Глава представительства ЕС Андреа Викторин: быть посредником между властью и оппозицией — не наша роль

Что ожидает Евросоюз от официального Минска в ответ на приостановку санкций, каким будет ответ на письмо в Брюссель представителей белорусской оппозиции, стоит ли в обозримой перспективе ожидать подписания соглашения о партнерстве?

Новая глава представительства Евросоюза в Беларуси Андреа Викторин работает в Минске чуть более семи недель. Но наша страна немецкому дипломату хорошо знакома. Как и проблемы, которые есть в отношениях между Беларусью и ЕС.

Что ожидает Евросоюз от официального Минска в ответ на приостановку санкций, каким будет ответ на письмо в Брюссель представителей белорусской оппозиции, стоит ли в обозримой перспективе ожидать подписания соглашения о партнерстве?

На эти и другие вопросы Андреа Викторин отвечает в интервью информационной компании БелаПАН.

Андреа Викторин

Андреа Викторин. Родилась 13 декабря 1957 года. На дипломатической службе в МИД Германии с 1989 года. Работала в посольствах Германии в Латвии, Нидерландах, Армении. В 2000-2003 годах была советником посольства Германии в Беларуси. С 2012 года и до возвращения в Минск возглавляла немецкое посольство в Риге. На посту главы представительства ЕС в Минске сменила Майру Мору.

— Европейский союз приостановил действие ограничительных мер в отношении белорусских чиновников на четыре месяца. Почему именно на четыре, а не на шесть, к примеру? Каких шагов ждет ЕС от Беларуси в ответ на приостановку санкций?

— Таково было решение, принятое всеми странами ЕС. Думаю, мы хотели просто обозначить определенный период, в течение которого мы будем наблюдать за развитием ситуации с демократией, верховенством права и правами человека. Кроме того, мы ожидаем публикации в конце года итогового отчета миссии БДИПЧ ОБСЕ по наблюдению за выборами, который мы также будем принимать во внимание.

Чего мы ожидаем? Ожидаем, что отношения будут развиваться шаг за шагом. Надеемся на улучшение ситуации в сфере прав человека и верховенства права. Есть достаточно много областей, в которых мы предлагаем Беларуси поддержку, но также и ожидаем шагов к улучшению ситуации.

Например, мы очень внимательно отнеслись к рекомендациям миссии БДИПЧ ОБСЕ о необходимости изменений в избирательном законодательстве. Мы были бы очень рады, если бы в соответствии со стандартами ОБСЕ и другими своими международными обязательствами Беларусь провела необходимые реформы избирательного законодательства перед предстоящими парламентскими выборами. И мы готовы оказать поддержку в этом.

— Будет ли ЕС продолжать настаивать на реабилитации в правах бывших политзаключенных?

— На протяжении последних лет ЕС постоянно призывал к освобождению политических заключенных. Не только к тому, чтобы их выпустили из тюрьмы, но и к полному их восстановлению в правах. Если мы вернемся к заявлению высокого представителя ЕС Федерики Могерини и европейского комиссара Йоханнеса Хана от 22 августа, то увидим, что ЕС приветствовал освобождение политических заключенных и ожидает от властей Беларуси снятия всех ограничений на полную реализацию освобожденными их гражданских и политических прав. Мы поднимали этот вопрос и продолжим это делать.

— Но, к примеру, если в феврале, когда ЕС вновь вернется к вопросу о санкциях, политзаключенные по-прежнему не будут реабилитированы, санкции будут возвращены или нет?

— На мой взгляд, предстоит пройти определенный путь. 28 стран ЕС и институты ЕС примут во внимание множество факторов и придут к совместному решению. Решение будет приниматься не на основе какого-либо одного элемента. Мы продолжим говорить о необходимости серьезных улучшений и будем оценивать ситуацию в целом. Поживём — увидим. Я вижу позитивные шаги. Например, в июле мы возобновили диалог по правам человека с Беларусью. Это очень позитивный шаг. Так что мы должны будем рассматривать ситуацию в целом.

— В целом, что может стать причиной возобновления санкций?

— Давайте смотреть на вещи позитивней. Мне кажется, мы сейчас на правильном пути. Мы начали диалог. Точнее, мы начали его ещё полтора года назад. И мы сохраним этот пошаговый подход. Я надеюсь на положительный исход. Надеюсь, что здесь произойдут изменения к лучшему. ЕС продолжит уделять пристальное внимание вопросам развития демократии, верховенства права и прав человека в Беларуси. Мы действительно хотим — и мне кажется, с обеих сторон — улучшить отношения, расширить сотрудничество, что послужит на благо народу Беларуси.

Андреа Викторин

— Остаются ли какие-то серьезные препятствия для полноценного развития отношений между ЕС и Беларусью?

— Как я уже говорила, мы бы приветствовали необходимые изменения в избирательном законодательстве в соответствии со стандартами ОБСЕ. Беларусь, будучи государством-участником ОБСЕ, также должна быть в этом заинтересована. Также мы были бы заинтересованы в дальнейшем улучшении ситуации в сфере верховенства права. Эти вопросы важны для ЕС. Это универсальные ценности. И мы всегда, в сотрудничестве с каждой страной, работаем вместе, чтобы обеспечить их соблюдение. Пошаговые улучшения будут так же объективно оцениваться в контексте отношений с Беларусью, как они оцениваются в отношениях ЕС с любой другой страной.

— По неофициальной информации, в ЕС разработан документ из нескольких десятков пунктов того, что Евросоюз готов предложить Беларуси. Расскажите, пожалуйста, об этом подробнее.

— Понимаете, улучшение отношений — это всегда незавершенное произведение. Да, мы будем работать над этим совместно с белорусской стороной. Мы контактируем со всеми заинтересованными сторонами в стране. И вместе мы определим ряд сфер для взаимодействия.

Мы уже сотрудничаем в некоторых сферах. Например, сейчас мы тесно сотрудничаем в вопросах социальной включенности, защиты окружающей среды, экономического развития на местном и региональном уровне. И мы открыты к тому, чтобы расширить наше сотрудничество. Но это требует постоянных консультаций. Каждый год мы проводим их с белорусской стороной. И в конце этого года также будем обсуждать программу сотрудничества на следующий год. Если будут какие-то конкретные запросы с белорусской стороны, мы их рассмотрим и решим, как могли бы помочь.

Мы успешно сотрудничаем в сферах экономики и защиты окружающей среды, в сферах транспорта и здравоохранения, контактов между людьми и образования. У нас уже есть целый ряд сфер, в которых мы постепенно развиваем сотрудничество, поддерживая осуществление совместных проектов.

— Но все эти проекты, как я понимаю, не требуют каких-то серьезных структурных реформ политической системы в Беларуси?

— Могу только снова подчеркнуть, что верховенство права и связанные с ним вопросы очень важны, и мы будем обращаться к ним вместе шаг за шагом. ЕС готов выступить в качестве партнера. И мы всегда будем стремиться к развитию партнерских отношений. Для этого потребуются и шаги со стороны белорусских властей. Перед выборами президент говорил о том, что будет реализован план реформ, и мы были бы рады такому развитию событий.

Мне кажется, это взаимосвязанные вещи. В частности, когда я говорю про наше сотрудничество в сферах социальной включенности, регионального развития, это всегда означает, что мы имеем в виду включение в него гражданского общества в самом широком смысле. Во многих наших проектах мы работаем одновременно с отраслевым министерством и с гражданским обществом. И это тоже часть пошагового осуществления реформ.

На прошлой неделе перед церемонией инаугурации я участвовала в конференции, посвященной нашему проекту развития частно-государственного партнерства. Это большой шаг вперед, очень успешный проект. И сейчас Беларусь намеревается принять соответствующий закон. Мы рассматриваем это как пример успешного сотрудничества — Беларусь делает шаги в направлении реформ, в том числе на уровне законодательства.

Для нас всех важны социальное обеспечение, здравоохранение, соблюдение прав людей с ограниченными возможностями. И все эти элементы есть в наших проектах и отражаются в наших программах сотрудничества. Беларусь разделяет глобальные цели устойчивого развития. И здесь мы можем поставить перед собой общие задачи и решать их сообща.

— Я имею в виду, что белорусские власти хотят получать от ЕС деньги под какие-то проекты, но не хотят идти на серьезные реформы, которые могут быть опасны для существующего режима.

— Прежде всего, никогда не бывает так, что мы просто даем деньги. Мы не предоставляем Беларуси бюджетной поддержки. Мы реализуем проекты, предоставляем экспертную поддержку, в рамках некоторых ключевых проектов также предоставляем оборудование. Как я сказала, нам всем потребуется терпение, необходимо объективно оценивать ситуацию. Но я вижу возможности для движения вперед.

В качестве примера я могу привести двухлетнее сотрудничество по изучению потенциала государственного-частного партнерства. И сейчас согласован ряд пилотных проектов. Это шаг, который ведет к определенным реформам.

У нас есть много сфер для совместного осуществления реформ, для сотрудничества. Я вижу возможности для сотрудничества и движения вперед только вместе и шаг за шагом.

— Раз уж мы заговорили о проектах, расскажите, пожалуйста, про проект «Белмед». Какова его цель и чего ЕС ожидает от реализации этого проекта?

— Думаю, что это первая действительно крупная совместная программа в сфере здравоохранения. Она включает в себя несколько компонентов. Бюджет всей программы составляет около 8,5 млн евро.

Крупнейший компонент, который мы совместно с ООН представили в Гродно — это профилактика неинфекционных заболеваний, продвижение здорового образа жизни и улучшение системы здравоохранения, в том числе на региональном уровне. На эту часть программы будет выделено 4,1 млн евро, и ЕС предоставит 92% этой суммы.

Мы будем тесно сотрудничать с Министерством здравоохранения, но также и с местными властями и неправительственными организациями, которые занимаются продвижением здорового образа жизни. Одновременно мы поддержим и тех, кто на местном уровне занимается вопросами профилактики заболеваний, например, проводит кампании по профилактике и раннему выявлению рака груди. Проект также предусматривает тренинги. Направлений много, и это действительно очень большой проект.

— Есть еще один новый большой проект, который называет MOST. Вы назвали его беспрецедентным по масштабам и многообещающим.

— Прежде всего, у проекта также довольно большой бюджет — 5 млн евро. Мы и ранее делали довольно много — предоставляли стипендии, стажировки и так далее. Сейчас мы впервые реализуем большой проект, рассчитанный на 2015-2017 годы, который даст возможность молодым белорусским специалистам посетить ЕС, наладить профессиональные контакты и найти партнеров. При этом проект не сосредоточен на какой-либо одной профессиональной области. Он предназначен для молодых специалистов во всех отраслях, а не только для спортсменов, творческих людей или ученых. У проекта очень широкий охват.

Его идея в том, что белорусские специалисты должны быть частью европейского профессионального сообщества в своей области. При этом очень проста процедура подачи заявки на участие. Первая группа специалистов уже совершила поездку. Это были представители IT-сектора, и их поездка уже дала результаты — они подключились к работе европейского консорциума, чтобы принимать участие в европейских конкурсах и тендерах для проведения исследований в своей профессиональной области.

Думаю, что лучшее, что мы можем делать, это поддерживать контакты между людьми. Если мы будем поддерживать эти контакты в сфере бизнеса и давать молодым специалистам возможность получить опыт работы в ЕС, найти новых партнеров, то это будет отличный проект.

И хотела бы отметить, что мы реализуем его совместно с Министерством иностранных дел. Это пример успешного сотрудничества, и этот проект вызывает большой интерес.

— Как проходит этот процесс? Кто принимает решение о том, какой из участников поедет в ЕС?

— Мы финансируем проект, но нам часто нужен партнер, который занимался бы организационными и административными вопросами. Проект реализуется Институтом Гёте в Минске совместно с Британским советом. Решение принимает отборочный комитет. На сайте проекта есть вся информация о проекте и о том, как подать заявку. И мы для себя выяснили, что белорусы очень быстрые — заявки начали поступать мгновенно и в большом количестве.

Андреа Викторин

— Ранее вы упомянули о возобновлении диалога между Беларусью и ЕС по правам человека. Это диалог между ЕС и белорусскими властями. Будет ли гражданское общество приглашено к участию в этом диалоге?

— Диалог по правам человека — это межправительственный диалог. Но в то же время у нас достаточно много площадок, на которых мы взаимодействуем и консультируемся с гражданским обществом. Представительство открыто для всех сторон и представителей общества. Мы ведем постоянный диалог с властями, с оппозицией, с гражданским обществом в его самом широком смысле.

— А известно уже, когда состоится следующий раунд диалога по правам человека?

— Конкретная дата пока не определена.

— Расскажите, как вообще проходят эти встречи? ЕС говорит о проблемах и что необходимо сделать, а белорусская сторона что-то соглашается сделать, от чего отказывается? Как это происходит?

— Интересное описание диалога. Мы не сидим в школьном классе — мы пытаемся найти пути решения, обсуждаем вопросы, которые считаем очень важными. Есть ряд вопросов, которые важны для нас. Например, смертная казнь. Для ЕС это очень важная проблема. Мы проводим обсуждения, но ими не ограничиваемся. Например, мои коллеги посетят тюрьму, чтобы ознакомиться с условиями содержания заключенных.

Очень важно пытаться договориться, поэтому для нас важно, что диалог по правам человека возобновился. И мы ценим этот первый шаг. Какие шаги предпринимать, решать белорусским властям. Мы приводим наши аргументы. И мы всегда будем придерживаться наших ценностей, продолжим вносить свои предложения. Но идея в том, что мы садимся и вместе обсуждаем какие-то вопросы, а затем обе стороны определяются с тем, что они могут предпринять.

Например, мы поддерживаем рекомендации БДИПЧ ОБСЕ по улучшению избирательного законодательства, потому что прозрачные и справедливые выборы дают народу возможность выбирать для себя правительство по своему усмотрению. Это чрезвычайно важно. Мы готовы поддержать усилия Беларуси в этой области. Принимать ли эту помощь, решать белорусским властями.

— Можете ли вы рассказать о других проектах, которые ЕС поддерживает в Беларуси, и каков их общий бюджет?

— Прежде всего, скажу, что в Беларуси ЕС — крупнейший донор сотрудничества в целях развития. Ориентировочная программа сотрудничества на период с 2014 по 2017 гг. предусматривает финансирование в объеме от 71 до 89 млн евро. И в рамках этой программы мы поддерживаем осуществление тех проектов по социальной включенности, защите окружающей среды, образованию и региональному развитию, которые я уже упоминала выше.

Мы много делаем для поддержки трансграничного сотрудничества. Мы оказываем поддержку в сфере образования. Много делается в сфере миграции, в том числе по борьбе с нелегальной миграцией, торговлей людьми. Также есть проекты в рамках Восточного партнерства.

Очень много проектов в различных сферах. Скажу вам честно, мне еще предстоит охватить вниманием все проекты — я приехала в Минск всего семь недель тому назад.

— Как скоро ЕС может предложить Беларуси подписать соглашение о партнерстве? Что предусматривает такое соглашение?

— Переговоры о заключении такого соглашения велись еще в 1995 году, но его ратификация была заморожена в 1997 году. Да, нам нужны рамочные условия для нашего сотрудничества. И это был бы важный шаг. Снова должна подчеркнуть, что мы хотим улучшения отношений и открыты к этому. Мы двигаемся шаг за шагом. Если отношения будут развиваться в положительном направлении, и мы сможем достичь прогресса, то подписание такого соглашения могло бы стать логическим шагом, следствием такого улучшения.

Но не хотела бы, чтобы складывалось впечатление, что у ЕС есть какой-то фиксированный план где-то в шкафу, который можно достать и исполнить. Это всегда улица с двусторонним движением. Мы предлагаем что-то, но мы также смотрим, какой интерес белорусской стороны, какие позитивные шаги предпринимаются ею, и затем мы вместе продвигаемся вперед.

Да, подписание такого соглашения было бы логичным шагом. Но пока рано об этом говорить.

— Важным вопросом для Беларуси является вступление в ВТО. Окажет ли ЕС Беларуси помощь при вступлении в ВТО? Каким образом это может быть сделано?

— Да, мы готовы предложить помощь, если белорусская сторона посчитает ее необходимой. Мы ожидаем предложений белорусской стороны.

Андреа Викторин

— Лидеры белорусской оппозиции направили письмо в ЕС, в котором содержится что-то вроде дорожной карты для развития отношений с Беларусью. Там, например, среди условий называются изменения в избирательном законодательстве, о необходимости которых вы уже говорили. Также они просят ЕС содействовать началу диалога оппозиции и властей.

— Да, письмо это в Брюсселе получили, и на него будет дан ответ. Я встречалась с лидерами оппозиции несколько недель назад, и мы обменялись мнениями по ряду вопросов. Как я говорила ранее, мы открыты к общению со всеми сторонами, всеми представителями белорусского общества, заинтересованными в развитии отношений между Беларусью и Европейским союзом.

Европейский союз имеет ценностную основу, и верховенство права, свобода слова, прозрачные, справедливые выборы, посредством которых люди определяют политику своего правительства, — это универсальные ценности непреходящей важности.

Именно поэтому, как я упоминала ранее, Европейский союз принял во внимание предварительные выводы и заключения миссии БДИПЧ ОБСЕ по наблюдению за президентскими выборами, состоявшимися в Беларуси несколько недель назад, и призвал Беларусь выполнить рекомендации БДИПЧ ОБСЕ, которые будут содержаться в итоговом отчете миссии, в преддверии парламентских выборов 2016 года.

— Насколько я понимаю, в письме содержался призыв к тому, чтобы ЕС выступил в роли посредника в диалоге между властями Беларуси и оппозицией.

— Исполнение роли посредника между властями Беларуси и теми, кто находится в оппозиции, не является задачей Европейского союза. ЕС не является участником внутриполитического процесса. В то же время, ЕС взаимодействует со всеми сторонами, заинтересованными в развитии отношений между ЕС и Беларусью.

Андреа Викторин

— Вы работали в Минске ранее и вернулись двенадцать лет спустя в нынешнем, новом качестве. На что вы обратили внимание, вернувшись в Беларусь? На ваш взгляд, изменилось ли что-то в обществе, в атмосфере города?

— Я с радостью вернулась в Минск. Безусловно, город изменился — не мог не измениться. В Минске многое построили за эти годы. Конечно, какие-то изменения огорчают — моей любимой художественной галереи больше нет! Мне нравится белорусское искусство, так что придется найти себе новую любимую галерею. Что меня действительно порадовало, так это то, что не изменились люди — они по-прежнему открыты, приветливы и очень спокойны. Непривычно спокойны для меня, человека из долины Рейна, где преобладает совсем другой темперамент, но эти различия делают общение только интереснее.

Меня так тепло приняли люди, которые помнят «ещё с тех пор». Я также очень рада новым знакомствам и новым коллегам. У нас много интересной работы впереди.

 

Фото Ольги Клещук