«Выводи деда, поедем в банк». Как милицейский начальник лишал денег стариков

В суде Центрального района Гомеля слушается уголовное дело в отношении бывшего начальника криминальной милиции Чечерского РОВД. Дмитрий Евстратенко обвиняется по ряду эпизодов — в покушении на получение взяток от наркоманов, которых сам же и задерживал, в превышении власти, мошенничестве, подделке документов.

Бывший начальник криминальной милиции Чечерского РОВД Дмитрий Евстратенко

Вместе с бывшим милиционером обвиняются его сестра Лариса Евстратенко — работница райисполкома, подруга Марина Евстратенко (однофамилица) — сотрудница больницы, и два полевода — сожители Иванчикова и Донцов. Вместе они — «преступная группа».

Первые эпизоды деятельности милиционера «вне закона» датированы 2014 годом. В ту пору Дмитрий Евстратенко работал оперуполномоченным — боролся с наркоманией. Некоторым задержанным предлагал «откупиться». Избежать ответственности стоило от 300 до 2400 долларов.

27 мая в суде допрашивали родню милиционера и полеводов. Они попали под уголовное преследование за помощь милиционеру в установлении опеки над недееспособными стариками. Опека заключалась в избавлении немощных людей от денег и имущества — квартир и автомобиля.

 

«Если бы я знала, что произошло — порвала бы проект решения!»

Первой допросили сестру милиционера Ларису Евстратенко. Раньше она работала управляющей делами Чечерского райисполкома. Сейчас — в сельском хозяйстве.

По мнению обвинения, вина бывшей чиновницы заключается в том, что она помогла брату задним числом оформить опеку над немощным стариком.

Мужчина 1930 года был признан недееспособным. Он находился в сельской больнице сестринского ухода. В банке у пенсионера были деньги — 11 тысяч рублей, в Чечерске — квартира, на стоянке — автомобиль.

По версии обвинения, начальник криминальной милиции подговорил знакомую молодую женщину оформить на себя опеку над недееспособным. Помощь в оформлении документов оказывали сестра (сотрудница райисполкома) и подруга (работница больницы). В итоге психически нездорового человека «изъяли» из больницы сестринского ухода, чтобы завладеть его квартирой и деньгами.

Лариса Евстратенко по сути вину не признаёт. Она не отрицает, что оформила решение райисполкома об опеке. Но твердит, что всё было законно.

В должности управляющей делами обвиняемая занималась в том числе административными процедурами. Проекты решений райисполкома в силу своей компетенции готовят различные госслужбы и органы, в том числе районная больница. Как-то проект решения райисполкома, подготовленный больницей, привез ее брат-милиционер.

«Он мне просто передал документы из больницы. Я просмотрела — проект решения есть, подписи есть, обоснование есть. Говорю — хорошо, давай. Он попросил, чтобы решение было оформлено 19 марта, и это можно было сделать. Райисполком заседает каждую неделю, протокол еще не был закрыт, и в него еще можно было внести документы», — объяснила бывшая чиновница.

Решение быстро было оформлено, опекунство — узаконено.

Лариса Евстратенко утверждает: она не знала, что стоит за этими документами и решением. А если бы знала — «разорвала бы сразу тот проект».

Ее не удивило, что милиционер был посыльным в больнице. Она знала, что у брата там работает подруга. Поэтому «с чистой совестью» подумала, что он просто передал документы.

«Я ничего не знала. Даже в мыслях не было, что этот документ кому-то понадобится для непонятных целей. Тут не было сговора, группы лиц, тут просто моя халатность», — говорила в суде обвиняемая.

По ее словам, даже если бы документы принес не брат, а санитарка из больницы или еще неизвестно кто — оснований не принимать проект решения исполкома не было.

«Если бы принесла санитарка и спросила, можно ли другим числом оформить, я бы сказала — да, можно. Раз человек спрашивает — значит, он в теме этой информации», — добавила бывшая чиновница.

 

«Всё было законно»

Также была допрошена обвиняемая подруга милиционера Марина Евстратенко. Раньше она работала в больнице юрисконсультом.

«Готовила проекты решений, представления, разъясняла порядок лишения дееспособности и всё, что касается назначения опеки», — объяснила свои обязанности обвиняемая.

Она утверждает: знать не знала ничего о коварных планах Дмитрия Евстратенко. Действительно, к ней обращались люди, которые хотели взять под опеку недееспособных, но всё было в рамках закона.

Первым потерпевшим, которого через подставных лиц — полеводов — стал «опекать» милиционер, был недееспособный, у которого была квартира в Чечерске. Опеку оформили на сельчанку, ключами от квартиры милиционер «завладел и распоряжался по своему усмотрению». Квартиру пытались продать, но райисполком не дал разрешения.

Юрисконсульт говорит: она не при чём. Кандидаты в опекуны со своими заявлениями ходили к заместителю главного врача. Заместитель отправлял к юрисконсульту за разъяснениями.

«Я действовала в рамках своих должностных обязанностей. В преступный сговор не вступала, корыстной заинтересованности не имела», — говорила в суде обвиняемая.

Второй потерпевший также попал в поле зрения Дмитрия Евстратенко как недееспособный, но имеющий счет в банке, квартиру и автомобиль.

Пенсионер также 1930 года рождения страдал психическим заболеванием. Евстратенко подыскал для старика «опекуна» — молодую жительницу деревни. У нее были проблемы с трудоустройством, власти угрожали забрать ребенка в приют. Подруга милиционера Марина вновь оказывала содействие в оформлении опеки. Но еще и документы не были оформлены, а старика уже «изъяли из учреждения здравоохранения».

Юрисконсульт оправдывалась: всё было законно. Однако следствие установило, что она звонила в больницу сестринского ухода, чтобы вещи старика отдали «опекунше», еще до того, как опека была оформлена.

«Я сработала наперед, что если будет принято решение исполкома об опеке… Я всегда добросовестно относилась к своим обязанностям, и вот моё такое рвение… Ну, я предупредила больницу сестринского ухода, что вдруг приедет опекун — отдайте ему вещи», — утверждала в суде обвиняемая.

Вещи и паспорт психически нездорового пенсионера отдали новым опекунам. Мужчина раньше уже был под опекой. Но против бывшей опекунши возбудили уголовное дело — она снимала и тратила деньги пенсионера на собственные нужды.

В конце допроса Марина Евстратенко заявила, что в процессе следствия на нее оказывали давление сотрудники ГУБОПиК. Давление выражалось в угрозе изменить меру пресечения на заключение под стражу.

 

«Он сказал, чтобы я выводила деда — поедем в банк»

Олеся Иванчикова живет в деревне Ровковичи Чечерского района. Она была одним из «опекунов» недееспособных пенсионеров.

На суде пояснила: власти угрожали забрать ребенка из-за отсутствия трудоустройства, начальник криминальной милиции предложил помощь — стать опекуном недееспособного. Евстратенко, по словам Олеси, дружил с ее сожителем Донцовым.

Сожители-полеводы Иванчикова и Донцов

Как-то поехали вместе в районную больницу. Подруга милиционера Марина — она же юрисконсульт и сейчас обвиняемая — помогла оформить документы на опеку.

«Потом поехали в Нисимковичи, забрали вещи дедушки. Нет, документов никто не требовал от нас в больнице. Шубу, шапку забрали, паспорт, 70 рублей», — рассказывала в суде обвиняемая.

На тот момент пенсионер лечился в инфекционной больнице. «Опекуны» забрали его и повезли в родную квартиру в Чечерске.

«Мне позвонил Евстратенко и сказал: одевай деда, надо поехать снять деньги», — рассказала Олеся Иванчикова.

Деда одели. Милиционер сказал пенсионеру, что он должен оплатить штраф и пребывание в больнице, и поэтому сейчас компания поедет в банк снимать деньги с его счета.

«В банке я сказала, что нужно закрыть счет, то есть снять все деньги. Но всей суммы там не было, мы сняли пять тысяч. Я в новых деньгах не разбираюсь, и когда в банке спросили, сколько снимать, я сказала — пять. Думала, пять миллионов на старые. А это было пять тысяч. Деньги в пакетике я отдала дедушке. Потом их забрал Евстратенко — сказал дедушке, что это за штраф и за больницу», — рассказала обвиняемая.

Она добавила, что еще у пенсионера был автомобиль, но милиционер сдал его на металлолом.

Пару дней «опекунша» провела в квартире пенсионера. Потом опять позвонил Евстратенко. Вся компания — Иванчикова, Донцов и Евстратенко — повезла пенсионера в соседний райцентр Буда-Кошелево. По пути, по словам Иванчиковой, милиционер учил ее сожителя, что нужно сказать нотариусу, чтобы заключить сделку дарения на квартиру недееспособного старика.

«Начальник криминальной милиции говорил о какой-то генеральной доверенности. Он подвез нас к нотариальной конторе и сказал сожителю, чтобы он взял деда и пошел к нотариусу. Донцов у нотариуса сказал, что дедушка 1930 года рождения. Тогда нотариус сказала, что нельзя заключить сделку. Мы вышли, постояли, покурили, Донцов сказал: Слава богу, что ничего не получилось», — рассказала обвиняемая.

Потом компания поехала в банк, чтобы снять оставшиеся 6 тысяч со счета недееспособного. Но в банке всполошились и заявили, что с этим пенсионером раньше приходил другой опекун. Вызвали милицию.

Дмитрий Евстратенко сел в автомобиль и делал вид, что его это не касается. В это время скрутили Олесю и ее сожителя. Повезли на опрос в Буда-Кошелевский РОВД. Оттуда горемык забрал всё тот же Евстратенко и повез в Чечерский РОВД.

«В Чечерском РОВД меня допрашивали. Я рассказала всю правду. А милиционер мне сказал, чтобы я вообще забыла имя и фамилию этого человека — Дмитрия Евстратенко, даже не упоминала его», — вспомнила обвиняемая.

Олеся Иванчикова утверждает, то денег от недееспособного старика даже в руках не держала, всё забирал себе Евстратенко.

 

На следующем заседании будет допрошен сам бывший начальник криминальной милиции.