Лукашенко держится не только за большевистских идолов, но и за их систему

Казенная экономика и неконкурентное политическое устройство хороши для сохранения власти, однако плохи для развития Беларуси…

Белорусский президент козырнул сегодня тем, что не дал провести декоммунизацию, убрать с улиц и площадей монументальные символы советской эпохи. По его мнению, хорошо и то, что сохранен праздник 7 ноября, когда власть по традиции делает народу подарки.

Иллюстрация с сайта cont.ws

«У нас готовы были тоже сносить памятники, провести декоммунизацию, люстрацию — я это остановил. И мы от этого выиграли», — заявил Лукашенко журналистам 30 октября, когда посещал Республиканский научно-практический центр онкологии и медицинской радиологии под Минском.

По поводу 7 ноября прозвучало так: «Мы сохранили этот праздник и подвели под него соответствующую идеологию: будем заканчивать стройки, уборку урожая, подводить итоги и так далее, и подарки людям [делать]».

 

Антикоммунисты никогда не правили в Беларуси

Прежде всего стоит заметить, что вопросы декоммунизации и тем паче люстрации в новейшей истории Беларуси в практическую плоскость никогда не переходили. Антикоммунистические силы не имели для этого возможностей.

Белорусский народный фронт, наиболее последовательно артикулировавший идеи расставания с наследием советской империи, был представлен лишь небольшой (менее 30 человек) группой в Верховном Совете ХІІ созыва (1990–1995 годы), насчитывавшем 346 депутатов. Потом же оппозицию — сначала БНФ, а позднее и прочую — и вовсе выбили из системной политики.

«Мы говорили о необходимости декоммунизации, сносе памятников коммунистическим вождям, переименовании улиц, [лидер БНФ Зенон] Пазьняк поднимал вопрос о люстрации — но как о желаемом, поскольку было ясно: прокоммунистический Верховный Совет и прокоммунистическое правительство [Вячеслава] Кебича на это никогда не пойдут (хотя бюсты Ленина и Маркса возле бывшего здания ЦК КПБ летом 1992 года снесли). При Лукашенко же это стало абсолютно нереально», — заявил в комментарии для Naviny.by бывший депутат Верховного Совета ХІІ созыва Сергей Наумчик.

Но сегодня важнее другой вопрос: почему бессменный белорусский президент так упорно держится за символы коммунистической эпохи? Ведь старое поколение с ностальгией по «светлому прошлому» уходит из жизни.

По мнению Наумчика, дело в том, что власть Лукашенко «основана на авторитарных принципах, главный из которых — первому лицу принадлежит если не 100, то 99% власти, и эти же самые методы использовались коммунистическим режимом».

«Возможно, он был бы не прочь использовать абсолютную монархию, но нынешние поколения ее не воспринимают, а вот советская власть — это ближе и понятнее. Но в этом же, кстати, серьезная угроза независимости и самому Лукашенко как властителю, поскольку «ключи» коммунизма — как, кстати, и «Великой Победы» — в Москве, и населением Беларуси Москва воспринимается по-прежнему в значительной мере как идеологическая столица», — считает Наумчик.

 

Страшно заменять национальным

Эксперт аналитического центра «Стратегия» (Минск) Валерий Карбалевич в комментарии для Naviny.by, сославшись на социологию, отметил, что в вопросе сохранения советской символики Лукашенко все же «где-то совпадает с настроениями общества».

Действительно, летом прошлого года «Белорусская аналитическая мастерская» (BAW) Андрея Вардомацкого в рамках общенационального репрезентативного опроса задавала вопрос: «Надо ли менять советские названия городов, поселков, улиц, площадей, а также других объектов в Беларуси?»

Так вот, 44,4% выбрали вариант «нет, ни в коем случае, ведь советские названия — это наша история», 22,4% — «предоставить выбор жителям», 16,1% — «нужно, но избирательно» и только 7,4% — «да, однозначно нужно переименовать». Плюс нашлось 2,6% считающих, что хорошо бы еще больше советских названий.

Как видим, группы сторонников той или иной степени декоммунизации и ее категорических противников сравнимы по численности. Почему так много «ретроградов»?

По мнению Карбалевича, тут нужно учитывать и консерватизм белорусов, и их практичность: ведь переименования — это неудобства, затраты.

К тому же белорусская власть удачно для себя использует пример Украины, где декоммунизация наложилась на внутреннюю борьбу и конфликт с Россией: мол, нужны ли нам такие потрясения?

Наконец, возникает вопрос, на что менять. «Нужно менять на что-то белорусское, по сути — на белорусский национализм. Но перед ним у Лукашенко мистический страх, в частности потому, что это мобилизующий фактор», — считает Карбалевич.

 

Про «дедушку Ленина» и мудрого Сталина: оправдание репрессий

Отдельно стоит задаться вопросом, действительно ли Беларусь выиграла от сохранения советского наследия. Особенно если понимать под ним не только памятники и праздники.

Возьмем политическую систему. Держась за символы большевизма, правящая верхушка де-факто оправдывает недемократические методы удержания власти (официальный лидер недавно ссылался в этом контексте на «дедушку Ленина») и репрессии — причем не только в прошлом, но и сейчас. Да, эпоха теперь более вегетарианская, но принцип тот же: не согласен с генеральной линией — значит враг.

Это ломает судьбы, раскалывает социум, не дает формироваться политическому классу и гражданскому обществу, без чего не будет надежных гарантий нашей независимости и движущих сил развития.

Пока же одни стоят со свечами у здания КГБ, приходят в Куропаты на «Ночь расстрелянных поэтов» (в ночь на 30 октября 1937 года НКВД расстрелял более ста представителей белорусской элиты, в том числе 22 литератора), а другие — сносят в тех же Куропатах кресты и пытаются всячески затушевать преступления сталинизма.

Да, и нынешняя парламентская кампания показывает, что белорусские власти недалеко ушли от сталинского электорального принципа: неважно, как они голосуют, важно, как мы считаем.

Правда, сейчас, в отличие от советских времен, в бюллетенях больше одного кандидата на округ, но де-факто выборы остаются неконкурентными. Оппозицию продинамили при формировании избиркомов, ряд ярких фигур вырубили при регистрации кандидатов.

В эти дни одного за другим снимают с дистанции кандидатов, которые выступают с резкой критикой политического режима, фактически цензурируются выступления по телевидению и в государственной прессе.

От слова «импичмент» (не говоря уж о лозунге «Лукашенко должен уйти») вертикаль колбасит, хотя даже нынешняя перелицованная Конституция предусматривает возможность сместить президента, а выборы, по идее, как раз и служат для ротации властных элит.

 

«Подарки народу» как перевернутая реальность

Нет нормальных выборов — нет наверху свежей мысли, драйва и готовности к реформам, без которых, при росте экономики на 2% в год, мы будем, как подсчитал независимый экономист Дмитрий Крук, догонять Польшу 246 лет. Да и не факт, что казенная (тоже большевистское наследие) экономика даст даже 2% роста.

Беларусь повторяет путь Советского Союза. Сейчас она вошла в эпоху стагнации — под стать брежневскому застою. Дальше, если не будет перемен, — окончательное загнивание и крах анахроничной системы, причем в непредсказуемой (и, возможно, очень дискомфортной для всех) форме.

Так что держаться за идолов коммунистической эпохи — отнюдь не дело вкуса и не безобидное занятие. Там, где сохраняется официальное поклонение этим идолам, сохраняются и их слегка перелицованные практики, которые сегодня тормозят Беларусь, ставят под удар ее будущее.

Да, и насчет подарков от власти народу (тоже образ из советских газет), всех этих якобы шуб с царского плеча. На самом деле все наоборот: народ содержит госаппарат на свои деньги. Когда критическая масса белорусов это осознает — может, тогда и начнутся перемены.