Сколько в Беларуси тунеядцев и почему их так сложно посчитать

Государство не в состоянии сколь-нибудь точно подсчитать количество граждан, которых оно называет тунеядцами.

Власти готовят изменения в декрет о тунеядцах, но кто подпадет под это определение и сколько их, по сути никто не знает.

Напомним, что проект новой редакции декрета № 3 «О предупреждении социального иждивенчества», который теперь называется «О содействии занятости», подразумевает, что граждане, признанные социальными иждивенцами, должны будут возмещать полную стоимость льготируемых государством услуг.

«Какие это будут услуги, будет еще рассматриваться», — заявила 9 ноября министр труда Ирина Костевич.

На недавнем совещании у руководителя страны глава Администрации президента Наталья Кочанова говорила о скорых изменениях в скандальный декрет № 3.

По ее словам, в Администрации президента создана специальная мониторинговая группа, которая регулярно выезжает в наиболее проблемные с точки зрения безработицы регионы страны:

«Мы видим, и по оценкам Информационно-аналитического центра, что это основной вопрос, который волнует жителей нашей страны. В разных регионах ситуация разная, но она действительно сегодня имеет место, и самоуспокаиваться здесь нельзя».

«Мы анализируем эту ситуацию, она действительно серьезная. Те данные, которые нам предоставили облисполкомы, — это порядка 500 тысяч неработающих человек», — заявила Кочанова.

 

Тунеядцев — полмиллиона?

Самое интересное, что, несмотря на все предпринимаемые государством меры по борьбе с безработицей и тунеядством, за последнее время число тех, кто по какой-либо причине не хочет или не может работать, практически не меняется.

Летом 2013 года тогдашний премьер-министр Михаил Мясникович оценил количество тунеядцев в 445 тысяч человек. Осенью 2014 года Александр Лукашенко назвал цифру 400-500 тысяч и потребовал вовлечь их «именем революции в работу». После подписания декрета № 3 налоговыми органами было разослано 470 тысяч уведомлений о необходимости уплаты сбора.

Сбор уплатили более 54 тысяч человек. Очень многие в стремлении уйти от обязанности выплачивать налог « на тунеядство» пошли на биржу, из-за чего число зарегистрированных безработных увеличилось. На конец сентября 2016-го их было 40,3 тысячи. Активность по заполнению вакансий в прошлом году была очень высокой, и к концу сентября 2017 года число официальных безработных снизилось до 27,3 тысячи человек.

В конце концов, существенно расширен список видов деятельности, для которых не требуется регистрация в качестве индивидуального предпринимателя. То есть те, кто раньше работал на себя, но в глазах государства был тунеядцем, теперь могут выйти из тени.

Тогда почему же, учитывая недавнее заявление главы Администрации президента, новая версия декрета № 3 затронет такое большое количество граждан — полмиллиона?

 

«Тунеядцев» могло стать еще больше

Экономический эксперт «Либерального клуба» Антон Болточко склонен считать, что Кочанова говорила не о тунеядцах, а в целом о людях, которые по разным, в том числе объективным причинам не имеют работы, но на бирже не зарегистрированы.

Эксперт обратил внимание на сделанное на том же совещании замечание со стороны Лукашенко по поводу того, что «количество трудоустроенных меньше числа уволенных». «Поэтому вполне вероятно, что так называемых тунеядцев могло стать не меньше, а больше», — считает Болточко.

Напомним, на вышеупомянутом совещании Александр Лукашенко отметил: «Правительство докладывает о 50 тысячах новых рабочих мест, но в то же время, как констатируют статистики, численность уволенных превысила количество принятых на работу на 43 тысячи человек — два средних района Беларуси. Число занятых в экономике должно расти. Без этого рассказывать о макростабильности смысла не имеет».

За девять месяцев 2017 года разница между принятыми и уволенными оставила 35 545 в пользу последних. Только в июле и сентябре нанимали чуть больше, чем увольняли.

На этом фоне снижается и число работающих в целом — в сентябре 2017 года в экономике было занято 4 млн 347,1 тыс. человек против 4 млн 386,5 тыс. человек годом ранее. А осенью 2013 года, когда впервые заговорили о борьбе с тунеядцами, работало 4 млн 578,4 тыс. человек.

Старение населения не стоит недооценивать как фактор, который может влиять на рынок труда, обратил внимание Антон Болточко: «Поэтому не исключено, что число работающих уменьшается, а число так называемых тунеядцев действительно остается неизменным. Для точного подсчета нужны статистические данные, которые закрыты для широкой общественности».

Эксперт отмечает, что уменьшение числа занятых в экономике по любым причинам — это и снижение числа налогоплательщиков:

«Их количество уменьшается среди прочего и потому, что люди уезжают работать за рубеж. Президент называл цифру 60 тысяч работающих за рубежом, но очевидно, что таких людей значительно больше с учетом трудовой миграции в Россию, масштабы которой невозможно оценить в силу отсутствия границ. Люди вынуждены уезжать, потому что в Беларуси действительно есть районы, где нет вакансий. И для многих работников решающим фактором оказывается уже не уровень зарплат, а наличие работы в принципе».

Руководитель Научно-исследовательского центра Мизеса Ярослав Романчук уверен, что государство не в состоянии сколь-нибудь точно подсчитать количество граждан, которых оно называет тунеядцами.

«Если они заявляют, что в стране 500 тысяч человек не работает, то платите им пособие по безработице», — сказал эксперт в комментарии для Naviny.by.

Абсурдность ситуации, считает Романчук, в том, что на фоне заявлений о 500 тысячах неработающих Белстат продолжает в официальной статистике докладывать о безработице в 0,6%.

«По сути, получается, — сказал Романчук, — что глава государства не владеет объективной информацией о происходящем в экономике. Если бы Александр Лукашенко получил информацию о достоверном количестве безработных, подсчитанном согласно международной методике, плюс еще о порядка 700 тысячах человек, которые могут потерять работу на госпредприятиях, может быть, он подумал бы, стоит ли брать кредит на несколько миллиардов долларов, чтобы спасать несостоятельные предприятия».

Ярослав Романчук считает, что проблем в белорусской экономике могло быть меньше, и она бы могла оздоровиться, если бы, говоря медицинской лексикой, постановка диагноза была бы более четкой.

 

 


  • Я знаю много тунеядцев, да и большинство жителей Беларуси их знает, вот только те пытаются бурным законотворчеством показать, что при деле, и за зарплату поболее средней