Волшебная палочка Лукашенко сломалась, но выборы пока под полным контролем

Станет ли белорусский руководитель растягивать «политическую вакханалию» на полтора года?

В 2019-м «у нас начинается политическая вакханалия, которая продлится минимум полтора года». Этот пассаж вырвался из уст Александра Лукашенко, когда он напутствовал 13 ноября вновь назначенных местных начальников.

Фото kremlin.ru

Обратим внимание на «полтора года». Это просто гипербола, на которые охоч президент, или знак того, что одна из электоральных кампаний — выборы президента либо Палаты представителей — пройдет со сдвигом по фазе, раньше урочного часа?

Поддержит ли Лукашенко в этом плане позицию главы Центризбиркома Лидии Ермошиной: мол, кампании (которые по чисто календарным расчетам приходятся на конец лета — начало осени 2020 года) надо развести по времени во избежание чрезмерной политизации населения?

И вообще — насколько уверенно чувствует себя бессменный президент перед очередным, как он любит выражаться, экзаменом? Есть ли шансы у его внутренних оппонентов? Как поведут себя Россия и Запад в контексте грядущей «вакханалии»?

 

Ритуал надоел, но куда денешься?

Само словечко «вакханалия» означает некую оргию, разнузданность, грубо говоря — бардак. При этом понятно, что особо распоясаться «пятой колонне» не дадут. Вся вакханалия — это скромные пикеты для сбора подписей под бело-красно-белыми флагами да жалкие минуты эфирной квоты для кандидатов.

То есть, судя по экспрессивному словечку, с плохо скрытой брезгливостью воспринимается сама необходимость блюсти ритуал, прописанный в конституции, выполнять формальности для продления власти.

Это как период осенней слякоти — неприятно, дискомфортно, но надо как-то перетерпеть, куда денешься. Авторитарные лидеры, даже если де-факто считают себя царями, помазанниками божьими (вообще смешно: а кому еще страну доверять — этим крикунам с площади?), обычно аккуратны с декоративными элементами своей легитимности.

«Нам надо в свойственной манере пройти этот этап, не сбросив обороты», — само это указание президента вертикальщикам подразумевает, что смена власти, ротация правящих элит — то, что на гнилом Западе является обычным делом, — у нас не допускается в принципе.

Тем не менее, перед выборами «власть всегда волнуется, даже если угрозы нет, поскольку это некий кризис легитимности», отметил в комментарии для Naviny.by эксперт аналитического центра «Стратегия» (Минск) Валерий Карбалевич.

Не исключено, считает он, что наверху умышленно напускают туману вокруг сроков очередных избирательных кампаний, «занимаются разводкой», чтобы дезориентировать оппозицию, не дать ей подготовиться. И хотя та сейчас слаба, власти постараются дополнительно нейтрализовать оппонентов, предполагает собеседник.

 

Оппозиция в заколдованном кругу

Политический обозреватель Павлюк Быковский также считает: пока рано делать вывод, что Лукашенко решил развести кампании по времени. Возможно, ситуация прояснится после совещания с Центризбиркомом, заявил Быковский в комментарии для Naviny.by.

Это совещание было анонсировано почти два года назад, после того как межведомственная экспертная группа под эгидой Ермошиной подготовила некие таинственные (хотя, скорее всего, декоративные) изменения в избирательное законодательство. Но вопрос завис, и глава ЦИК сама уже старается лишний раз его не муссировать.

Если объединить кампании, то можно сэкономить бюджетные деньги, говорит аналитик (от себя замечу: экономия невелика).

Но такой вариант, считает Быковский, неудобен для всех политических структур, включая властные. Особенно же сложно участвовать одновременно в двух разных по формату кампаниях оппозиции, у которой крайне мало ресурсов (между тем как на выборах в Палату — 110 округов).

Карбалевич также отмечает беспрецедентную скупость ресурсов оппозиции в условиях, когда Запад практически свернул ее поддержку. «В оппозиции — фатализм, как и в обществе. Нет новых лидеров, готовых бороться за победу», — говорит политолог.

Добавлю: парадокс ситуации в том, что возможности оппозиции зависят как раз от того, насколько поверит в нее масса. Если вывести на площадь двести тысяч, никакой ОМОН режиму не поможет. Да и любой служивый хорошо подумает, надо ли махать дубинкой, а тем более передергивать затвор.

Но сама идея Площади дискредитирована, и вообще к лозунгам политических противников режима обыватель сегодня глух. Заколдованный круг.

 

Запад не станет раскачивать лодку, Кремль — тоже вряд ли

Оба эксперта отмечают, что позиции власти пока прочны. Быковский подчеркивает: нет раскола правящих элит (который помогает обычно всяким цветным революциям). Запад, продолжает собеседник, сейчас не хочет раскачивать лодку белорусской стабильности, а «Россия, при всех сложностях отношений, воспринимает Лукашенко как незаменимого».

Карбалевич также прогнозирует, что Россия не станет активно вмешиваться в сюжет грядущих президентских выборов.

Отмечу, что сама тема российского фактора в судьбе Лукашенко подогревалась в нынешнем году московскими ресурсами. Мол, Кремль давит на засидевшегося и надоевшего своими капризами «Батьку», чтобы тот уступил кресло какому-нибудь кристально пророссийскому преемнику.

Теперь, после относительного замирения заклятых союзников, можно сделать вывод, что это были элементы информационной войны в разгар распрей.

Я тоже думаю, что Россия на очередных президентских выборах в Беларуси вряд ли станет затевать серьезную игру против Лукашенко.

Во-первых, в нашей стране нет сильных пророссийских структур (и эту ситуацию вряд ли изменит принципиально даже новый посол Михаил Бабич, о тайной миссии которого злые языки шепчут всякое).

Во-вторых, выборы в Беларуси — это в принципе бои без правил. Это вам даже не Россия, где на губернаторских выборах в Приморском и Хабаровском краях, Хакасии, Владимирской области Кремль недавно сел в галошу. В Беларуси опасного конкурента (в том числе гипотетического ставленника Москвы) хладнокровно вырубят на дальних подступах. Культурно, типа: а у вас все подписи фальшивые.

В-третьих, создавать в соседском хозяйстве хаос (рычаги в принципе есть), чтобы выловить рыбку в мутной воде, — слишком рискованный для Москвы вариант. Потому что хаос может привести совсем не к тем последствиям, которые ей здесь нужны.

Наконец, в-четвертых, к Лукашенко Москва притерпелась, изучила норов. Убедилась, что этот хоть и может взбрыкнуть, но никогда не перейдет красные линии. Зачем менять на черт знает кого?

 

Народ не в восторге, но придавлен фатализмом

Да, ну а что народ? По словам Быковского, население оценивает внутреннюю ситуацию «по кошелькам и холодильникам», и она сейчас «не такая ужасная, как в 2011-м» (год двух девальваций и гиперинфляции). «Недовольство есть, но оно достаточно латентное», — говорит обозреватель.

И Быковский, и Карбалевич отмечают апатию, фатализм массы белорусов.

Тем не менее, властям придется как-то имитировать конкуренцию. Лукашенко в качестве кандидата должен представить программу. А хвалиться особо нечем.

В общем-то, еще перед выборами 2015 года народ просек, что чудеса закончились. До этого президент, как фокусник из шляпы, доставал подарки электорату: сто долларов средней зарплаты в 2001-м, 250 долларов в 2006-м, 500 долларов в 2010-м. Вождь сказал — вождь сделал.

А потом волшебная палочка сломалась. После выборов-2010 накачанная пустыми деньгами экономика обвалилась со страшным треском. Две оглушительные девальвации 2011 года обыватель и теперь вспоминает с содроганием.

И вообще экономику стало колбасить по полной программе. При этом Россия становилась все скареднее, отмеряла субсидии скупее. К выборам-2015 доходы белорусского населения оказались ниже, чем были в 2010-м.

Но не было счастья, так несчастье помогло. Расстрел киевского Майдана, аннексия Крыма и бойня на Донбассе так впечатлили массу белорусов, что пиар в духе «спасибо вождю за наш островок стабильности» прокатил на ура.

Однако теперь шок от украинской драмы у здешнего электората прошел. А средняя зарплата пляшет у черты в тысячу рублей, то есть меньше сакральных 500 долларов в эквиваленте. Иначе говоря, благосостояние ниже, чем в прошлом десятилетии. Чем козырять?

В период агитации казенная пиар-машина станет, видимо, вяло пережевывать тезисы про стабильность, миротворчество, некий экономический рост после рецессии. От добра добра не ищут и все такое.

В какой-то степени будут задействованы традиционные фишки типа борьбы с коррупцией, хотя бесконечная борьба с гидрой перестала впечатлять народ.

Для молодежи в программу главного кандидата вставят, наверное, пару красивых фраз про построение ИТ-страны.

В принципе же, считает Карбалевич, Лукашенко «не станет заморачиваться» предвыборными лозунгами, как не обременял себя этим в начале года Путин. Тем более что «никаких новых идей нет».

 

Кампании пройдут без изысков

Таким образом, в сухом остатке вырисовывается расчет на зажатые гайки и проведение президентской кампании безо всяких изысков.

Смотрите, уже поджали прессу (дело БелТА, поправки в закон о СМИ). Дали химию лидерам профсоюза РЭП. Урок другим, чтобы особо не рыпались. К тому же народ помнит жесткое подавление «дармоедских» протестов 2017 года.

Власть может моделировать грядущую президентскую кампанию по своему усмотрению. Что она выберет — вариант 2010 года с россыпью кандидатов, растащивших протестные голоса, или минималистичный вариант 2015 года со скромным набором как-будто-соперников в бюллетене, без драйва, экспрессии и намека на Площадь?

«В 2010-м все закончилось трагедией, в том числе и для властей (речь идет о разгоне Площади, репрессиях и серьезном ухудшении отношений с Западом. — А.К.), а вот 2015-й прошел для них хорошо», — отмечает Карбалевич.

Он считает, что, скорее всего, будет избран второй сценарий и что на сегодня воплотить его — дело техники. Хотя за полтора года в наше динамичное время многое может измениться, добавляет собеседник.

На мой взгляд, остается вероятность, что одну из кампаний все же приблизят. Хоть все и схвачено, но береженого бог бережет. Лучше не разогревать народ двойной дозой.