Москва озабочена русофобией Европы, Лукашенко приветствует европейские денежки

Белорусские власти стали получать кое-какие дивиденды от потепления отношений с ЕС, но отнюдь не схватили бога за бороду. И проблема — в политической системе…

Получилось символично. В то время как прилетевший в Минск министр иностранных дел России Сергей Лавров пенял на захлестнувшую Старый Свет русофобию, Александр Лукашенко искренне радовался, что наконец-то в Беларусь потекли европейские деньги.

Фото mir.ru

Отношения Беларуси с Европейским инвестиционным банком (ЕИБ) переживают «исторический момент», заявил Лукашенко 21 ноября, встречаясь в Минске с вице-президентом ЕИБ Александром Стуббом.

Потом белорусский президент принял и российского гостя, прибывшего на совместное заседание коллегий двух МИДов. Но предпочел не развивать тему обид на Запад, а подчеркнул, что с Россией нам нужно решить главный вопрос (который обсуждается «еще со времен Бориса Ельцина») — о равенстве для граждан и субъектов хозяйствования.

В переводе на простой язык это означает: перестаньте ущемлять наших производителей, тормозить наше мясо и молоко на границе. Да, и давайте наконец газ по цене как для Смоленской области (ну, плюс плечо транспортировки). Мы же для этого подписывались на интеграцию, а не ради защиты ваших духовных скреп.

 

У Минска и Москвы — разные повестки

Этот визит Лаврова четко показал, насколько разнятся интересы союзников. Минские речи главы российской дипломатии пестрели штампами советского образца и были наполнены пафосом противоборства с проклятым Западом.

Лавров твердил, что нужно давать отпор попыткам фальсифицировать историю Второй мировой, заострял внимание на разгуле русофобии в европейских странах, обвинил Запад в наступлении на основы международного права.

А вот глава белорусской дипломатии Владимир Макей наводил фокус на проблемы двусторонних отношений. В частности, отметил, что нужно урегулировать вопросы, связанные с налоговым маневром в российской нефтедобыче (проще говоря, Минск хочет компенсации). И что в торговле с Россией усиливается дисбаланс: наш экспорт в Россию за девять месяцев вырос лишь на 0,6%, а импорт оттуда — на 22%.

«Это связано не только с нефтью, но и с сельхозпродукцией», — аккуратно подчеркнул белорусский министр. Что в переводе с дипломатического языка на обычный означает: Россельхознадор свирепствует почем зря.

«Лавров приехал в Минск со своей повесткой, Беларусь же имеет свою повестку», — отметил в комментарии для Naviny.by координатор программы «Внешняя политика Беларуси» экспертной инициативы «Минский диалог» Денис Мельянцов.

По его мнению, Москва стремится сузить Лукашенко коридор для внешнеполитического маневрирования, белорусская же сторона старается его расширить, причем «выкручивается совершенно легитимно». Пока союзники хоть и непросто, но находят компромиссы, считает Мельянцов.

 

Банк ЕС открыл закрома

Да, а слова Лукашенко про исторический момент в отношениях с ЕИБ — риторика хоть и патетичная, но не на пустом месте.

Чтобы было понятнее: ЕИБ — это банк Евросоюза. После того как в 2016-м Брюссель снял санкции с бывшего «последнего диктатора Европы» и других чиновников (всего 170 физических лиц и трех компаний), Беларусь получила возможность работать с ЕИБ (или он — работать с Беларусью, если хотите). В июне 2017 года было ратифицировано рамочное соглашение между нашей страной и ЕИБ.

Таким образом, хотя нынешние белорусские власти в ЕС не стремятся, но деньги оттуда уже потекли. И порядок цифр уже внушает.

Как сообщило представительство ЕС в Беларуси, ЕИБ предоставляет 84 млн евро «Минскводоканалу» для финансирования реконструкции и модернизации центральной очистной станции столицы. Около 200 малых и средних предприятий воспользуются ресурсами двух кредитов, предоставленных «Белагропромбанку» (50 млн евро) и «Беларусбанку» (25 млн евро).

Отмечу, что параллельно еще 84 млн евро в виде займа на 18 лет дает на реконструкцию Минской очистной станции Европейский банк реконструкции и развития.

Кредиты же малому бизнесу по линии ЕИБ, как отмечают в представительстве ЕС, будут «содействовать укреплению частного сектора и экономической диверсификации, что особенно важно в Беларуси, где крупные государственные предприятия по-прежнему доминируют в национальной экономике».

В следующем году ЕИБ планирует инвестировать в Беларусь уже 260 млн евро. Процесс пошел.

На днях первый заместитель министра экономики Дмитрий Крутой сообщил, что ЕИБ предоставляет кредиты на срок до 25 лет с мораторием на выплаты по основному долгу до пяти лет и ставкой от 1% до 3% годовых. «С учетом долларовой инфляции, — пояснил Крутой, — это не совсем бесплатные деньги, но очень комфортные по выплатам».

Лукашенко же сегодня в беседе со Стуббом отметил: «Мы преодолели немало барьеров, немало было непонимания с двух сторон, особенно с западной стороны. Сегодня и Европа, и весь западный мир убедились в том, что с Беларусью можно иметь дело, что Беларусь — это надежный партнер, особенно в сфере торгово-экономических, финансовых отношений».

При желании здесь можно уловить нотку торжества: это вы, тугодумы, не догоняли, что с нами можно иметь дело, но, слава богу, наконец усекли.

 

Минск будет балансировать у красных линий

Вообще-то нынешним белорусским властям ничего особо и не нужно от Европы, кроме денег и более мягких условий доступа на ее рынки. И вот деньги, пусть не такие большие, как мечталось кое-кому в Минске на заре разрядки напряженности, но пошли в Беларусь.

Здесь дает плоды тот стратегический подход, который Беларусь избрала в 2014 году, когда «раскритиковала действия Москвы и выступила в качестве нейтральной площадки по Украине», говорит Мельянцов.

Хотя «значительного прогресса в демократизации Беларуси нет», Европа оценила миротворчество Минска, роль Беларуси как «стабилизатора региона», а также макрофинансовую стабилизацию, некоторую экономическую либерализацию в стране, считает собеседник Naviny.by.

Добавлю: именно после Крыма устремления Москвы и Минска стали особенно контрастировать. Кремль втянулся в противостояние с Западом и сегодня нацелен на долгую изнурительную борьбу. Отсюда вся эта мобилизационная риторика Лаврова.

Белорусские деятели аккуратно поддакивают, время от времени в угоду Кремлю голосуют в ООН против украинских резолюций, но при этом тихо усиливают европейский вектор. Белорусам не хочется в окоп, а тем более в рай, обещанный Путиным в случае ядерной войны.

Минск будет «аккуратно балансировать у красных линий», вести себя так, чтобы Москва не могла упрекнуть в невыполнении союзнических обязательств, но при этом постарается не потерять выгод нормализации отношений с ЕС, прогнозирует Мельянцов.

 

Пока власть раскулачивает, инвестор сюда не ломанется

Сегодня мы видим, что в плане финансово-экономическом белорусские власти на западном направлении кое-чего добились. Но отнюдь не ухватили бога за бороду.

Займы того же ЕИБ (или МВФ, если когда-нибудь Минск с ним договорится) хоть и комфортны по условиям, но все же это деньги, которые нужно отдавать с лихвой. При этом, как подчеркивают эксперты, к нам идет крайне мало прямых иностранных инвестиций (ПИИ). А чтобы их заполучить, недостаточно написать прогрессивные законы (хотя и здесь еще много работы).

«Главное — обеспечить на практике гарантии неприкосновенности собственности. Инвестиционное законодательство у нас достаточно «цивильное», но работает с большими проблемами», — отметила в комментарии для Naviny.by экономический обозреватель Татьяна Манёнок.

Далее, поскольку ПИИ «чаще всего идут через приватизацию госсобственности», то следовало бы «создать условия для системной, прозрачной приватизации». На сегодня же белорусские власти опасаются этого процесса, обставляют его частоколом условий, не хотят давать инвесторам контрольные пакеты акций, сказала Манёнок.

Да уж, пока в Беларуси частные предприятия национализируются «именем революции» (вспомним истории «Спартака», «Коммунарки», «Мотовело», «Пинскдрева», совсем недавно — Оршанского авиаремзавода), иностранные денежные мешки сто раз подумают, прежде чем соваться на наш островок стабильности.

Для внешнеполитического балансирования мало одной лишь дипломатической изворотливости. Чтобы диверсифицировать торговлю, привлечь западные инвестиции, конкурировать на требовательном европейском рынке в иных секторах, кроме продажи нефтепродуктов, нужны глубокие и последовательные экономические реформы, а не те полумеры, что мы видим сегодня.

Но пока не пройдут полтора года «политической вакханалии», как назвал недавно Лукашенко грядущие парламентские и президентские выборы, ни о каких серьезных реформах белорусские власти и помышлять не станут. Это и к бабке не ходи.

Однако, скорее всего, они не разгонятся реформировать экономику и после «вакханалии», поскольку политический режим останется тем же.

И это главная закавыка, которая ограничивает возможность Беларуси не только маневрировать между центрами силы, но и динамично развиваться.