Теща Федынича в суде пожаловалась на следователей

Следственный комитет наложил арест на два земельных участка с домом в деревне Суходолы (Дзержинский район Минской области), принадлежащих теще председателя независимого профсоюза работников радиоэлектронной промышленности (РЭП) Геннадия Федынича.

Владелица дома Янина Борисевич 1 августа в суде по делу о неуплате налогов лидерами профсоюза РЭП заявила, что считает действия СК незаконными.

Игорь Комлик и Геннадий Федынич (слева направо)

Дело против Федынича и руководителя минской городской структуры профсоюза РЭП Игоря Комлика рассматривает суд Советского района Минска. Федынича и Комлика обвиняют в уклонении от уплаты подоходного налога в особо крупном размере (ч. 2 ст. 243 УК). Обвиняемые вину не признают.

В суде Борисевич заявила, что ей «совершенно непонятны мотивы действий» управления Следственного комитета по Минску, которое 11 сентября 2017 года наложило арест на ее дом и два земельных участка в Суходолах.

«В августе 2017-го без моего согласия и в мое отсутствие какие-то люди в присутствии моего зятя приехали на мою дачу. Как мне рассказали потом соседи, они ходили по участку, дому, сараю, что-то высматривали, вынюхивали, фотографировали. А потом арестовали мою дачу. Кто дал право творить беззаконие?» — задалась вопросом 81-летняя женщина.

Свидетель рассказала, что первый участок в Суходолах ей выделили в 1993 году. Деньги на его приобретение в семье были — в середине 1980-х они с мужем продали участок с домом и садом в деревне Лисовщина (Узденский район Минской области), получили определенную сумму в дар от старшей сестры мужа и приложили свои сбережения.

Дом на участке в Дзержинском районе начали возводить в 1994 году, однако вскоре фирма-застройщик развалилась, успев построить только низкокачественную коробку без окон и дверей. В таком виде дом, по словам свидетеля, простоял более восьми лет.

«Каждый год я что-то понемногу строила, — сказала Борисевич. — Все, что построено и сделано дома, делали собственными силами. Плитку покупали белорусскую, которая была некондиционного качества и была на распродаже. Печку сложил знакомый печник — денег не взял. Облицовку печки плиткой и камин сделал сам зять. <…> До 2013 года на второй этаж залезали по собственной деревянной лестнице. По рекламе купили необходимые составляющие деревянной лестницы. Собирал лестницу месяца три зять со своими знакомыми. Второй этаж на сегодняшний день так и не достроен».

«После смерти мужа в 2004 году и по сей день дочери помогают мне готовить пищу и покупать продукты. В силу своего возраста я уже не могу готовить достаточно вкусно. Фрукты, овощи я не покупаю, выращиваю их на своем огороде на даче. Излишки иногда продаю знакомым и близким. За сэкономленные деньги от пенсии и продажи фруктов и овощей я каждый месяц покупала 30-50, а то и 100 долларов. Все сэкономленные деньги направляла на строительство дачи», — подчеркнула свидетель.

Она добавила, что зять, Геннадий Федынич, «на строительство дома средств не давал», но много сделал «своими золотыми руками», а это «дороже любых денег».

Борисевич сообщила, что по поводу строительства дачи ее опрашивали в Следственном комитете и налоговой инспекции Заводского района Минска. Налоговые органы проверили ее доходы за 2007-2017 годы и не обнаружили превышения расходов над доходами.

«Я живу отдельно от семьи Геннадия Федынича, общего хозяйства с ним не веду и вести не буду, никаких денег на строительство дачи он никогда мне не давал», — подытожила женщина.

На уточняющий вопрос гособвинителя Литвинюк Борисевич сообщила, что 36 лет проработала копировщицей на Минском заводе автоматических линий и сейчас получает пенсию в 420 рублей. Гособвинитель попыталась выяснить у нее, когда дом в Суходолах был зарегистрирован в кадастровом агентстве и сама ли она занималась регистрацией, однако Борисевич по состоянию здоровья не смогла далее отвечать на вопросы.

В суде также были опрошены два представителя строительной компании, которые ранее в частном порядке проводили контроль качества строящегося дома в Суходолах.