Лукашенко дал милиции отмашку. Оппозиция за решеткой, «тунеядцы» не испугались

В Пинске жители сами провели марш и отбили своего у людей в штатском. Да, у белорусских властей хватит грубой силы подавить протесты, но…

Власти отбросили условности и за «марши дармоедов» стали винтить оппозицию всерьез. За акцию, прошедшую накануне в Молодечно, на 15 суток посажены лидеры правоцентристской коалиции Юрась Губаревич, Анатолий Лебедько, Виталий Рымашевский. В целом за сутки в связи с протестами задержано (в том числе превентивно) более двух десятков человек.

Винтили Лебедько и других с показательной брутальностью. Силовики, которых до этого сдерживали (у нас же разрядка с Западом, не будем портить картинку), почувствовали свободу рук после указания Александра Лукашенко «как изюм из булки, повыковыривать этих провокаторов».

Акция в Пинске 11 марта. Фото svaboda.org

 

Почему политизировалась масса

Но в то время как в Молодечно 11 марта шли суды, в Пинске — стихийно, без оппозиционеров во главе — прошел очередной «Марш нетунеядцев», который собрал довольно много для этого города людей: несколько сотен. Причем их спонтанные речи были злее, неполиткорректнее, чем у записных ораторов из оппозиции.

Таким образом, рассыпается пропагандистский тезис о том, что протесты против декрета № 3 инспирированы «пятой колонной». Пинский случай подчеркивает, что протесты вызваны прежде всего массовым недовольством простых людей, ранее, как правило, аполитичных.

Причем это недовольство не только конкретным декретом (Александр Лукашенко ведь фактически объявил на него мораторий), но и прежде всего — обнищанием, неспособностью властей справиться с экономикой.

Еще один вывод: простые люди научились связывать экономику с политикой. Кризис вообще и конкретная обдираловка в виде этого декрета помогают электорату усваивать то, что долго безуспешно втолковывала оппозиция: если хотите жить лучше, нужно бороться за нормальные механизмы смены власти, которая загнила и не справляется с обязанностями.

Именно поэтому на маршах «дармоедов» социально-экономические и политические лозунги (включая требование честных выборов) стали сочетаться естественным образом, что концентрированно выразилось в кричалке «Нет декрету № 3, Лукашенко, уходи!»

 

Появился спрос на людей с идеями и мегафоном

Попутно стоит заметить, что и «Жыве Беларусь!» работяги подхватывают дружно, не воспринимая как сектантский девиз кучки националистов.

Вообще оппозиция, которую только ленивый не костил в хвост и гриву за сектантство, оторванность от жизни и прочие грехи, вдруг оказалась на коне.

Не то чтобы она так уж перестроилась (в частности, ахиллесовой пятой остается разобщенность). Но просто после эпохи кладбищенской стабильности в стране пошла движуха — и естественным образом наступил миг, когда человек с четкой идейной позицией, мегафоном и элементарными организаторскими навыками оказывается очень востребованной фигурой.

Так что те оппозиционные структуры, которые создали или сохранили сеть актива, особенно в регионах, ныне получили возможность показать себя, расширить влияние. Чем и пользуются. Это нормальный подход любой нормальной оппозиции.

Жестокое же обращение с партийными лидерами — не новость. Увы, не первый раз Лебедько получает по почкам. Но сейчас сочувствие гораздо шире и сильнее. И дело не только в том, что благодаря интернету все всё сразу видят (Лебедько транслировал свое задержание через мобильник).

Дело еще и в том, что раньше оппозиционеры страдали за некую малопонятную абстрактную демократию, а сегодня работяги, люди из глубинки видят: да ведь они страдают чисто конкретно за наши интересы!

Поэтому вбить клин между народом и «майданутыми», как выразился Лукашенко, заводилами пока не очень получается.

К тому же сегодня в Пинске, как и раньше в Витебске, мы увидели, что белорусы на удивление (при том что их долго деполитизировали и атомизировали) способны к самоорганизации. И при этом ведут себя дисциплинированно, без тени деструктивных замашек.

 

Как система среагирует на новые акции?

По 15 суток лидерам правоцентристов означает, что они не попадают на организуемый прежде всего этой коалицией минский «Марш нетунеядцев» 15 марта. Однако фишка в том, что горисполком акцию разрешил. А значит, народу может выйти довольно много.

Отдельный вопрос — что будет, если участники акции решат идти от Академии наук не на площадь Бангалор, как предписали чиновники, а по проспекту Независимости к центру Минска. Преграждать дорогу ОМОНом, разгонять, пихать пачками в автозаки — это риск серьезных столкновений, это прощай, оттепель с Западом (кредит МВФ) и пр.

Кроме того, на ближайшее время намечен и еще ряд маршей в регионах (Орша, Бобруйск, Рогачев, Могилев и т.д.).

Особой головной болью для властей остается День Воли 25 марта, на который хочет вывести много людей Николай Статкевич. Хватать его — это означает даже символически зачеркнуть тот тренд нормализации отношений с Западом, который отсчитывается от освобождения Статкевича и других политзаключенных в августе 2015 года.

Кроме того, арестами власти невольно способствуют выдвижению лидеров второго эшелона и вообще новых, неожиданных фигур. В Пинске сегодня такой фигурой был гомельский блогер Максим Филипович, которого безуспешно пытались повязать люди в штатском: народ отбил и гурьбой проводил до вокзала, чтобы не схватили по дороге.

Этот эпизод в миниатюре смоделировал ситуацию, когда силовики, даже если они служат жесткому режиму, пасуют и отступают. Это — когда народу много и он зол.

Конечно, если брать ситуацию в масштабах страны, то у режима достаточно грубой силы, чтобы погасить волну нынешних протестов. Но из этого сюжета властная верхушка рискует выйти с капитальной потерей авторитета, легитимности.

 

Власть пытается водить электорат по кругу

В июне прошлого года, как показал последний опрос разгромленного потом НИСЭПИ, менее 30% белорусов считали, что нынешнее белорусское государство — «это мое государство, оно защищает мои интересы». Рискну предположить, что сейчас, после того как массу зацепил декрет № 3 (а также повышение пенсионного возраста, удорожание коммуналки и пр.), эта доля еще меньше. Миф о государстве для народа рухнул.

Жестокое подавление нынешнего всплеска уличной активности (как выразился Лукашенко, «можно отвернуть на площади голову и тысяче, и двум тысячам отморозков») лишь углубит разрыв между правящей верхушкой и массой. Белорусы закусят губу и станут воспринимать тезис об антинародном режиме уже не как натужную патетику оппозиционных листовок, а как горькую реальность.

И если экономическая ситуация будет ухудшаться, то новая волна протестов может оказаться намного решительнее и злее.

Наверху это как минимум отчасти понимают. Потому пока прибегают к гибридной тактике точечных репрессий, стараются не трогать работяг. Параллельно Лукашенко заморозил декрет и снова жестко требует с вертикали обеспечить до конца года среднюю зарплату 500 долларов в эквиваленте.

Власти надеются проманеврировать до лета, когда народ расползется по огородам и тенистым уголкам. А тем временем, глядишь, с Россией как-нибудь договоримся, Путин даст газу подешевле, нефти побольше, кредит…

Однако все эти расчеты вилами по воде писаны да и вообще не из той оперы (по уму так нужно запускать реформы, которые бы ослабили зависимость от России). А искусственная накачка зарплат может аукнуться новым финансово-экономическим обвалом, как это уже не раз бывало.

Власть пытается водить население по заколдованному кругу, но все больше людей говорят: достало!