Грех на душу. Сносом крестов в Куропатах власти делают себе черный пиар

Они хотят «закрыть тему» в своем духе, видя в защитниках народного мемориала политических противников…

Утром 4 апреля политизированных белорусов поставило на уши известие, что техника в Куропатах сносит сооруженные активистами кресты. Ими во время «Большого разговора» 1 марта возмутился Александр Лукашенко.

По данным Змитра Дашкевича, одного из самых горячих защитников Куропат, снесено 70 крестов. Оцепившая это место милиция задержала 15 активистов.

Фото svaboda.org

 

Тростенец и Куропаты: разительный контраст

Ровно неделю назад Александр Лукашенко и канцлер Австрии Себастьян Курц городно. И вот теперь — этот грубый, вероломный, оскорбительный для создателей народного мемориала снос крестов в Куропатах.

У белорусских властей — выборочный, однобокий подход к исторической памяти. Они охотно говорят о преступлениях нацизма, даже козыряют цифрами жертв, но предпочитают замалчивать масштаб и суть преступлений сталинизма.

Тон нынешнему наступлению на кресты задал «Большой разговор с президентом» 1 марта. Тогда Лукашенко, затронув тему Куропат, дал установку, «чтобы демонстраций с крестами по периметру там тоже не было».

«Ну зачем вы там повыставляли эти белые кресты? Вам что, церковь разрешила это делать? Это демонстрация, а я против такой демонстрации», — заявил официальный лидер воображаемым оппонентам.

Подчиненные же, как легко догадаться, восприняли эти пассажи как руководство к действию.

К слову, официальные представители самых массовых конфессий, при том что и православная церковь, и костел в Беларуси стараются ладить с властями, позволили себе тревожные комментарии по поводу корчевки крестов в Куропатах.

 

Неважно, кто расстреливал?

Зачем же власти идут на скандал? Понятно, что исполнители просто роют землю в прямом и переносном смыслах. Если же смотреть шире, то позиция руководства Беларуси по отношению к Куропатам объясняется, на мой взгляд, двумя моментами — идеологическим и политическим.

В идеологическом, мировоззренческом плане Лукашенко остается глубоко советским человеком. Он и пришел к власти на волне ностальгии по СССР, обещал вернуть «светлое прошлое».

Нынешний руководитель Беларуси — апологет советских методов управления экономикой («жесточайший спрос»), советского образования и пр.

В общем, в представлении Лукашенко советский строй — образец. Белорусский президент не раз вступался за Ленина и Сталина. Признать же чудовищный масштаб преступлений эпохи сталинизма означало бы перечеркнуть собственное мировоззрение, свою систему ценностей.

Потому официальный лидер раз за разом повторяет: неважно, кто расстреливал в Куропатах. Мол, есть разные версии.

На самом деле есть заключения прокуратуры, сделанные на основе тщательных расследований. Они железно подтверждают, что там стреляли из наганов в затылки жертвам сотрудники НКВД.  С 1993 года урочище Куропаты внесено в Государственный список историко-культурных ценностей Республики Беларусь именно как место захоронения жертв политических репрессий 1930–1940-х годов.

 

Советский шлейф белорусского режима

Почему же наверху закрывают глаза на очевидное, доказанное? Дело не только в идеологической замшелости, но и в том (может быть, даже прежде всего в том), что политическая система в сегодняшней Беларуси выстроена, если не считать декоративных завитушек, по-советски. По сталинской схеме, если хотите.

В СССР, когда народ приходил на избирательные участки затовариться дефицитом и выпить рюмочку в школьном буфете, в бюллетенях был единственный кандидат. Сейчас их обычно несколько, но выборов в нормальном смысле как не было, так и нет.

В СССР была жесткая монопольная власть компартии, в сегодняшней Беларуси — монопольная власть президента.

Политические репрессии, конечно, не чета сталинским, но в XXI столетии в центре Европы выглядят одиозно. Оппозиция загнана в маргинальную нишу, массовые протесты (вспомним Площадь-2010, «марши дармоедов» 2017 года) жестоко подавляются.

В общем, система такова, что не терпит политической альтернативы и несанкционированной гражданской активности.

И вот это второй принципиальный момент, кроме чисто идеологических установок да исторических догм. Власти рассматривают защитников Куропат как своих политических противников, угрозу устоям.

В соцсетях отмечают: сносятся именно кресты по периметру, поставленные относительно недавно прежде всего усилиями Дашкевича. Это один из самых харизматичных гражданских активистов. 24 марта его задержали после резкого выступления на митинге-концерте в Минске в честь Дня Воли, промариновали двое суток в каталажке и влепили штраф .

 

Еще в 88-м травили «Черемухой»

Для полноты картины отмечу, что с темы Куропат начиналось оппозиционное движение в еще советской Беларуси. 30 октября 1988 года власти с применением дубинок и газа «Черемуха» разогнали на окраине Минска людей, которые собрались для шествия в Куропаты под началом Зенона Пазьняка.

Тогда взошла политическая звезда этого археолога, открывшего общественности страшную историю урочища под Минском. Тогда стал формироваться и набирать популярность Белорусский народный фронт.

Лукашенко же, будучи депутатом Верховного Совета XII созыва, не нашел общего языка с БНФ. Став президентом, он развернул наступление на эту мощную тогда политическую силу. Вдобавок на борьбе с националистами президент-интегратор строил свой имидж друга Москвы.

Режим подавил уличную активность, но народный мемориал в Куропатах оставался островком, на котором задавали тон те, кто поголовно, будь то партиец, писатель или пенсионер, представляются верхам политическими противниками, пятой колонной. Власть же из принципа не может позволить, чтобы хоть на каком-то пятачке земли побеждала позиция ее политических оппонентов.

 

Без намека на диалог

Пару лет назад власти решили поставить в Куропатах памятник, чтобы «закрыть тему», выбить козыри из рук тех, кого считают внутренними противниками, а значит — опасными элементами. Конкурс на памятник, установленный в прошлом году, прошел келейно, его концепция выглядит размытой — без конкретизации, что за жертвы там лежат.

При этом верхушка режима игнорирует тот момент, что без полноценной исторической памяти, без принципиальной оценки трагедий прошлого, нравственного очищения наше общество не будет здоровым.

Властям важнее, чтобы общество было безголосым, покорным. И действительно, коллизия вокруг Куропат будоражит только небольшую прослойку политизированной публики. Да и то страсти бушуют в основном в соцсетях. Масса или не знает об этом конфликте и его корнях, или равнодушна к этому сюжету.

Власти пытаются «закрыть тему», маскируя свои действия заботой о благоустройстве. Но ведь облик памятного места можно было цивилизованно определить в диалоге с обществом.

Однако верхи не привыкли советоваться, вести дискуссию, организовывать демократичное обсуждение острых для граждан тем. Навязывая свою концепцию мемориала, снося кресты под охраной ОМОНа, хватая протестующих, власти снова демонстрируют право силы.

Да, грубой силы у них с лихвой. Но в моральном плане руководство Беларуси терпит в этой истории жесточайшее поражение.