Другие материалы рубрики «Беларусь-ЕС»

  1. Специфика режима, отказ от реформ, зависимость от России. Преграды на пути сближения с ЕС
    Процесс расширения белорусско-европейского сотрудничества набирает обороты. Насколько далеко он может зайти?
  2. Евросоюз поможет Беларуси приблизить рынок труда к сфере образования
    Евросоюз выделяет Беларуси 11,5 млн евро на поддержку занятости молодежи и развитие профессионального образования.


Беларусь-ЕС

За визитом Лукашенко в Ригу политзаключенные будут следить из-за решетки?


Организаторы майского саммита Восточного партнерства вполне могут пригласить в Ригу и Александра Лукашенко. Причем, как отмечают эксперты, ситуация сейчас такова, что белорусским властям, возможно, не придется выполнять для этого никаких условий.

Латвия, председательствующая в Евросоюзе в первом полугодии, хотела бы видеть на саммите Восточного партнерства 21-22 мая Беларусь, представленную на самом высоком уровне.

Источники в Брюсселе сообщили агентству «Рейтер»: Александр Лукашенко дал понять, что хотел бы посетить саммит в Риге. «Латвия также заявила, что готова пригласить Лукашенко. Но некоторые страны ЕС против, поэтому решение пока не принято», — отмечает «Рейтер».




Политзаключенные: разный подсчет

Однако посещение Риги осложняется для Лукашенко тем, что он внесен в список лиц, которым запрещен въезд на территорию ЕС. А снятие санкций Брюссель увязывает с проведением реформ в Беларуси; на первом же месте стоит освобождение политзаключенных.

Впервые о возможном приглашении Лукашенко в Ригу упомянул госсекретарь Министерства иностранных дел Латвии Андрейс Пилдеговичс 23 января на пресс-конференции в Минске по итогам своего визита в Беларусь. Какова будет возможность такого высокого участия, покажут ближайшие месяцы, добавил он.

При этом темы политзаключенных Пилдеговичс старался избежать. Лишь настойчивые вопросы журналистов вынудили его прокомментировать эту проблему.

На вопрос, зависит ли приглашение на саммит от освобождения политзаключенных, Пилдеговичс ответил: «Беларусь является участником Восточного партнерства на протяжении всех пяти лет. Беларусь неизменно приглашалась и приглашается участвовать во всех форматах Восточного партнерства. На данный момент мы чувствуем определенную заинтересованность белорусского правительства идти вперед».

По словам Пилдеговичса, на данный момент речь идет о трех политических заключенных — это Николай Статкевич, Игорь Олиневич и Николай Дедок.

Последнего, кстати, 26 февраля приговорили к новому сроку — 1 году и 3 дням лишения свободы — по обвинению в нарушении ст. 411 Уголовного кодекса (злостное неповиновение требованиям администрации исправительного учреждения). Судебное заседание прошло в могилевской тюрьме в закрытом режиме. Дедок должен был выйти на свободу уже 3 марта.

Стоит отметить, что если в списке ЕС только три политзаключенных, то в списке белорусских правозащитников, опубликованном на сайте spring96.org, значится шесть фамилий. Кроме Статкевича, Олиневича и Дедка, перечислены Евгений Васькович, Артем Прокопенко и Юрий Рубцов.

Добавим, что по своим политическим взглядам это весьма разные люди: Статкевич — социал-демократ, Олиневич, Дедок, Васькович и Прокопенко — анархисты, Рубцов больше похож на классического диссидента.

К слову, правозащитники делают ремарку, что в действиях, за которые осуждены Васькович и Прокопенко (попытка поджога здания КГБ в Бобруйске), имеются признаки правонарушений, при этом, однако, отмечается несправедливая квалификация этих действий и чрезмерность наказания.

Со своей стороны, политологи подчеркивают: ЕС называет меньшее, нежели правозащитники, число политзаключенных в Беларуси потому, что несколько иначе оценивает дела анархистов и Юрия Рубцова (последний получил полтора года ограничения свободы по обвинению в оскорблении судьи).

Эксперт аналитического центра «Стратегия» Валерий Карбалевич в интервью БелаПАН подчеркнул, что с точки зрения европейского правового сознания оскорбление судьи — это действительно нарушение закона.

«Для европейского правового сознания судья — это отдельная часть власти, целая отрасль. Судья есть неприкосновенное, независимое лицо. Судья — символ правового государства, символ правосудия. Оскорблять его с точки зрения европейского правового сознания — нонсенс. Думаю, что именно поэтому такое скептическое, скажем так, отношение ЕС к вопросу признания Рубцова политзаключенным», — отметил Карбалевич.

Похожее объяснение у старшего аналитика Белорусского института стратегических исследований Дениса Мельянцова.

«Я знаю, как многие дипломаты и политики западные относятся к политзаключенным в Беларуси. Например, всегда идет такой тезис, что анархисты не признаются политзаключенными, потому что там все-таки было насилие с их стороны, и в любой стране для них наказание было бы, — отметил Мельянцов. — У Рубцова была история с оскорблением судьи, что во многих европейских странах считается серьезным правонарушением. Судя по всему, какие-то европейские страны блокируют возможность признать Рубцова политзаключенным».


«Азербайджанизация» Беларуси реальна?

Говоря о перспективах освобождения политзаключенных для улучшения отношений между Минском и Брюсселем, Карбалевич отметил: судя по тому, как белорусские власти настроены, скорее не стоит ожидать решения вопроса политзаключенных.

«Минск считает, что в новой геополитической ситуации ЕС созрел для того, чтобы вести диалог на белорусских условиях, то есть отодвинуть в сторону проблемы ценностей и говорить о прагматичных вещах», — сказал политолог.

«Интенсивность визитов западных делегаций, которые в очереди стоят в минских кабинетах, говорит в пользу этой точки зрения», — отметил Карбалевич.

Именно в этой связи, добавил собеседник, правозащитники заговорили о проблеме «азербайджанизации» Беларуси.

Если Лукашенко и решит отпускать политзаключенных, то в обмен на какую-то очень существенную уступку со стороны Запада, полагает аналитик.

«Политзаключенные — это козырная карта, которую надо выкладывать на стол тогда, когда за это можно получить какой-то выигрыш, — подчеркивает Карбалевич. — Но трудно сказать, что Лукашенко считает достаточно важным для обмена. Он все же придерживает эту карту на случай каких-то непредвиденных обстоятельств».

Если обсуждать вопрос теоретически, говорит аналитик, то можно предположить, что у политзаключенных есть шанс выйти на волю, например, в обмен на кредит Международного валютного фонда.

«Хотя я с трудом представляю такой обмен, потому что МВФ все же требует проведения конкретных рыночных реформ», — подчеркивает Карбалевич.

По его словам, достаточной ценой за освобождение политзаключенных, вероятно, могло бы стать и приглашение Лукашенко на саммит Восточного партнерства в Ригу.

Впрочем, аналитик не исключает, что руководитель Беларуси рассчитывает «дожать ЕС и приехать в Ригу, не освободив политзаключенных».

Что касается нового суда над анархистом Дедком, то здесь логику властей понять достаточно сложно, говорит Карбалевич: «Вполне допускаю, что тут на каком-то уровне происходят процессы, не контролируемые самим Лукашенко. Не могу сказать, в чем смысл этого политзаключенного держать».

Денис Мельянцов также отмечает, что некоторых комментаторов проблемы репрессий подводит убеждение, что «в Беларуси где-то есть один центр, который принимает решения и полностью координирует происходящее на разных направлениях».

«Думаю, что намного всё сложнее, — подчеркнул политолог. — И внешнеполитические усилия, которыми заняты Макей и Купчина на западном направлении, не всегда удается согласовать, скажем, с тем, чего хотят МВД и спецслужбы. Поэтому происходит такая борьба между ведомствами, и не всегда получается координировать один вектор, чтобы там все было четко и гладко. Где-то правая рука не знает, что делает левая».


Минск попытается взять свое без уступок

В то же время Мельянцов полагает, что существует возможность обмена политзаключенных на визит в Ригу.

«Предыдущие попытки решить вопрос политзаключенных (в частности, в 2011 году при посредничестве тогдашнего главы МИД Болгарии Николая Младенова — Naviny.by) показывают, что договориться в принципе можно, — отмечает Мельянцов. — Лукашенко свою часть договоренностей выполняет, если только соблюдаются условия непубличности и он видит какую-то свою выгоду».

Политолог уточняет: Лукашенко интересует финансово-экономическая тема, и вопрос в том, что ЕС готов предложить.

При этом Мельянцов подчеркивает, что политзаключенных в Беларуси не так много. «Самый главный из них (Статкевич — Naviny.by) сидит уже давно, и, в общем-то, Лукашенко все всем уже доказал», — говорит аналитик. Он считает, что Статкевича «можно безболезненно выпустить».

«Но просто так, жестом доброй воли, это, скорее всего, не будет сделано. Только если в обмен на какие-то конкретные предложения с европейской стороны, потому что объективно Беларусь сейчас в тренде из-за геополитической ситуации», — считает собеседник БелаПАН.

Впрочем, отметил Мельянцов, «у нашего правительства, по моим ощущениям, есть такое мнение, что необязательно что-то делать, европейцы сами придут и сами все дадут».

Оценить материал:

Ваш комментарий

Регистрация

В настоящее время комментариев к этому материалу нет.
Вы можете стать первым, разместив свой комментарий в форме слева