Беларусь и Евросоюз подошли к пределу сближения?

Брюссельский саммит показал, что Беларусь является аутсайдером Восточного партнерства.

Вызвавший дискуссии среди политизированных белорусов очередной саммит Восточного партнерства (ВП) заметными результатами для нашей страны не ознаменовался.

Наибольший ажиотаж накануне мероприятия был вызван не его содержательным компонентом, а вопросом, примет ли участие в саммите первое лицо, а если не примет, то почему.

 

Лукашенко проиграл?

Безусловно, можно согласиться с теми, кто утверждает, что такой визит Александра Лукашенко в какой-то степени мог оказаться для страны полезным. Однако только в том случае, если бы именно сближение с ЕС было поставлено его главной целью.

Между тем такие намерения совершенно не обязательно были бы превалирующими. На первом плане могло оказаться, например, желание показать своему электорату, что прекратилась международная изоляция на высшем уровне. Или — дать щелчок по носу европейским партнерам: дескать, все-таки пришлось вам поступиться принципами и пригласить к себе «последнего диктатора Европы».

По крайней мере, в непреодолимом желании максимально сблизиться с Евросоюзом белорусское руководство уж точно упрекнуть нельзя.

Есть мнение, что, отказавшись от поездки в Брюссель, Лукашенко, скорее, проиграл. Возможно, и вправду, хотя трудно делать уверенные выводы, не зная в деталях всех обстоятельств. Но, как бы там ни было, если такого рода проигрыш действительно имел место, то это был его персональный проигрыш, тогда как на белорусско-европейском взаимодействии в целом это едва ли скажется.

В то же время факт отказа белорусского лидера от поездки подтверждает наличие у него не самых благожелательных настроений в отношении объединенной Европы.

 

Скучный саммит

На самом же саммите никаких значительных событий, касающихся нашей страны, не ожидалось и не произошло, что засвидетельствовала его итоговая декларация. В самом деле, трудно, наверное, считать прорывом подпись под соглашением о расширении трансъевропейской транспортной сети между ЕС и странами ВП.

В остальном все осталось примерно в том же состоянии, что и накануне саммита. Правда, на итоговой пресс-конференции, состоявшейся 24 ноября там же, в Брюсселе, возглавлявший белорусскую делегацию руководитель внешнеполитического ведомства Владимир Макей с оптимизмом говорил о перспективах заключения нового рамочного договора — соглашения о партнерстве и сотрудничестве (СПС) — между Беларусью и Европейским союзом.

Вот только не совсем ясно, насколько этот оптимизм оправдан, поскольку, по словам самого министра, еще не завершено даже обсуждение так называемых приоритетов партнерства, то есть фактически программы сотрудничества Беларуси с ЕС на следующий год.

Также очень медленно идут переговоры о смягчении визового режима. Замечательно, конечно, что по дипломатическим паспортам все вопросы, как сообщил Макей, сняты. Но не исключено, что найти решение по другим спорным моментам будет сложнее.

И уж совсем вялотекущим выглядит диалог по правам человека.

Все это наглядно демонстрирует, что переговорный процесс Беларуси с Евросоюзом является весьма непростым делом. Соответственно, есть большие подозрения, что достичь согласия по СПС будет тем более нелегко.

 

Какой будет судьба нового СПС?

Известно, например, что некоторые государства ЕС настаивают на непременном выполнении белорусским режимом предварительных условий — отмены смертной казни или как минимум введения на нее моратория, а также кардинального улучшения положения дел с правами человека. Готовность же официального Минска пойти на такие шаги пока вовсе не просматривается.

Но даже если допустить, что СПС удастся согласовать достаточно быстро, на очереди окажется его ратификация парламентами всех стран ЕС, Европарламентом и Национальным собранием Республики Беларусь.

С последним, надо полагать, особых проблем не возникнет, чего нельзя с уверенностью сказать об остальных. Заключение предыдущего СПС застопорилось в 1996 году как раз на стадии ратификации. Причиной, по которой Европа этот документ положила под сукно, послужило проведение в Беларуси в ноябре того же года печально известного конституционного референдума, который резко усилил полномочия президента и развязал руки для разгона Верховного Совета.

Кто даст гарантии, что повторения чего-то подобного не будет?

Тем временем другие страны-партнеры хоть и с разной скоростью, но продвигаются вперед. В частности, на брюссельском саммите соглашение об ассоциации (и в его сильно облегченном варианте гораздо более продвинутое по сравнению с СПС) подписала Армения, которая, кстати, наряду с Беларусью входит в ЕАЭС.

Таким образом, даже в рамках достаточно невнятной программы ВП наша страна является глубоким аутсайдером. Причем господствующие в белорусском руководстве настроения не оставляют много шансов на выход из такого незавидного положения. Напротив, складывается впечатление, что стороны уже очень близко подошли к пределу своего сближения.


  • Беларусь - аутсайдер " Восточного партнерства " А кто лидеры , и какие у них блискучыя перамоги кроме подписания бесконечных , ни к чему не обязывающих соглашений то о намерениях то об ассоциациях ?
  • "Есть мнение, что..." - надо же, столько лет прошло, а комсомольско-партийное прошлое не отпускает. Впрочем, это всё же лучше, чем "говорят..." Кстати, автор не подскажет, какой там бюджет у "Восточного партнёрства"? 617 млн. евро, если не ошибаюсь? И это на шестерых? Ну да, есть ради чего упираться и на саммиты ездить.