Другие материалы рубрики «Общество»

  1. Суд по делу Япринцевых. Онлайн-репортаж
    В зал суда под конвоем и в наручниках доставили бывшего начальника юридического отдела Дмитрия Ермака. Вероятно, он проходит обвиняемым по делу Чижа.
  2. «Да, мы конченые, но мы пытаемся жить и измениться к лучшему»
    Корреспондент Naviny.by побывала в реабилитационном центре для наркоманов и алкоголиков, чтобы узнать, что они думают о лечении, заключении и борьбе с зависимостью.


Общество

Алексиевич после Нобеля: белорусский акцент банкетной речи


Вечером 10 декабря, когда Светлана Алексиевич получала медаль и диплом нобелевского лауреата из рук шведского короля, белорусские государственные телеканалы преподнесли темой №1 пребывание Александра Лукашенко в Туркменистане.



Но в эпоху интернета независимое белорусское сообщество смогло вживую увидеть церемонию, а затем услышать банкетную речь писательницы в Стокгольмской ратуше.

Тему Алексиевич (и в этот день, и всю нобелевскую неделю) прекрасно отработали негосударственные СМИ. В частности, живую трансляцию награждения вел спутниковый телеканал «Белсат», вещающий на белорусском языке из Варшавы. Белорусы собирались по всей стране на коллективные просмотры. Общественность инициировала флешмоб «Святкуем Нобеля разам».


Чужая для властителей

Государственное же ТВ свой отказ от живого эфира в честь писательницы, первой из белорусов получившей Нобеля, мотивировало техническими и финансовыми трудностями. Но и в «неживом» эфире об этих исторических мероприятиях упомянули скупо, как бы сквозь зубы. В целом так же лапидарно подала триумф Алексиевич и бумажная государственная пресса.

Настоящую причину такого полуигнора долго искать не приходится. 24 октября, присутствуя на «Минск-Арене» на творческом вечере российского сочинителя поп-музыки (показательные предпочтения!), Александр Лукашенко не удержался от филиппики: «Скажу опять же о наших отдельных „творцах“, творческих личностях, даже лауреатах Нобелевской премии, которые не успели еще ее получить, выехали за пределы страны и постарались ушат грязи вылить на свою страну… Если ты плохо говоришь о Родине, стыдишься ее, значит, ты прежде всего плохой сын».

И множественное число, и это «сын» здесь фигуральны. На самом деле обладательница Нобеля у нас в стране одна.

Судя по всему, президента Беларуси задели жесткие оценки его личности и режима из уст Алексиевич, незадолго до того заявившей, в частности, что «в Беларуси Лукашенко остановил время» и что он целиком в руках Владимира Путина.

К слову, точно так же невзлюбил ее и российский истеблишмент. Пресс-секретарь Путина Дмитрий Песков попытался одернуть Алексиевич, когда она назвала произошедшее с Крымом оккупацией: мол, та просто не владеет информацией, «чтобы дать позитивную оценку».

Не добавило писательнице симпатий у российских властей и то, что она поддержала летчицу Надежду Савченко, которую сейчас судят в России и которую Алексиевич назвала украинской Жанной д’Арк.


Политически заостренная аполитичность

Вообще-то Алексиевич подчеркивает свою аполитичность. Ее кредо — гуманизм, сострадание к маленькому человеку. Но ее герои, ее маленькие люди — это жертвы военных авантюр, социально-политических экспериментов, устроенных бесконтрольной, подминающей личность властью.

И потому Алексиевич уже самим упакованным в документальность пафосом своих книг обличает недемократические режимы. А вдобавок дает дискомфортные для авторитарных постсоветских вождей оценки в своих интервью, статьях — не потому, что рвется на баррикаду, хочет скандальной славы, а потому, что привыкла говорить, как думает. Гуманист же по самому образу мышления — автоматический враг диктатуры.

Не случайно у белорусского руководства не сложились отношения и с ныне покойными великими белорусскими литераторами Василем Быковым, Рыгором Бородулиным, которые в свое время тоже номинировались на Нобеля.


Успокойтесь, она — наша

Впрочем, и белорусское независимое сообщество схлестнулось во внутренней дискуссии вокруг Алексиевич. В частности, ее мемориальная нобелевская лекция, прозвучавшая в Шведской академии 7 октября, была раскритикована некоторыми ревнителями национальной идеи: мол, почти ничего белорусского.

Иные горячие головы даже записали новоявленную нобелевскую лауреатку, которая подчеркивала, что выросла на культуре Чехова и Достоевского, в лагерь «русского мира» (хотя его адепты как раз-таки считают творчество Алексиевич антироссийским).

Кого-то подвело, вероятно, непонимание специфики нобелевской лекции — отнюдь не митингового жанра. В ней Алексиевич постаралась выразить квинтэссенцию своего творчества, подняться на уровень вечных истин.

А вот в банкетной речи вечером 10 декабря мудрая женщина сказала и о своих творческих наставниках Алесе Адамовиче, Василе Быкове, и о Площади, о героях не состоявшейся пока белорусской революции, и наконец, увенчала выступление белорусским языком.

Алексиевич не сорвалась на стиль прокламации, но вместе с тем четко сформулировала и конкретные политические посылы. Наконец, однозначно вписала себя в белорусский контекст.

Думаю, эта хорошо сбалансированная, насыщенная речь примирит многих из числа перессорившихся в эти дни в фейсбуке «на почве Алексиевич».

Но наверняка ее слова снова не понравятся большому начальству.


Власти ищут кредиты, а тут свалился духовный капитал

А между тем теперь, когда шведский король уже вручил опальной белоруске свидетельства мирового признания, мяч оказался именно на стороне белорусских властей. Уж бог с ней, трансляцией. Неравнодушный к событию народ и сам организовался, скумекал насчет «святкуем Нобеля».

У высокого начальства есть выбор. Глупо было бы публично злиться или ставить первого белорусского нобелевского лауреата в игнор. Разумным, благородным вариантом поведения было бы удостоить Алексиевич высокой государственной награды, широко издать ее книги, включить произведения в школьную программу, организовать встречи, лекции по всей Беларуси и т.д. — пусть Минкульт с Минобразованием садятся и составляют план.

Глупо думать, что Алексиевич льет воду на мельницу оппозиции. Она льет воду на мельницу Беларуси, дает шанс продвинуть в мире положительный имидж страны, которая у многих иностранцев ассоциировалась до этого лауреатства лишь с Чернобылем да диктатурой.

В то время как власти рыщут по миру в поисках денег, Алексиевич подарила Беларуси большой духовный капитал. Оценят ли его в высоких кабинетах?

Оценить материал:
Средний балл - 5.00 (всего оценок: 33)

Ваш комментарий

Регистрация

Последние Комментарии

  • Вот-вот... По журнальным публикациям я с ней и познакомился... Отрывками, урывками, но первое впечатление получил. И сейчас мысленно только покручиваю пальцем у виска, когда на неё в 2015-м наседают с воплями о русофобии и всяком другом крикливом грехе. { Короче, Алексиевич - бездарь, ничтожество, трепло, примитивная врушка. } Я не беру обычной цитатой Коста Рику, бо попытался уже сегодня, но программисты сайта так его "полюбили", что у меня аж курсор пропал и возвратился только после полной перезагрузки. === Мда... А Алексиевич сильна как камертон, с которым настройщик сверяет расстроенное и фальшивящее пианино; Хм... пусть вопят и освистывают придурки, перманентно появляющиеся на её пути, а она ровнёхонько идёт своей жизненной дорогой, и вовсе не в поисках нобелевского бабла, и гонорара - как цели, а в поисках Человека. И она в этом не первая... кто видит этот Волшебный огонь "который не видит никто". Каждый, право, имеет право На то, что слева и то, что справа. На черное поле, на белое поле На вольную волю и на неволю. В этом мире случайностей нет, Каждый шаг оставляет след, И чуда нет и крайне редки совпаденья. И не изменится времени ход, Но часто паденьем становится взлет, И видел я, как становится взлетом паденье. Ты шел, забыв усталость и боль, Забыв и это и то. Ты видел вдали волшебный огонь, Который не видел никто. И часто тебе плевали вслед, Кричали, что пропадешь, Но, что тебе досужий совет, Ты просто верил и шел на свет - И я знаю, что ты дойдешь. Андрей Макаревич: Каждый Правый — Текст песни http://mirpesen.com/ru/andrej-makarevich/kazhdyj-pravyj.html#ixzz3u8tlar6y
  • Вам бы тупо бы получить хоть одну из ее наград: • Орден «Знак Почёта» (СССР, 1984)[57] • Медаль имени Святой Евфросиньи Полоцкой[58] • Литературная премия имени Николая Островского Союза писателей СССР (1984)[57] • Премия журнала «Октябрь» (1984)[57] • Литературная премия имени Константина Федина Союза писателей СССР (1985)[57] • Премия Ленинского комсомола (1986) — за книгу «У войны не женское лицо»[57] • Премия «Литературной газеты» (1987)[57] • Премия имени Курта Тухольского Шведского ПЕН-клуба (1996) — «За мужество и достоинство в литературе»[57] • Премия имени Андрея Синявского редакции «Новой газеты» — «За творческое поведение и благородство в литературе» (1997)[57] • Премия журнала «Дружба народов» (1997)[57] • премия «Триумф» (Россия, 1997)[57] • Лейпцигская книжная премия за вклад в европейское взаимопонимание (1998)[57] • премия Гердера (1999) • Премия Ремарка (2001) • Национальная премия критики (США, 2006) • Премия Центральноевропейской литературной премии Ангелус (2011) за книгу «У войны не женское лицо»[59] • Премии имени Рышарда Капущинского (Польша) за книги «У войны не женское лицо» (2011) и «Время секонд хэнд» (2015)[60][61] • Премия мира немецких книготорговцев (2013)[62] • Премия Медичи за эссеистику (2013, Франция) — за книгу «Время секонд хэнд»[63] • Офицерский крест ордена Искусств и литературы (Франция, 2014)[64] • Приз читательских симпатий по результатам читательского голосования премии «Большая книга» (2014) — за книгу «Время секонд хэнд»[65] • Нобелевская премия по литературе (2015) — «за ее многоголосное творчество — памятник страданию и мужеству в наше время»
  • Не грешите и грешными не будете. Светлана Алексиевич работает в художественно-документальном жанре. Среди своих учителей она называет Алеся Адамовича и Василя Быкова[10]. Первая книга Алексиевич «Я уехал из деревни» — собрание монологов жителей белорусской деревни, переехавших в город — была подготовлена к печати в 1976 году, однако набор книги был рассыпан по указанию отдела пропаганды ЦК Компартии БССР[5] за критику жёсткого паспортного режима и «непонимание аграрной политики» партии. Впоследствии автор отказалась от публикации, считая книгу излишне «журналистской»[11][12]. Первая опубликованная книга Алексиевич «У войны не женское лицо» была написана в 1983 году. Эта документальная повесть, основанная на записях рассказов женщин, участвовавших в Великой Отечественной войне, была впервые опубликована в журнале «Октябрь» в начале 1984 года (в журнальном варианте)[13], ещё несколько глав вышли в том же году в журнале «Нёман». Часть воспоминаний была вычеркнута из книги цензорами (обвинявшими автора в пацифизме, натурализме и развенчании героического образа советской женщины) или самим автором[5][14]; в более поздних изданиях многие из этих пропусков восстановлены[14]. В 1985 году книга вышла отдельным изданием одновременно в нескольких издательствах, общий тираж к концу 1980-х достиг 2 млн экземпляров[15]. По книге было поставлено множество спектаклей. Публикации книги предшествовало создание по сценарию Светланы Алексиевич режиссёром Виктором Дашуком одноимённой серии семи документальных телефильмов (1981—1984). Вторая книга писательницы, «Последние свидетели: книга недетских рассказов» (1985, в последующих изданиях использовались варианты подзаголовка «Соло для детского голоса», «Сто недетских колыбельных», «100 недетских рассказов») основана на воспоминаниях о Великой отечественной войне тех, кто пережил её в детском возрасте. Третья книга, «Цинковые мальчики» (1989) рассказывает об Афганской войне словами матерей, потерявших в этой войне своих сыновей. Книга 1993 года «Зачарованные смертью» посвящена проблеме самоубийств, вызванных эпохой резких социальных перемен в бывшем Советском Союзе. В 1997 году опубликована «Чернобыльская молитва», книга, написанная на основе бесед со свидетелями Чернобыльской катастрофы. В 2013 году выходит книга «Время секонд хэнд», в которой Алексиевич рассматривает проблему влияния истории страны на сознание её граждан, в частности формирование феномена «советского человека». Книги Алексиевич образуют цикл «Голоса Утопии». Работа над циклом продолжается[16]. В конце 1990-х годов была начата[17] работа над книгой «Чудный олень вечной охоты», включающей рассказы о любви, по состоянию на октябрь 2015 года работа над книгой продолжается[18]. Книги Светланы Алексиевич переведены на английский, французский, немецкий, шведский, польский, китайский, норвежский и другие языки[19]. Общий тираж иностранных изданий «Чернобыльской молитвы» составил более 4 миллионов экземпляров[20]. К 2015 году Алексиевич стала лауреатом множества иностранных литературных премий и наград. Среди них — премия Ремарка (2001), Национальная премия критики (США, 2006), приз читательских симпатий по результатам читательского голосования премии «Большая книга» (2014) за книгу «Время секонд хэнд», а также премия Курта Тухольского «За мужество и достоинство в литературе», премия Андрея Синявского «За благородство в литературе», российская независимая премия «Триумф», лейпцигская книжная премия «За вклад в европейское взаимопонимание», немецкая премия «За лучшую политическую книгу» и имени Гердера. В 2013 году Светлана Алексиевич стала лауреатом Международной премии мира немецких книготорговцев[15]; получила золотую медаль белорусского конкурса «Брэнд года-2013»[21][22]. Светлана Алексиевич — автор более двух десятков сценариев документального кино и трёх театральных пьес
  • Ольга Туханина в своем опусе «Нобелевский позор» отрабатывает сталинский «гулаговский позор». И кто против ГУЛАга и Сталина, тот против Ольги Туханина. И она очень возмущена обвинением картины сталинского ГУЛАга, мол, «Привычное: Сталин, водка, гулаг, балалайка, тысячелетние рабы в ушанках с огромными красными звездами…» Скорее всего, Оля Туханина любит Путина и не любит Лукашенко, ибо Путин нобелевскую лауреатку пригласил бы в Кремль, не боясь проявить трусость и переживает, что Путин не может пригласить русско пишущую беларуску, оппозиционерку и Лукашенко и Путина, писательницу Алексиевич в звании лауреатки нобелевской премии. И еще Туханина сетует, что «нам не хватает все-таки собственной национальной интеллигенции» и не просто интеллигенции, Не зеркала революции, а зеркало нашей современной жизни, которое бы показало нас миру такими, какие мы есть. Не приукрашивая, но и не выдавая очередную унылую карикатуру..». Алексиевич такая и есть, которая говорит о фальши в такой «Особенно остро в минуты после прочтения речей, подобных речи лауреатки, ощущаешь…Чтобы нас услышали не ухо Алексиевич, не Ухо Москвы, а другие народы. Такие же, как и мы. Мы очень по этому соскучились. Но на трибуну опять лезет Горлум и квакает: "гулаг, гулаг, моя прелесссть, гулаг". И сама Туханина не относится к той «национальной интеллигенции» о которой сама же и говорит.
  • Короче, Алексиевич - бездарь, ничтожество, трепло, примитивная врушка. Просто раскрученное, распиаренное и говорящее нужные, чтобы понравится определенной среде, вещи. Источник которых - 3П: пол, палец, потолок. На этом и разойдёмся.
  • свора газетчиков, Хуже дворовых собак. Он читал их брехню, Вечерами со мной чуть не плача. А потом возвращался, К холстам, на чердак, в полумрак. Он умел только то, во что верил, А как же иначе?!!! Что такое в Истории век, Или там - полувек? По масштабам таким, И о гениях даже не плачут. А приятель мой гением не был, Он был Человек. По-людски заболел он и умер, А как же иначе?!!! (с) ===== Я, сугубо лично, никогда не относился к Алексиевич как к Super Star. Просто лет пять назад взял на книжной полке библиотеки им. Пушкина одну её книгу, да прочёл. Время спустя - вернул, взял другую. Не знаю, кому как, но мне в память и в душу впечаталось. А кому нравится, кому не нравится - о вкусах не спорят, тем более, что толщина кожи и восприимчивость у всех разная. А сейчас её норовят судить и оценивать как какую-то поп-диву из шоу "Танцы со звёздами"... Видимо за давностью лет иные способы оценки в мозгах просто атрофировались и испарились... А Алексиевич какой была, такой и осталась. И глупо её упрекать, что она не Лев Толстой. Она просто такая как есть - с Нобелевской премией или без оной. И я искренне рад, что её скромное творчество замечено и оценено не только мной, но и Нобелевским комитетом.