Игорь Драко. СТРАСТИ. Почему Лукашенко увлекся Румасом

Игорь ДРАКО

Игорь ДРАКО

Родился в Фергане (Узбекистан), в школу ходил в Ивье (Гродненская область), окончил Санкт-Петербургский университет (Россия). Гражданин Республики Беларусь, которому почему-то не дают эфир на БТ. Любит читать, слушать, смотреть, писать и говорить, но не верит, что в споре рождается истина, поэтому предпочитает беседу.

В начале 2013 года на сайте Naviny.by была опубликована моя статья «Порвать с Пазьняком, увлечься Румасом (рассказ о повзрослевшей Беларуси)». Смысл ее можно свести к такому утверждению: от шумной риторики о национализме и независимости нам следует переходить к конструированию настоящего и будущего Беларуси (как государства и социального организма) в прагматическом ключе.

На момент выхода статьи сегодняшний руководитель првительства Сергей Румас уже покинул должность вице-премьера и возглавил «Банк развития». Но еще до перехода на работу в банк Сергей Николаевич пропал из информационного поля. Это должно было случиться, потому что во время финансового кризиса  2011 года (когда не стало валюты в обменниках и доллар подорожал почти втрое) он был для граждан страны единственным представителем власти, сообщавшим им о ситуации на валютном рынке и в экономике в целом.

Профессионал, не боится публичности и принимает на себя ответственность за крайне неприятные события, происходящие в государстве.  Такое поведение было положительно оценено общественным мнением, и вице-премьер, который, строго говоря, тоже имел отношение к возникновению и дальнейшему усилению кризиса (не убедил же «начальников» открыть реальные валютные торги на полгода раньше), стал восприниматься как образец руководителя.  А президента Лукашенко тогда, казалось, не было не только в Беларуси, но и вообще на планете Земля, зато он появился после кризиса, чтобы сказать, что под его началом кризис преодолен, а набравший популярность Румас отправляется в «Банк развития».   

Теперь все тот же президент Лукашенко,  приревновавший народ и номенклатуру к своему подчиненному, назначает этого подчиненного на более высокую должность. Нет других кандидатур на пост премьер-министра? Или же президент убедился, что Румас – чистейший технократ и не будет играть в политику? Думаю, и то, и другое.  

После борца с тунеядцами, прозаседавшегося старика Мясниковича и кое-как исполнявшего перед камерами роль премьера Кобякова стране и властно-государственной системе потребовался специалист, который хорошо знает механизм белорусской экономики и пользуется уважением среди управленцев. Не делать же премьер-министром какого-нибудь «гарвардского мальчика» с «гайдаровскими» замашками, например, Кирилла Рудого, способного разве что на форумах выступать, перенимать китайский опыт да писать книжки с банальным содержанием, но никак  не управлять больной экономикой государства при президенте, желающем получить позитивные изменения без проведения реформ. (Предположу, что отъезд господина Рудого в Китай связан как раз с его «реформаторским зудом», словно бы ему, ученому и еще молодому человеку, рекомендовано поостыть и заодно понять, почему там, в Китае, партии и государству не страшны ни свои «гайдары», ни свои «рудые»).

Чтобы вообще без реформ, такого не бывает. Пусть проходят, но взвешенные, и систему не ломают. А это уже вопрос политический и, более того, вопрос о власти, причем персональной (не только Лукашенко, но и части тех, кто сейчас вместе с ним «главные»).  И Румас не политик не потому, что даже не думает о должности президента, но прежде всего потому, что он, великолепно владея предметом, не будет посредством этого владения наглядно демонстрировать ошибочность прошлых подходов: «Ну да, вчера делали так, сегодня подумали и решили, что завтра нужно сделать чуть-чуть по-другому».

В статье 2013 года фамилия Румас во многих местах взята в кавычки. Ведь речь там шла не столько о самом Сергее Николаевиче (при всем уважении к его профессионализму  и смелости пойти на новый формат общение с гражданами Беларуси в ситуации кризиса), сколько о тенденции: Беларусь нуждается в фигуре деловитого технократа, а не в очередном глашатае белорусского суверенитета и спасителе страны. Тогда еще не настало время майданно-крымско-донбасских событий, и «стоны» о независимости были связаны исключительно с Таможенным союзом и обязательным нефтегазовым конфликтом с Россией; за полгода до выборов президента 2010 года Александр Лукашенко, сопротивляясь давлению со стороны российского руководства, прямо на глазах превращался в Зенона Пазьняка, белорусского националиста, антиимперца и русофоба.

Но пришел 2011 год, Беларусь осталась независимым государством (никто на нее и не покушался), в стране разразился кризис, обвинить в котором внешних игроков никак не получалось, потому был обвинен народ, скупивший всю валюту для приобретения в ЕС автомобилей до повышения на них пошлин в рамках Таможенного союза. «Борьба за независимость» закончилась сама собой, началась борьба за доллар. Условного «Пазьняка», пламенного патриота, перестали слушать. Лукашенко исчез, Румас не сходил с экранов, сайтов и газетных страниц.   

Произошедшее и происходящее в Украине и с Украиной снова позволяют заправским плакальщикам о белорусском суверенитете забивать своими стенаниями эфир и сеть. Но Россия отчего-то упорно уклоняется от захвата Беларуси. Правда, решила урезать дотации (те самые, которые помогают Александру Лукашенко  вот уже 24 года быть президентом независимой Беларуси). На аннексию такой шаг России явно не тянет. Ситуация для Александра Лукашенко неприятная: теперь без «Румаса» ему никак не обойтись; сам ведь сказал в Шклове, что в случае серьезных экономических проблем Беларусь либо войдет в состав другого государства, либо станет ковриком, о который будут ноги вытирать.

Не знаю, какое время пробудет Сергей Николаевич премьер-министром Беларуси (лично я желаю ему долгой и успешной работы на этом посту), но само его возвращение во власть вселяет надежду на то, что теперь Лукашенко (сильно любящий власть и себя во власти) будет связывать перспективу потери «Румаса» с оценкой собственной эффективности как президента. Проще говоря, страх «плохо кончить»  вынудит Лукашенко терпеть и нового премьера, и «Румаса» как явление. Захочет красивого ухода (на пенсию или из жизни) – потерпит, а не захочет… ну, как говорится, на нет и суда нет.

 




Оставьте комментарий (0)