«У Вилюги были миллионы долларов и огромные связи. Дело дошло до главы государства»

Влиятельные люди, большие деньги и очень много смертей вокруг — в ГУБОПиК рассказали о ранее неизвестных деталях «дела семнадцати».

В Минске продолжается процесс по «делу семнадцати». В суде допрашивают свидетелей. Тем временем в Главном управлении по борьбе с организованной преступностью и коррупцией МВД корреспонденту Naviny.by рассказали о ранее неизвестных деталях этого громкого уголовного дела.

Николай Карпенков Михаил Бедункевич

Начальника ГУБОПиК МВД
Николай Карпенков

Начальник 3-го управления по противодействию экстремизму ГУБОПиК Михаил Бедункевич

Начальник 3-го управления по противодействию экстремизму ГУБОПиК МВД Михаил Бедункевич говорит, что Константин Вилюга, который, как отмечено в обвинении, был создателем интернет-магазина LegalMinsk, впервые попал в поле зрения правоохранителей еще в 2008 году. Были подозрения, что он причастен к распространению амфетамина, но тогда запрещенное вещество при нем не обнаружили и отпустили. На след его преступной группы вышли только в 2014-м. LegalMinsk на тот момент работал уже три года.

Константин Вилюга
Константин Вилюга

ГУБОП: к «бизнесу» Вилюги был причастен только один сотрудник управления

«В то время я возглавлял международное управление по наркотикам. Мы установили своего сотрудника, который занимался не тем, чем надо, — говорит Бедункевич. Речь идет о Константине Денисевиче, бывшем оперативнике ГУБОП, который сейчас проходит обвиняемым по «делу семнадцати». — Понятно, что это была не его инициатива, он делал экспертизы, хотя по работе с наркотиками вообще не был связан. Начали выяснять, что привело его в преступный бизнес и на кого он работает. Установили круг общения и человека, на которого он работал. Им оказался Константин Вилюга».

Фотографии первых минут задержания Вилюги можно увидеть на стене рабочего кабинета начальника ГУБОПиК Николая Карпенкова.

Видео оперативной съемки ГУБОПиК МВД

«Первые минуты, как его только задержали, — указывает на снимки полковник милиции. — Наглый, важный: «Что тут такое? У вас у всех будут неприятности». Вот на этом мерседесе его прихватили. А вот на фото карманные деньги, которые были обнаружены у него в квартире».



Все эти годы, пока работал интернет-магазин LegalMinsk, Константин Вилюга был на виду. Жил в Минске, отдыхал в ночных клубах, периодически захаживал в управление ГУБОП по Минску и в КГБ. Он там, конечно, не работал, но, кажется, его присутствие в правоохранительных учреждениях никого не смущало. Почему не задержали раньше?

В Главном управлении по борьбе с организованной преступностью и коррупцией объясняют, что оперативники одновременно работали сразу по нескольким крупным распространителям — Кот (Вилюга), Витя Свояк и Жора (Юрий Зайцев). Кроме того, наркодилеры ловко использовали пробелы в законодательстве — это был бум так называемых легальных курительных смесей. Тогда еще не был пополнен перечень запрещенных веществ и не были разработаны формы и методы задержания распространителей спайсов.

«Вилюга завозил наркотические вещества, делал экспертизу, торговал так называемым «легалом», а когда эти вещества становились запрещенными, сразу сбрасывал товар оптом другим распространителям, чтобы уже они, получается, торговали запрещенным, — рассказывает Николай Карпенков. — Вилюга имел своих людей и свои места. Он подставил несколько сотрудников милиции, которые сели в тюрьму. Было у него и несколько сотрудников КГБ, которые на него работали. Был, к сожалению, и наш человек (Константин Денисевич. — ред.). Я тогда работал в министерстве. Нам стало известно, что в наркобизнесе замешаны сотрудники госбезопасности. Мы тут же написали в комитет, управление собственной безопасности начало по ним работать. Кроме того, мы провели встречу с ГУБОП, чтобы занялись Денисевичем»

Константин Денисевич 
Константин Денисевич

Из сотрудников ГУБОП на скамье подсудимых один человек. При этом в обвинении отмечено, что незаконная деятельность принесла Вилюге и его подельникам почти 1,5 млн долларов. Напрашивается вопрос, мог ли один оперативник несколько лет прикрывать столь прибыльный бизнес? Тем более в ходе допроса звучали и другие фамилии сотрудников управления — Силин, Макурин, Сербенков. Последний, как отмечено в показаниях свидетелей, свел Вилюгу с Денисевичем.

«Силин и Макурин не из ГУБОПа. Сербенков — сотрудник ГУБОП, — отметил начальник 3-го управления Михаил Бедункевич. — Названные сотрудники имели отношение к задержанию Вилюги в то время, когда он был «пустой» (в 2008 году. — ред.). Тогда его отпустили, за что он обещал содействие якобы в предоставлении информации (на распространителей наркотиков. — ред.). И когда у него начались проблемы (курьеры жаловались, что т.н. борцы с наркотиками забирают у них товар. — ред.), он стал обращаться к знакомым оперативникам. Сербенков работал в сфере противодействия наркотикам, вымогательство было не его профилем, поэтому он отдал его Денисевичу».

По словам Михаила Бедункевича, внутренняя проверка не выявила фактов, что другие сотрудники ГУБОП были причастны к бизнесу Константина Вилюги.

«Если бы было малейшее подозрение, такие люди были бы привлечены к ответственности, уволены», — подчеркнул собеседник. И отметил, что силовики, в том числе бывшие сотрудники КГБ, помогали Вилюге ликвидировать конкурентов. Появилась группа «Минск без наркотиков». По сути, ее участники занимались преступной деятельностью — забирали товар и деньги у курьеров.

«Вилюга подъехал к Денисевичу, они эту группу пресекли, — говорит Бедункевич. — Появились патрульные милиционеры, которые гоняли распространителей и где-то превышали свои полномочия, он и их уработал».

На суде выяснилось, что после увольнения из милиции Денисевич некоторое время работал в строительной фирме, потом Вилюга взял его своим заместителем в компанию «ВКМ-групп». Из ГУБОП бывший оперативник ушел по собственному желанию весной 2014-го.

«Нельзя было его в этот момент привлечь, потому что могли упустить Вилюгу, он уже собирался уехать в Россию», — пояснил Карпенков.

Всех — под контроль

В Главном управлении по борьбе с организованной преступностью и коррупцией убеждены: Вилюга хотел подмять под себя весь рынок психотропов в Беларуси.

«Цель у него была одна: всех крупных распространителей прибить под себя, посадить и забрать их имя, — считает Карпенков. — Потом на это «имя» посадить своего человека торговать наркотиками. Самое главное, что он формально занимается только «легальными курительными смесями».

«Как только Вилюга видел изменения на рынке, он собирал онлайн-конференцию, чтобы установить свои цены, — отмечает начальник 3-го управления. — А если было сопротивление, ему на помощь приходили знакомые комитетчики. Вилюга демонстративно показывал, что вхож и в милицию, и в КГБ. Иногда специально накидывал правоохранителям информацию на других распространителей». 

 «Предали интересы службы».
Почему чекистов судят вместе с наркодилерами?
 

Правоохранители настаивают, что Константин Вилюга — расчетливый человек, который старался всех подчинить себе.

«Если он видел, что человек становится ему неудобен, но он употребляет наркотики, давал ему такие вещества, после которых потребитель или сходил с ума, или резал кого-нибудь, — говорит начальник ГУБОПиК. — Семеняко (бывшая девушка Вилюги, сейчас также проходит обвиняемой. — ред.) жила с жуликом, с торговцем наркотиками, который под воздействием психотропов зарезал человека. После этого Вилюга забрал ее к себе, чтобы сожительствовать». 

Ирина Семеняко 
Ирина Семеняко

Таблетки, под воздействием которых бывший парень Семеняко схватился за нож, как отмечают правоохранители, ему привезли Константин Вилюга и Дмитрий Гаврик, еще один фигурант «дела семнадцати».

Однако адвокат Гаврика Мария Онопольская утверждает, что ее подзащитный «к этим обстоятельствам никакого отношения не имеет и в тот период времени с Вилюгой не общался».

Онопольская также ссылается на допрос в суде свидетеля Зинкевича (бывший парень Семеняко), который показал, что таблетки привезли Вилюга и Юрий Погальников — один из основных свидетелей обвинения.

Еще один пример того, как Вилюга подчинял себе людей — история с Алиной Терегерей, которая руководила наркобизнесом в Минске и сейчас также находится на скамье подсудимых.

«Терегеря решила работать самостоятельно, создала свой магазин Hellcat. Но однажды ее с вокзала забрали крепкие ребята, посадили в машину и увезли в лес, где заставили копать яму, — говорит Михаил Бедункевич. — Она ночью пешком вернулась в Минск. После этого появился Вилюга, который предложил ей снова работать на него, чтобы не было проблем. Уйти от него было невозможно».

Кстати, Алину Терегерю задержали за несколько месяцев до того, как в СИЗО привезли Вилюгу.

«Очень ушлая и матерая девушка, — характеризует обвиняемую Николай Карпенков. — Даже ее парень, Евгений Тимоховцев, боялся делать закладки, но она ему приказывала: «Давай, фасуй, раскладывай!» И каждый день они этим занимались. Нами было зафиксировано, как она встретилась с Вилюгой, взяла у него новый вес, чтобы перепродать знакомым оптовикам. Но мы успели ее задержать. Кстати, она сразу же сдала своего Тимоховцева».

Удостоверение борца с наркотиками Вилюга использовал для показухи

У Вилюги были обнаружено международное удостоверение «борца с наркотиками». Давал ли этот документ ему какое-либо преимущество?

«Это удостоверение российской ассоциации, — говорит Бедункевич. — Реального веса оно не имело, он его использовал для показухи. Вилюга заботился, чтобы о нем было положительное мнение, чтобы те, кто на него работал, авторитетно его воспринимали, поэтому он и рассказывал им, что регулярно ездил в ГУБОП и КГБ. Он создавал имидж, что у него всё подвязано. Показывая это удостоверение, он заручался, что занимается легальным бизнесом».

Еще один факт из жизни главного фигуранта, который активно обсуждался в интернете — его мерседес S-класса с элитным номером 0101, нанесенными красным цветом на белом фоне и с изображением герба.

Во-первых, как стало известно в суде, машина была зарегистрирована на мать Вилюги. Во-вторых, в Управлении ГАИ БелаПАН пояснили, что никаких так называемых «правительственных» регистрационных знаков Госавтоинспекция не выдает ввиду отсутствия таковых.

«Выдача регистрационных знаков с изображением герба не предусмотрена, и, соответственно, в подразделениях ГАИ такие знаки не выдаются и не выдавались ранее, — отмечено в официальном ответе инспекции. — Сотрудники ДПС при несении службы выявляют транспортные средства с регистрационными знаками, на которых самовольно размещено изображение герба, что в свою очередь влечет административную ответственность».

Вокруг LegalMinsk было много смертей

В отличие от банды Зайцева, обвиняемым по «делу семнадцати» не предъявлены обвинения в том, что из-за наркотиков, которые они распространяли, погибли люди. Однако сотрудники ГУБОП настаивают, что на самом деле вокруг LegalMinsk было много смертей.

«За ними есть загубленное здоровье и даже загубленные жизни, — говорит Николай Карпенков. — Ведь они испытывали наркотические вещества на людях, при этом называли их кролями. Приглашали девочек на день рождения, привозили туда наркотики. Говорили: «Давай попробуй это, а еще это». Раз, у одной девушки передозировка и смерть. Потом привозят таблетки. Вроде сели-выпили».

«Эти эпизоды мы не смогли доказать, — дополняет Михаил Бедункевич. — Но очень много смертей было вокруг. Тот же Зинкевич, бывший парень Семеняко. Он на фоне принятых психотропов зарезал знакомого, а тот в борьбе серьезно повредил ему руку».

Еще один важный момент. По словам правоохранителей, Вилюга через Денисевича пытался натравить оперативников на своих конкурентов, чтобы заодно разузнать, что у них имеется на LegalMinsk.

Человек, знакомый с деятельностью Кота, рассказал Naviny.by, что Вилюга размещал на форумах объявления, что может провести экспертизу вещества. Если наркотик в итоге оказывался нелегальным, он все равно сообщал заказчику, что товар нормальный, а в это время сливал знакомым правоохранителям информацию на этого распространителя, мол, у него есть запрещенка.

«Вилюга специально направлял правоохранителей на Зайцева, чтобы от него отошли, — говорит начальник 3-го управления. — И если люди Вилюги будут рядом с сотрудниками, они будут знать, какая информация у оперативников есть на LegalMinsk».

Карпенков обращает внимание, что Вилюга довольно ушлый и грамотный человек: осведомлен о методах оперативно-розыскной деятельности. Кроме того, имеет огромные связи:

«По телефону практически ничего не говорит. Общается по скайпу, что очень сложно отследить. Многие вопросы он решал при личной встрече».

Подсудимые работают на публику

Некоторые обвиняемые по «делу семнадцати» утверждают, что и во время следствия, и сейчас, когда идет суд, на них оказывается давление со стороны правоохранительных органов.

Дмитрий Гаврик заявил, что его перевели в т.н. «пресс-хату», где передавали привет из ГУБОП и приказали сидеть тише воды. Молодой человек даже вскрыл себе вены. Константин Вилюга по этому поводу обратился в КГБ и лично к президенту. Председательствующий по делу судья Сергей Хрипач заявил, что прокуратура проводит проверку по озвученным фактам.

В ГУБОП, тем временем, считают, что обвиняемые таким образом пытаются привлечь к себе внимание. Прежде всего, прессы.

«Сейчас Вилюга дал всем команду молчать до того, как он выступит. Это тактика защиты», — говорит Бедункевич.

«Понятие «пресс-хата» — это понятие из области фантастики, — считает Николай Карпенков. — Как сейчас работают следственные подразделения, управление собственной безопасности, прокуратура, КГБ — мы находимся под полным контролем, наша работа прозрачна. И заниматься такими глупостями, как давить на кого-либо, никто не станет. Смысла в этом нет никакого. У нас же есть их явки с повинной».

 Вилюга: явку с повинной я дал под давлением,
35 суток просидел в карцере
 

На реплику о том, что, по словам обвиняемых, явку с повинной те подписали под давлением, начальник ГУБОПиК возражает: «У нас есть несколько явок с повинной Вилюги, где он расписывает от начала до конца всё, что он делал. Как мы могли заставить его это написать? Это невозможно сделать. Всё находится под контролем. Обвиняемых посещают родственники, адвокаты. Все эти заявления о давлении — из области фантастики. Они, спасая свою шкуру, все дали друг на друга показания. У них нет понятий честь и совесть. Но когда они собрались все в клетке, началась игра. Мол, это не они плохие, а милиция беспредельничает. А в подтверждении этого, смотрите, я вот руку порезал, довели меня. Синяков нет, руки-ноги не поломаны. Сидит, улыбается. Порезанной рукой закрывается, ничего ему не болит».

Николай Карпенков и Михаил Бедункевич проходили свидетелями по делу, давали показания в суде. Начальник ГУБОПиК настоял на том, чтобы допрос проходил в закрытом режиме, хотя обвиняемые и их защитники единым фронтом выступали против.

«На мой взгляд, это судебное заседание вообще должно было быть закрытое. Но было принято другое решение, — отметил Карпенков. — Я пришел в суд, чтобы ответить на вопросы. То, что я там увидел, вызвало у меня такое негодование. Сидит 17 адвокатов, а у некоторых и по два. Шесть миллионов в день получают. И они начинают расшатывать — а вот там буква, а вот там номер документа, а что вы имели в виду. Какое это имеет значение? Вот сидят люди, которые задержаны с поличным. Они ознакомились с материалами дела».

Один из моментов, на который обращали внимание адвокаты — у ключевого свидетеля Юрия Погальникова явка с повинной стоит днем ранее, чем он был задержан.

«Это такая чепуха, поверьте, — продолжает начальник ГУБОПиК. — Когда задержан человек, пока его привезут, отправят на освидетельствование, до оформления проходит время… Может быть, есть какие-то несостыковки. Самое главное — задержан человек, наркоман. У него был при себе вес. Никто никому наркотики не подбрасывал. Вопрос стоит более глобально — судят наркомафию, которая повлияла на то, что у нас в несколько раз стало больше зависимой молодежи».

Вилюга своим «бизнесом», по сути, написал антинаркотический декрет

В прессе этот процесс получил название «дело семнадцати» — по количеству обвиняемых. Однако в ГУБОП говорят, что в действительности это «дело тридцати четырех» — многие из тех, кто сотрудничал с LegalMinsk, уже осуждены и отбывают наказание.

«Когда я был начальником наркоконтроля, у меня было ощущение, что под «Легалом» порядком 10 интернет-магазинов. Потому что было такое, что один хлопнем, второй появляется. Его прикроем, еще один возникает», — вспоминает Николай Карпенков.

По его словам, в 2012 году в Минске были задержаны тысяча человек, у которых были легальные наркотические вещества.

«Попадается один из десяти. Грубо говоря, 10 тысяч человек приобрело легальные курительные вещества у Вилюги. Только представьте, какой у него был оборот. И это без учета оптовых продаж», — отмечает начальник ГУБОПиК.

«По нашим подсчетам, 15 сбытчиков LegalMinsk уже привлечены к ответственности, — дополняет Михаил Бедункевич. — А также семь вымогателей».

Правоохранители обращают внимание, что сразу после задержания Вилюга пытался повлиять на ход расследования.


Оперативная съемка. Деньги, изъятые у Вилюги

«У него и миллионы долларов были, и связи, — говорит Карпенков. — Мы не можем сказать, как он оказывал влияние, но это было такое большое давление, что ситуация дошла до главы государства. Было принято решение о проведении совещания, которое состоялось в начале декабря 2014 года. Тогда участники встречи пришли к выводу, что проблема имеет такой масштаб, что были отданы дополнительные распоряжения, чтобы подготовить закон. Вилюга своими преступными действиями, по сути, написал антинаркотический декрет. Задача документа — пресечь и не допустить появления таких организаций».

Ужесточение наказания, по мнению собеседников, — верный путь в борьбе с наркотиками.

«Я бы хотел, чтобы все они получили максимальные сроки, — говорит Карпенков про Вилюгу и его подельников. — Эта банда очень сильно повлияла на наркотизацию нашей молодежи. Если бы вы знали, какое горе испытывают родители, ребенок которых стал наркоманом. Некоторые говорят, лучше бы его сбила машина. Похоронили — и всё. А зависимость — это вечная беда: кражи, болезни, нервы, непонятно, что с ним случится и что он совершит. У семьи рушатся все надежды. Я знаю случай, когда молодой человек на День влюбленных сделал пару затяжек, а на 8 марта он уже был системным наркоманом».

Еще в начале судебного процесса гособвинитель обращал внимание, что на скамье подсудимых не хватает одного важного фигуранта — Сергея Рыбко. Исходя из материалов дела, он был чуть ли не правой рукой Вилюги. В последнее время курировал филиалы в России. Там молодой человек и был задержан.

Говорят, за свое освобождение он предлагал правоохранителям 3,5 млн российских рублей и автомобиль. Однако выторговать свободу у него не вышло. В отношении него в России заведено уголовное дело. За распространение наркотиков ему грозит внушительный срок.


  • «Очень ушлая и матерая девушка, — характеризует обвиняемую Николай Карпенков. — Даже ее парень, Евгений Тимоховцев, боялся делать закладки, но она ему приказывала: «Давай, фасуй, раскладывай!» И каждый день они этим занимались. Нами было зафиксировано, как она встретилась с Вилюгой, взяла у него новый вес, чтобы перепродать знакомым оптовикам. Но мы успели ее задержать. Кстати, она сразу же сдала своего Тимоховцева». Евгений Тимоховцев проходил по этому делу как свидетель. Возил передачи Алине Терегере в СИЗО в Жодино. Внезапно превратился в обвиняемого, ровно через год и два месяца после ареста Терегери. Такая вот ма-а-аленькая неувязочка. Что скажете, товарищ Карпенков?
  • Общается по скайпу, что очень сложно отследить. - смешно читать такое.
  • Смешно читать ВСЁ. Мусорок трепется о том, что КАК МОЛ МОЖНО ПИСАТЬ ПОД ДАВЛЕНИЕМ, ага сука, вы же не давите ни на кого!!! Давно пора отпустить всю эту чушь на вольные хлеба хлеба уже, пусть дауны и выродки дохнут от наркоты!! НО , дело-то на самом деле в другом, да господа Лукашенки???? Ведь табак, алкоголь и наркота всегда должна ходить под вашими усами??? А тут какой-то Вилюга... И все ваши фразы, ваши контроли, БОЖЕ, вы такие прозрачные лгуны... Какой суд в стране , где судебная система мертва???? Вы, Карпенковы и Бедункевичи ваши с маргинальными пропитыми лицами - и есть самая большая опухоль этой убогой страны