопросов, рассматриваемых на сессиях парламента, то я думаю, что мой опыт работы в системе образования и в культуре поможет внести дельные компетентные советы к проработке законодателями Кодекса об образовании и Кодекса о культуре. Сегодня существуют парадоксальные ситуации, когда человек, окончивший академию музыки по специальности «композитор», не найдёт себе в стране работу, чтобы ему в трудовой книжке сделали запись, что он работает именно композитором. Похожая ситуация и с молодыми специалистами, окончившими университет культуры по специальности «культуролог». Многие выпускники академии искусств не находят применения своим знаниям и своему таланту. 

 Ваши впечатления от работы депутатом? Всё ли в парламенте происходит так, как вы ожидали? Выступали ли вы с какими-то инициативами? Чего всем избирателям ждать от депутата Дорофеевой в ближайшие годы?

— Думаю, что пока я прохожу стадию адаптации. О том, как работает парламент, я знала и раньше, поскольку часто общалась с депутатами. Уверена, что я свои инициативы, озвученные в предвыборной программе, внесу в повестку дня, как только это станет возможно. Мои избиратели могут быть уверены, что их депутат и его помощники не оставят без ответа ни один вопрос, с которым они к нам обратятся.

— Кто ваши помощники? 

— Пока их у меня два, но свои услуги предлагают ещё несколько человек, готовых работать на общественных началах. Один из ныне работающих — это директор нашего коллектива — «Театра песни Ирины Дорофеевой» — Елена Рыкова. Ей 42 года. Мы работаем вместе с 1994 года. Она в совершенстве знает делопроизводство, хорошо разбирается во многих юридических и финансовых документах, обаятельный и коммуникабельный человек, с которым легко вести приём граждан и решать их проблемы. 

Второй мой помощник — это Валентина Логунович. Она пенсионерка, более 40 лет работала в администрации Центрального района Минска, была депутатом городского совета, юрист по образованию, всю свою жизнь занималась социальными и организационными вопросами, занимая различные государственные должности. Имеет огромный опыт в изучении законодательных актов нашего государства в разные периоды его существования, по натуре человек педантичный, трудолюбивый и ответственный. 

 Насколько тяжело совмещать работу в университете культуры с депутатством? Остается ли у вас время на творческую деятельность? 

— Мне не тяжело совмещать с депутатством ни работу в университете — студенты ходят на мои занятия, подстраиваясь под мой график, ни в творчестве — концерты и репетиции, как правило, проходят по вечерам, когда моя депутатская работа уже закончилась.

 Александр Лукашенко и Лидия Ермошина не раз называли белорусских депутатов слишком скромными, следствием чего является низкая их активность. Вы согласны с таким мнением? Вы могли бы сами назвать себя скромной? Или на фоне других вы активный депутат? 

— На фоне других депутатов я точно начинающий, но имеющий своё мнение, небезразличный ко всем вопросам, которые обсуждаются в парламенте, имеющий большой опыт общения с людьми, работающими во всех отраслях нашей экономики и во всех регионах нашей страны. Буду стараться говорить то, что я знаю, отстаивать то, в чём уверена.

Открытие первой сессии Палаты представителей шестого созыва, 11 октября 2016 г. Фото Сергея Сацюка

 

«Смертная казнь — не признак отсутствия демократии»

 Если президент и глава ЦИК отзывались о парламенте и активности депутатов деликатно, то ваша коллега Анна Канопацкая в одном из интервью назвала Палату представителей «болотом». Как бы вы прокомментировали такое заявление? 

— Я рада за всех депутатов, в том числе и за Анну Канопацкую, которые готовы превратить парламент в бурлящий водоворот, главное, чтобы их активную позицию поддержало большинство. 

 Каковы ваши взаимоотношения с Канопацкой? Каковы взаимоотношения с Еленой Анисим, которую, в принципе, можно назвать человеком культуры, как и вас. 

— У меня со всеми одинаково ровные, хорошие отношения, как с коллегами по работе. 

 Ваши многие песни на белорусском языке. Не считаете ли вы, что, например, заседания в парламенте стоило бы также вести на роднай мове? Если мои сведения верны, то на днях была вынесена инициатива принимать все законопроекты в Палате представителей на двух языках. Какова ее судьба? Вы поддерживали эту инициативу? 

— Многие заседания комиссии, в которой я работаю, проходят на белорусском языке, и это становится доброй традицией в первую очередь благодаря председателю нашей комиссии Игорю Марзалюку. Если на роднай мове заговорит весь парламент, меня это порадует. 

 13 декабря в Палате представителей была создана рабочая группа по вопросу смертной казни. Ваше мнение на счет высшей меры наказания в Беларуси? 

— Считаю, что наличие высшей меры наказания вовсе не является признаком отсутствия демократии и гуманности. Подонки, террористы должны знать, что им нет места в обществе. Совсем другое дело исполнение этих приговоров. Мне кажется, они могут ждать в страхе исполнения этого приговора до конца своей жизни. И это будет гуманно. Такова моя версия этого наказания. 

 Зарплата депутатов ПП уже ни для кого секретом не является. На ваш взгляд, парламентарии отрабатывают эти немалые деньги? Будь вы работодателем, вы бы установили им существующий размер оплаты труда на фоне их коэффициента полезного действия? 

— Легко об этом рассуждать со стороны, не зная, сколько знаний, сил, жизненного и профессионального опыта нужно применить для того, чтобы принимать правильные решения на уровне интересов всей страны. А во что можно оценить ту работу на местах, в округе, которой никто не хочет заниматься, потому что она требует детального изучения каждого вопроса, с которым приходит избиратель. Здесь зачастую приходится применять не только свои знания и интеллект, но и наработанные связи, чтобы быстро и справедливо решить вопрос. Каждый, я думаю, сам отдает себе отчет, как он работает — с полной отдачей или только наполовину своего жалования. Но такова природа человеческая, что всем кажется: хорошо там, где нас нет.

На предвыборном пикете в Минске, 5 июля 2016 года. Фото Сергея Балая

 

«Журналисты перевирают слова медийных персон. Я привыкла»

 С 2013 года вы являетесь членом общественного совета МВД. Как вы туда попали? 

— Я думаю, что все общественные советы создаются по одинаковому принципу — по инициативе ведомства, их создающего. И подбором кандидатур занимается тоже само ведомство. В нашем совете собраны люди абсолютно непохожие по роду своих занятий, но добившиеся заметных результатов в своей деятельности. 

 Недавние ваши заявления именно в качестве члена этого совета стали настоящим хитом интернета. Речь, как вы наверняка понимаете, про могилевскую тюрьму № 4 и про питание в этом заведении «как в ресторане». Трудно поверить, что вы не осознавали, скажем так, постановочность этой дегустации и что та еда, которую дают заключенным, кардинально отличается от еды, которой угощали вас. 

— Я уже давно привыкла к ситуации, когда журналисты перевирают слова медийных персон, вырывая их из контекста. Это самый дешевый способ добиваться своей собственной журналистской популярности. Эх, мол, как я лихо всех уделал. Можно, конечно же, с ними бесконечно судиться, потому что они нарушают закон, не согласовывая свои материалы для печати с обладателем смежных прав, у которого они берут интервью. Они, кстати, еще и гонорары должны за это платить, если внимательно почитают закон об авторском и смежном праве. Но у кого есть на это время и силы? Если от этого никто сильно не пострадал, то поговорили вокруг «горяченького» и успокоились. Для медийных персон это обычное дело.

— Но ведь ваши слова растиражировали вовсе не журналисты, а пресс-служба МВД. Есть и видео, на котором вы их произносите. 

— Вся сложность доказательства заключается именно в том, что любой ответ, в том числе и видеоссылку, при монтаже или редактировании можно оборвать в любом удобном месте, вырвав из контекста. Я не одна из нашей комиссии говорила о том, что нас угощали качественной едой, это тоже видно из видео, но все добавляли: «Если так, конечно, кормят везде и всегда». А тот факт, что журналисты горячо поддержали саму идею «тиражирования» моей фразы, пускай и вырванной из контекста, поверьте, может только принести пользу, несмотря на огромное количество «навешанных жаб». Это обстоятельство будет стимулировать руководство исправительных колоний поддерживать этот невольно зафиксированный уровень питания, чтобы не было нареканий от проверяющих инстанций. В этой связи мне обвинять некого, как и нет смысла вообще на этом заострять внимание.

 В качестве члена общественного совета МВД самая неприятная или психологически тяжелая сцена, которую вам довелось наблюдать? 

— Это был случай, когда я наговорила на «телефон доверия» сообщение о предвзятом отношении ко мне сотрудников ГАИ в ночное время, а за этим абсолютно ничего не последовало. Даже никто не перезвонил, чтобы что-то уточнить или извиниться. Я вносила предложение убрать из практики штрафные стоянки с их дорогостоящей технологией функционирования и отнимания у работающих граждан больше половины рабочего дня. Предлагала сотрудникам ГАИ фотографировать административное правонарушение на телефон и выписывать квитанцию об оплате штрафа, приклеивая ее на лобовое стекло транспортного средства. Однако пока кому-то выгодно все это содержать и тратить рабочее время граждан. 

 

«Я по-прежнему пою»

 Ваша творческая деятельность в последнее время плавно меняет направление с эстрадной на театральную. На данный момент вам это интереснее? Вам интереснее руководить процессом или играть на сцене самой? 

— Вы не очень внимательно следите за моей творческой деятельностью.smiley Я по-прежнему пою сольные концерты и с моей группой музыкантов «Форс-минор», и с балетом. Выступаю с отдельными поставленными номерами в сборных концертах, в телепроектах. А в дополнение к этому и в развитие своей личности я впервые сыграла в драматическом спектакле Андрея Курейчика «Осторожно, женщины Парижа!» в 2005 году, в мюзикле Кима Брейтбурга «Голубая камея» в 2011-м, а сейчас играю в мюзикле «Джейн Эйр» и собираюсь на этом не останавливаться.

Я, правда, уже давно не работаю телеведущей (этот период у меня длился пять лет) — на это просто не хватает времени, но зато в качестве скорее педагогической деятельности участвовала как художественный руководитель в постановках мюзиклов «Дубровский» и «Казанова» того же Кима Брейтбурга. Как и любой артист, от игры на сцене я получаю адреналин, а как педагог — горжусь успехами моих учеников.

Премьерный показ мюзикла «Джейн Эйр»

 Какая ваша любимая театральная постановка? 

— «Горе от ума» Грибоедова в постановке Олега Меньшикова и «Сирано де Бержерак» Эдмона Ростана в постановке Сергея Безрукова. 

— Довелось посмотреть полуфинал национального отбора на «Евровидение», образно говоря, это просто цирк. Почему у нас столь низкий уровень исполнителей? Ваше отношение к этому конкурсу в целом? Кто из белорусов, выступавших на нем, вас впечатлил больше всего? Может, съездите сами? 

— У нас в стране уровень исполнителей не так уж и плох, если судить по тому, что они с успехом выступают не только на родине, но и за рубежом. Я не буду перечислять всем известные факты и фамилии. Только в нашем коллективе более 40 раз молодые артисты привозили дипломы лауреатов международных конкурсов исполнителей из разных стран. И это им давалось нелегко. Но конкурс «Евровидение» — это не конкурс исполнителей и даже не конкурс песни, хотя это тоже важные факторы, влияющие на успех. Это, прежде всего, телепроект, в основе которого лежит оригинальность идеи и бюджетность постановки. Именно эти факторы не дали возможности победить в разные годы Патрисии Касс или Александру Пономареву, или Алле Пугачевой. Это, скорее, состязание продюсеров и режиссеров, а артист там всего лишь вспомогательный элемент. Многие из песен-победителей так и не стали мировыми хитами, а артисты-победители так и не стали звездами.

Никто из белорусов, выступавших на «Евровидении», не оставил во мне чувства гордости за нашу культуру или за нашу страну, хотя некоторые, как Дима Колдун или Петр Елфимов, спели весьма достойно. Но в этом состязании это только предпосылка ко всему остальному, что полностью отсутствовало. Мне кажется, что для достижения успеха в этом телепроекте нужно привлекать «играющих тренеров на том рынке» с хорошим финансированием, а исполнителей, отобранных по кастингу этими же тренерами, готовить целый год. Мы не совпадаем с ними по менталитету. 

 Вы участвуете в проекте СТВ «Две звезды». Можете сравнить это шоу с подобными на российском или украинском телевидении? Вам вообще в принципе интересны развлекательные шоу на белорусских телеканалах? 

— Вы проводите странные сравнения. Я развлекательные шоу украинских или российских телеканалов не могу сравнивать с американскими или британскими или даже со шведскими. Во-первых, не забывайте, где находится первоисточник, а где лицензия на копирование, да еще с учетом разницы в бюджетах телеканалов. Но нельзя говорить, что нам это не надо, так мы и вовсе ничему не научимся. Мы должны развиваться, как получается, чтобы не остаться в каменном веке.

Я знаю, сколько зарабатывают ведущие специалисты на российских телеканалах и каков постановочный бюджет каждого номера в новогоднем концерте российских звезд. Но я также знаю, сколько стоит минута рекламного времени в этом же концерте. Так что давайте будем реалистами. Слава богу, что все, кому не хочется смотреть белорусские шоу, могут включить тарелку и посмотреть то, что им нравится. Это, кстати, большое достижение нашей страны в области свободы выбора. 

 Почему вы выбрали направление близкое к эстрадному, а не попсу в полном ее понимании. Ведь помимо вокальных и музыкальных данных, у вас очень хорошие внешние данные, которые могли позволить стать белорусской Брежневой или Фриске. 

— Спасибо за комплимент, но я думаю, что для меня главное в жизни — заниматься любимым делом, которое к тому же еще приносит пользу и радость людям. Большую часть дня заниматься своей внешностью и своими формами — это не мое. Я люблю выражение Фаины Раневской, что «под любым роскошным павлиньим хвостом скрывается обычная куриная… Меньше пафоса, господа!» Я бы перефразировала «Больше музыки!»

 Мы вот говорили о вашем творчестве, а поклонником чьего творчества являетесь вы в плане музыки? Какой последний концерт вы посетили? 

— Я люблю музыку Баха, Шопена. Преклоняюсь перед талантами Нины Симон, Тины Тернер, Эллы Фитцжеральд, Лары Фабиан, Стинга. Восхищаюсь организационными способностями и мастерством Валерия Гергиева. Наконец, мой кумир — Олег Меньшиков.

в клубе Dozari, 14 декабря 2011 г. Фото Ольги Клещук

 

Вчера было «еще рано», сегодня — «еще не поздно»

Ирина, вместе с тем, что вы более чем известная личность для нашей страны, ваша личная жизнь практически тайна. Даже википедия, которая знает чуть ли не всё на свете, о вашей личной жизни ничего не знает. Вы не любите ее афишировать? Почему? 

— Я, несмотря на свою публичность, как это ни парадоксально очень не люблю публичность как таковую, особенно, когда она касается моего личного. Думаю, у каждого человека должно оставаться то, что не продается и не тиражируется. Мне кажется, я своим видимым трудом заслужила это право на невидимое. 

 Извините за предположение, может быть, у вас просто не хватает времени на неё? Университет, выступления, теперь еще и депутатство. 

— У меня не хватает времени кого-то воспитывать, а в готовом виде пока претендент не появился. Видимо, это дело случая. 

 Со стороны кажется, что в жизни вы добились в профессиональном и материальном планах всего. Вам самой не хочется на этом этапе жизни больше подумать именно о семейном, ведь остальное все у вас есть? 

— Мне на этом этапе жизни очень хочется подумать о семейном, но не больше чем обо всём остальном, что в моей жизни по-прежнему со мной. 

 В интервью в мае 2008 года вы сказали, что любая женщина мечтает стать «матерью-героиней», но вам на тот момент «еще рано». Прошло почти 9 лет. Все еще рано? 

— Боже! Как быстро летит время. Подумать только — 9 лет прошло! Теперь я думаю: «Еще не поздно!» Главное, чтобы также подумал еще хотя бы один человек, который мне подойдет.

 Где, с кем и как вы планируете отмечать Новый год? 

— Надеюсь, что у меня получится встретить этот Новый год в своем доме на опушке леса, в кругу друзей и моих родителей. Еще там будет радостно тявкать мой тойтерьер Дафна. 

 Какие у вас планы на будущий год: я имею в виду всё, что угодно: от банального научиться готовить какое-то блюдо до, скажем, поставить мюзикл на Бродвее? 

— Да, вы угадали, я действительно мечтаю в следующем году принять участие в одном сногсшибательном музыкальном проекте. Возможно, это станет сенсацией. Во всяком случае, так мечтается. Больше ничего не скажу — боюсь сглазить! И еще хотелось бы видеть в своей стране больше улыбающихся счастливых лиц, я буду над этим работать не только как певица, но и как депутат.

На презентации мюзикла «Голубая камея», 4 февраля 2011 г. Фото Ольги Клещук

 

 

  • Время такая штука что всему оценку даст и расставит на свои места. И о ком то будут помнить как о человеке, а кого то ..... ой простигосподи
  • Подгол негодуэ...
  • ?
    Чего обещала.
  • Смайлик - великая вещь! Ванкович его в нужном месте поставил... А я не поклонник попсы и мюзиклов, тем более на хоть чуть-чуть более серьёзные темы из разряда Джен Эйр, опрощённые до мюзикла... для не умеющих читать тексты авторов, когда они без подтанцовки... И невольный вопрос, ни к кому не адресованный. Просто вслух. Но... Что этой птичке-колибри, Дорофеевой, отложившей ради тусовочной карьеры семейную жизнь, возрастом сегодня под 40 (без неполного года), -- короче, ей всё равно, где тусоваться. Короче, превед тебе, законодательный орган белорусской государственности!
  • Это та ,которую в тюрьме кормили как в ресторане?
  • шея старая