Политический театр. Отставка Семена Шапиро в трех актах с увертюрой

Отставка любого крупного чиновника неизбежно порождает целый ряд версий. 

Минского генерал-губернатора Семена Шапиро отправили в отставку. Неожиданно. Избрав вначале главой Федерации хоккея РБ, что в нашей системе координат неизбежно должно обозначать серьезную близость к первому лицу державы.

И — отставка!

Отставка любого крупного чиновника неизбежно порождает целый ряд версий, в большинстве своем вполне конспирологических, и их все равно кто-то должен озвучивать. Считайте, что мы озвучиваем всего лишь очередную конспирологическую версию.

 

Увертюра

Таковой увертюрой является попытка силовиков вторгнуться в дом главы Оршанского райисполкома господина Пеньковского. Сам по себе руководитель оршанской вертикали может быть сколь угодно яркой и даже независимой фигурой, однако вряд ли можно предположить, что это вторжение, во-первых, должно было согласовываться с Александром Лукашенко (как сказал в комментариях «Радыё Свабода» экс-спикер Верховного Совета Мечислав Гриб, перед законом все равны), а во-вторых, что сие согласование не произошло.

Как нам кажется, достаточно было телефонного разговора министра внутренних дел с губернатором, чтобы — при наличии необходимых оснований — вторгнуться на жилплощадь далеко не самого высокопоставленного лица в стране.

Тут вопрос в другом.

Сам Лукашенко заявил, что аресты подобных лиц — персон из кадрового реестра главы белорусского государства — без его участия осуществляться не должны. То есть, опроверг наличие своего согласия на задержание (возможное) господина Пеньковского. А отмазка силовиков выглядела настолько глупо (а что — дома у предрайисполкома нет служебного телефона? Или живет он в этом доме в гордом одиночестве? Или он разведчик, который не выходил на связь более трех суток?), что «подстава» как раз их президентом была очевидна для всех.

За что, барин?! Еще недавно Шуневич в любимчиках ходил, следаки из Следственного комитета новые погоны примеряли, КГБ считался опорой конституционного строя! А тут, блин, зубы обломали? На каком-то районном вертикальщике?!

И — главное — причем тут Шапиро?!

А при том!

 

Акт первый

Слухи о противоречиях внутри государственного аппарата ходили уже давно. Какое там давно — всегда ходили и ходят! Раньше говорили о противостоянии групп, кланов, теперь — всё больше о корпорациях по интересам. О так сказать «силовиках» — тех, чей вес в государственном механизме усиливается по мере эскалации гражданского противостояния, и о так сказать «либералах» — тех, кому нужен мир, чтобы их голос был услышан, а должность кроме формального приобрела бы еще и реальное значение.

Можно быть, скажем, министром иностранных дел, но первое лицо державы будет понимать, что требовать от такого министра чего-либо сверх продажи лишних пяти тракторов, скажем, Сербии, попросту невозможно. И вовсе не потому, что министр плохой — нет, он хороший, профессиональный, но так карта его легла. Контекст такой. Маленькая, но охренительно гордая Беларусь противостоит всему миру.

Нынче контекст иной.

С одной стороны, международное положение Беларуси несколько укрепилось. Не за счет ее авторитета — за счет падения авторитетов соседей. Лукашенко перестал восприниматься как самый плохой парень Европы. Он нынче — странный парень, с которым можно поговорить, если закрыть глаза на некоторые его странности.

А это серьезно усиливает позиции главного «либерального клуба» страны — Министерства иностранных дел. То бишь, Владимира Макея персонально. Главный международный переговорщик обрел необходимый вес, чтобы с ним считались и внутри Беларуси.

Но усиление ведомства-миротворца ведет к ослаблению ведомств-ястребов. Это как закон Ломоносова — Лавуазье. Как там старина Ломоносов писал дедушке Эйлеру: «Все встречающиеся в природе изменения происходят так, что если к чему-либо нечто прибавилось, то это отнимается у чего-то другого». Влияние на процессы не безгранично. Усилился МИД — ослабели «силовики». И наоборот. В данном же случае — МИД усилился.

 

Акт второй

А еще вчера все мы созерцали, как Владимир Владимирович Макей с тоскливым взглядом слушает резкие заявления главы белорусского государства, говорящего о верности военно-политическому союзу с Россией (стало быть — о готовности и дальше противостоять Западу?). И мы видели, как 25 марта дубинками метелили никому не угрожавших девчонок и как стариков с киечками запихивали в автозаки — и это при том, что Макей и его присные буквально заклинали не делать таких глупостей! А били, запихивали… И прочие глупости вытворяли, вроде инсценировок вторжения автомобилей с террористами с украинской на белорусскую территорию… В общем, расклад был вовсе не в пользу Макея.

Проблема силовиков в том, что никто из них не может сыграть главную роль на авансцене нашего политического театрика. Ибо режиссер не позволит появиться фигуре более сильной, чем он сам. Лукашенко, конечно, не Бог, но, как говаривал некто Сумар, «выше, выше…» Не выше Бога — выше простых смертных. Между Богом и ними.

А вот второе лицо — так сказать, балетный премьер — фигура в нашем случае весьма важная. Лукашенко почувствовал некоторую усталость от ручного управления страной. Ему в кайф, когда все необходимые процессы разруливаются как-то почти без его участия, а он появляется лишь в том случае, когда нужно с журналистами встретиться, змей позаклинать, провести селекторное совещание. Если на премьера можно возложить обязанности по управлению экономикой — отчего же нет?

При этом в условиях почти неизбежного кастинга на роль преемника каждый, кто сменит Андрея Кобякова на посту главы правительства, обретает еще и символический капитал главы чиновничьего аппарата. Неслучайно ведь в свое время дедушка Ельцин тасовал премьеров, чтобы не засиживались в кресле — не превращались в конкурентов.

И поскольку ни один из генералов на пост премьера в нашей системе претендовать не может, поползли слухи о том, что негласной креатурой силовиков может стать самый резкий из действующих губернаторов — Семен Шапиро. Помните, как лихо он на Гродненщине разбирался и с кадрами, и с интеллигенцией, и с народом? Лихо — ничего не скажешь. Такому губернатору генералы верной опорой были бы — в случае чего.

Проблема в том, что слишком сильный.

 

Акт третий

Помните, как Путин, задвигаясь на некоторое время в тень, избирал себе преемника? Он сделал ставку не на более сильного и жесткого Сергея Иванова, а на либерала Дмитрия Медведева. Его пример, как писал классик не нашей литературы, — другим наука. Иванова тогда убрали подальше с глаз, но не списали. Он ведь не виноват, что был бы слишком сильным — правда?

Персоны и декорации изменились, а логика выбора осталась той же.

Губернатор Минской области — естественный кандидат в премьеры. Тем паче, достаточно успешный губернатор, уважаемый в государственном аппарате. После избрания легко превращается во вполне самодостаточного политического игрока. Уже поэтому премьером быть не может — ибо не рассматривается пока в преемники. И дело вовсе не в пресловутой «пятой графе». Дело именно в потенциале.

А о премьерском потенциале Шапиро в аппарате говорят очень давно. Как говорят и о его возможном сопернике в борьбе за этот пост — Владимире Макее. Первый — до поры — оставался бы техническим премьером, второй превращался в премьера политического. Каждая позиция имеет свои недостатки и свои преимущества. Но аппарат, скорее, согласился бы с техническим премьером.

Отставка Шапиро — с данной точки зрения — не первая подобная победа Макея. В свое время так же был убран — причем дважды — Александр Косинец; правда, в первый раз Косинца выдавили руками старика Рубинова, который не мог простить Александру Николаевичу борьбы против назначения рубиновской креатуры на пост ректора БГУ, а второй раз помогли идеологи из Администрации, вовремя подставившиеся «под раздачу», защищая пресловутого Вячеслава Давыдовича.

Но важно ведь не только, каков повод, или чьими руками, правда? Важно — кто выиграл. Макей выиграл и тогда, и сейчас. При этом не будем утверждать, что он интриговал против Косинца или Шапиро. Так карта легла.

Это не означает, что Шапиро изгнали навсегда. Скорее всего, что-то он получит. Руководить подготовкой к мировому первенству по хоккею можно и в должности вице-премьера, например. И получить свои политические дивиденды вслед за президентом. Или, например, возглавит Комитет госконтроля и превратится в эдакого нового Тозика, который всё обо всех знал, а потому боялись его чуть ли не больше, чем самого президента.

 

Поклоны

Всё это — не более чем версии.

Макей не собирается быть премьером. Его удовлетворяет нынешний пост.

Шапиро не собирался быть премьером. Говорят, один раз ему этот пост уже предлагали — отказался.

Лукашенко не собирается никуда уходить: у нас самый молодой президент в Европе, куда там Дуде и Макрону!

А мы добросовестно собрали все слухи и представили их вашему вниманию, господа. Говорят, у кого-то еще остался попкорн? Наслаждайтесь зрелищем — как наши Одетта и Одиллия танцуют по желанию главного режиссера танец маленьких госаппаратных лебедей…

Говорили, что — 1980-е на дворе? А не 1990-й? Вы уверены?

 

 


  • Как только иссякнет БЮДЖЕТНОЕ финансирование, профессия пропагандист будет не нужна не кому, страх потерять РАБОТУ интересует больше, чем проблемы народа и элементарная совесть!
  • Это моё личное мнение и профессия у меня рабочая и совесть по чище. Время нас рассудит.
  • Как только перестанет западное финансирование оппозиции, профессия ОППОЗИЦИОНЕР будет не нужна не кому, страх потерять денежную работу больше интересует вас, чем проблемы белорусского народа.
  • Как только иссякнет БЮДЖЕТНОЕ финансирование, профессия пропагандист будет не нужна не кому, страх потерять РАБОТУ интересует больше, чем проблемы народа и элементарная совесть!
  • Как только иссякнет БЮДЖЕТНОЕ финансирование, профессия пропагандист будет не нужна не кому, страх потерять РАБОТУ интересует больше, чем проблемы народа и элементарная совесть!
  • Достойно
  • Ничего не понял. И это автор ещё руку Москвы не прозрел... "как писал классик не нашей литературы..." - это про Пушкина. Тогда и Адам Мицкевич не наш, тем более, что дружил с ымперцами Пушкиным и Вяземским. Так хочется в Европу, что отрекаемся от русской литературы? Думаете, поможет? Кстати, для меня и Чингиз Айтматов - наш.
  • Это моё личное мнение, а профессия у меня рабочая и совесть по чище. Время нас рассудит.