Беларусь — Туркменистан. Стратегическая дружба в твердой валюте

Если отношения между Минском и Ашгабатом оценивать по чисто внешним признакам, то они выглядят чуть ли не идеальными.

 

Состоявшийся 11-12 мая визит в нашу страну президента Туркменистана Гурбангулы Бердымухамедова в очередной раз продемонстрировал близость взглядов двух лидеров. Остается лишь дождаться того счастливого момента, когда она конвертируется в какие-то материальные достижения.

Если отношения между Беларусью и Туркменистаном, которые сторонами определяются как стратегическое партнерство, оценивать по чисто внешним признакам, то они и впрямь выглядят чуть ли не идеальными.

Об этом свидетельствуют, в частности, практически ежегодные двусторонние встречи на высшем уровне. Таких регулярных контактов у Минска нет ни с какой другой страной центральноазиатского региона, даже с, казалось бы, гораздо более близким по всем параметрам Казахстаном.

Маленький плюс после падения

Между тем в прошлом году белорусско-туркменский товарооборот сократился более чем в два раза, причем почти исключительно за счет падения белорусского экспорта.

Разумеется, можно объяснять этот печальный результат ссылками на мировой кризис и резкое падение цен на углеводороды, доходы от продажи которых как раз и являются основным источником наполнения государственной казны Туркменистана. Однако, в отличие от большинства других государств с аналогичной структурой экономики, последний пострадал от подобных катаклизмов как-то не очень сильно. По итогам 2015 года прирост его ВВП составил ни много ни мало 6,7%. Это означает, что Ашгабат — партнер платежеспособный.

В свете этого закрадывается подозрение, что он постепенно переходит в разряд тех партнеров Минска, которые уже могут позволить себе, условно говоря, предпочитать МАЗу MAN.

Правда, первые месяцы текущего года, по заявлению Александра Лукашенко, показали позитивную динамику — товарооборот увеличился на 75%. Однако насколько устойчива эта тенденция?

На переговорах в Минске много внимания уделялось участию белорусской стороны в строительстве Гарлыкского горно-обогатительного комбината по выпуску калийных удобрений, которое должно быть завершено в будущем году. Во время переговоров с Лукашенко его коллега выразил уверенность, что этот «грандиозный проект в будущем принесет двум странам очень хорошие экономические дивиденды».

В то же время возникает вопрос, не создаем ли мы сами себе нового конкурента. Появление на рынке еще одного продавца вполне может привести к дальнейшему падению цен, которые и сейчас находятся далеко не на удовлетворительном уровне. Ведь, по данным Белстата, за два месяца денежные поступления от продажи калия сократились почти на 40%.

Известно также, что в высших учебных заведениях Беларуси обучается более 9000 туркменских студентов. И хотя, по словам преподавателей, уровень подготовки большинства их них, мягко говоря, оставляет желать лучшего, плата, к счастью, от этого фактора не зависит.

При этом стороны полны решимости реализовать проекты создания в Туркменистане беспилотных авиационных комплексов, развития компьютерных технологий.

 

Денежные партнеры ближе союзников?

Что же касается политической составляющей сотрудничества, то для ее оценки, как правило, используются стандартные формулировки о близости позиций и взаимной поддержке на международной арене.

Конкретных примеров при этом не приводится, но в целом более или менее понятно, что имеется в виду «правильное» голосование одной из сторон по резолюциям, затрагивающим интересы другой, в ООН и ОБСЕ. Поскольку кроме них общими для обеих стран являются только СНГ и Движение неприсоединения, а там при принятии решений никакой реальной поддержки не требуется.

При этом в двустороннем плане имеют место интересные моменты. По мнению белорусского аналитика Арсения Сивицкого, в связи с угрозами «Талибана», в нынешнем году уже несколько раз прорывавшего афгано-туркменскую границу, перед Минском открываются новые возможности в плане военно-технического сотрудничества.

Туркменистан, как известно, в ОДКБ не входит. Примечательно, что такое же сотрудничество, которое фактически сводится к продаже вооружений, хорошо налажено у Беларуси и с Азербайджаном, также не имеющим отношения к системе коллективной безопасности на постсоветском пространстве. Более того, он фактически находится в состоянии военного конфликта (хотя преимущественно замороженного) с членом ОДКБ Арменией.

В то же время о поставках военной техники последней, как, впрочем, и остальным членам, кроме России, что-то не слышно. По-видимому, это объясняется, главным образом, вульгарной нехваткой у тех финансовых ресурсов.

Отсюда можно сделать вывод, что прагматические соображения белорусского руководства временами превалируют над обязательствами перед союзниками. Не исключено, что именно в этом и заключается «стратегичность».

Фото president.gov.by




Оставьте комментарий (0)