Владимир Подгол. МЕЖДУ СТРОК. Распнут ли монахов-тунеядцев и поэтов-дармоедов?

Сразу уточню: я не считаю монахов тунеядцами, а поэтов — дармоедами. Однако вскоре после принятия законодательного акта о борьбе с тунеядцами...

Владимир Подгол

Владимир Подгол. Доцент философии. Последняя запись в трудовой книжке: с февраля 1997 года — руководитель информационно-аналитического центра Президиума Верховного Совета 13-го созыва. Автор «Падручніка па апазыцыйнай барацьбе», книг «Основы политической психологии», «Куля для президента», «Властелин кули», «Чертовы жернова». Автор первой концепции закона США «Акт о демократии в Беларуси». Руководитель ОО «Информационные и социальные инновации». Создатель Музея жерновов.

Сразу уточню: я не считаю монахов тунеядцами, а поэтов — дармоедами. Однако вскоре после принятия законодательного акта о борьбе с тунеядцами наша правоохранительная система зачислит монахов и поэтов в этот подвид «врагов народа» и начнет с ними борьбу на уничтожение.


Историческая справка

Существительное «тунеядство» церковнославянского происхождения; это сложное слово, образованное слиянием устаревшего ныне наречия «туне», означающего «даром», «бесплатно», «безвозмездно», с глаголом «ясти» (означающего «есть», «питаться»).

В СССР лицам, обвиненным в тунеядстве, присваивалась аббревиатура БОРЗ (без определенного рода занятий). По суду таких лиц лишали свободы на значительные сроки.


Властитель трудящихся за год до очередных выборов почувствовал приближение своей политической смерти. Она наступает у диктаторов от нехватки денег. Человек умирает от недостатка кислорода и пищи, а диктатор — денег. Это первая стадия гибели, а вторая — крах веры избирателей. Из социального идола-чудотворца превратиться в чучело — это второй этап прижизненной политической смерти диктатора.

Такой была судьба Горбачева: от идола-чудотворца, создателя перестройки — до позорных в народе «болтуна» и «слабака».

Эта матрица политической смерти Властителя власти стала просматриваться в Беларуси после того, как обещанная избирателям еще в 2010-м тысяча долларов в месяц в 2015-м усохла с 500 до 300.

Говорят, что история никого ничему не учит. Но Александр Лукашенко — исключение, он профессиональный историк. Он знает, или ему напомнили, что много денег могут принести тунеядцы, они же дармоеды. И такой период в истории СССР был.

И вот он решил не изобретать исторический велосипед, а просто снять его с «линии Сталина» и, не сдувая пыль, нажать на его педали. И поехали!

История, конечно, давала ему другой урок, но ему все равно, что История ему давала. Он привык брать у всех то, что ему нужно. Вот, что он взял у своего кумира Ленина В.И.

«Тысячи форм и способов практического учета и контроля за богатыми, жуликами и тунеядцами должны быть выработаны и испытаны на практике самими коммунами, мелкими ячейками в деревне и в городе. Разнообразие здесь есть ручательство жизненности, порука успеха в достижении общей единой цели: очистки земли российской от всяких вредных насекомых, от блох — жуликов, от клопов — богатых и прочее и прочее.

В одном месте посадят в тюрьму десяток богачей, дюжину жуликов, полдюжины рабочих, отлынивающих от работы…

В другом — поставят их чистить сортиры.

В третьем — снабдят их, по отбытии карцера, жёлтыми билетами, чтобы весь народ до их исправления надзирал за ними, как за вредными людьми.

В четвёртом — расстреляют на месте, одного из десяти, виновных в тунеядстве».
В. И. Ленин, ПСС, т. 35, стр. 204

Теперь, надеюсь, вам понятно, от кого в словарном запасе Лукашенко «вшивые блохи».

После принятия законодательного акта против БОРЗых граждан, под его репрессивное действие попадут не только работающие за рубежом, без оплаты налогов в Беларуси, а также монахи и поэты. Вот тут-то Лукашенко может попасть в исторический капкан.


Историческая справка

13 января 1964 года поэта Бродского арестовали по обвинению в тунеядстве. 13 марта 1964 года на втором заседании суда Бродский был приговорен к максимально возможному по указу о «тунеядстве» наказанию — пяти годам принудительного труда в отдаленной местности. Он был сослан (этапирован под конвоем вместе с уголовными заключенными) в Коношский район Архангельской области и поселился в деревне Норенская.


Где и в каком статусе оказался БОРЗый поэт Бродский, а где СССР и его оборзевшие лидеры — общеизвестно. И в этот капкан Лукашенко вряд ли попадет. Хотя молодых поэтов, переполненных духом Адраджэння, по-доброму предупредят о новом законодательном акте, чтобы не увлекались тунеядствующим сочинением стихов, а думали и об уплате налогов. А какого-нибудь последователя Некляева на пути в президенты, может, и на лесоповал отправят. Там место Северинца еще не выветрило дух любви к Беларуси. Вот и люби ее тут — настоящую, да налогами ту любовь доказывай, а не только стихами.

Но вот с монахами-тунеядцами дело поинтереснее будет. Монахи с неизбежностью попадут под акт против тунеядцев. Практически весь день они проводят в молитвах. Если и работают, то только для того, чтобы прокормить себя. В десятках мужских и женских монастырей Беларуси живут и молятся сотни, тысячи монахов.

Они не прячутся от милиции, налоговиков. На монахах можно «сделать план» по выявлению тунеядцев. Быстро наполнить ими трудовые лагеря. Не все же время Богу молиться, надо и золотому тельцу, в смысле — заработать и заплатить налоги.

Вот таким причудливым образом в Беларуси вскоре пересекутся Дорога к Богу и линия Сталина, образовав уникальный крест.

Не исключено, что линия Сталина превратится в шлагбаум, чтобы перекрыть для монахов их Дорогу к Богу. А может из этой линии Сталина налоговики наделают гвоздей, чтобы распять монахов на этом историческом кресте.

А возле креста на страже законности и порядка будет находиться он — Властитель всех дорог и линий. Он будет ожидать. Ожидать просителей. Чтобы открыть этот шлагбаум для монахов или предотвратить распятие монахов налоговой инспекцией, к нему с прошением и низким поклоном придут митрополиты. И бумаги с обоснованием принесут. А в бумагах напишут, что монахи — не только божьи человеки, но и законопослушные граждане, ибо блюдут все законы и политикой не занимаются, а потому просят вывести монахов из-под действия закона о борьбе с тунеядцами.

И тогда Властитель божьих и президентских людей строго посмотрит им в душу и спросит… Нет, не сразу про выборы президента, сначала спросит про урожаи, надои и привесы в монашьих угодьях. Про планы по увеличению, расширению посевных площадей, поголовья скота. Приведет пример протестантов из Альшан, которые уже, почти что, построили рай на земле.

Вы осознали историческое значение сего момента?! Думаю, что не до конца. Ведь это будет момент церковной легитимизации и освящения пока только мирского статуса «немного выше Бога».

Вот тут митрополит Павел искренне напомнит свой прошлогодний призыв к верующим: 

«Иногда нашим прихожанам задаю вопрос, а вы знаете, кто такой Александр Лукашенко? Знаем, говорят, это наш президент. Я в таких случаях всегда говорю: мы с вами должны не только за него голосовать, но еще и молиться, чтобы Бог его умудрял, чтобы даровал ему крепкое здоровье и силу духа, чтобы и в будущем наша страна процветала. Чтобы народ наш жил благополучно в достатке».

За Кондрусевича гадать не буду. Что скажет и сделает он, пытаясь защитить монахов от закона по борьбе с тунеядцами, одному Богу известно.

Так вижу ситуацию и думаю я — простой грешный человек. Но главным, действующим лицом здесь может оказаться Творец. Вскоре можем увидеть, как воплощается известная мудрость «человек предполагает, а Бог располагает».


«Судить меня будут только тогда те, которые на это замахнулись, когда мне в доверии откажет народ. И когда они захватят власть. Тогда они все, без суда и следствия, и это вы хорошо знаете, посадят на кол под одобрительные вопли западных наставников демократии. Судить будет некому. Поэтому я еще раз подчеркиваю: я виноват, и я несу ответственность за все, что происходит в нашем государстве».
Александр Лукашенко, 28 ноября 2000 г.


Мнения колумнистов могут не совпадать с мнением редакции. Приглашаем читателей обсуждать статьи на форуме, предлагать для участия в проекте новых авторов или собственные «Мнения».