Ярослав Романчук. КРИЗИС. Парадокс нищеты и богатства

Кризис сбил все ориентиры и спутал карты. Мир стал с ног на голову. Суматоха в действиях и сумятица в мозгах. Запад встретился с Востоком, окутавшись единой портянкой экономической глупости...

 

Ярослав Романчук

Ярослав Романчук. Руководитель научно-исследовательского центра Мизеса. Основатель белорусской школы либерального устойчивого развития. Заместитель председателя Объединенной гражданской партии. Автор более тысячи статей и шести книг по экономической тематике. Один из разработчиков Антикризисной Платформы Объединенных демократических сил.

Кризис сбил все ориентиры и спутал карты. Мир стал с ног на голову. Суматоха в действиях и сумятица в мозгах. Запад встретился с Востоком, окутавшись единой портянкой экономической глупости. Она соткана из архаичных догм марксизма и кейнсианства. Банкротство «крышуемого» государством проекта в Дубае мало чем отличается от провала американских ипотечных страховщиков Fanny Mae и Freddie Mac. Протекционизм, национализация и мода на государственные инвестиции, которые в момент падения Берлинской стены были абсолютно неприемлемыми, вдруг вернулись. В течение двадцати лет история совершила небольшой разворот и вернулась к сильно социализированному прошлому.

Мир тронулся — халява осталась

Люди, вкусив в конце 1990-х политической и экономической свободы, подзабыли, что именно благодаря ей сегодня они живут несравненно богаче, чем 20 лет назад. Кризис усиливает временное разочарование, превращая его в антикапиталистические убеждения.

В момент падения Берлинской стены на свободном Западе больше всего пострадали социалисты. Их идеалы рушились, обнажая нищету, вопиющие экологические катастрофы и технологическую отсталость. Однако их поражение было временным, тактическим. Как это часто бывает с бедными, люди на постсоветском пространстве дорвались до возможности обогащения и начали ковать железо, пока было горячо. часто на пару с западными коллегами, которые, как миссионеры, несли знания рыночной экономики на новые земли. Под знаменем демократии и прав человека. Немцы объединились. Чехи и словаки разбежались. Поляки воспряли. Эстонцы оседлали скандинавского коня. Лозунги поменялись. Мир тронулся.

Однако обыкновенные люди, тем более коммунистические боссы на знамена и этикетки внимания не обращали. Ценности побоку. Коммунизм и его солдаты прощены и помилованы. Товарное изобилие затормозило желание окончательно похоронить идеологию классовой борьбы, эксплуатации и уничтожения недовольного меньшинства. В политическом плюрализме смешались палачи и их жертвы. Партхозноменклатура родила олигархов. Профессора политэкономии социализма перекрасились в маркетологов. Госплан и Госснаб незаметно трансформировались в навороченные эконометрические модели. И пошло — поехало.

Небольшая часть тех, кто был никем, умело крутанулась и познала роскошь. Остальных миллионеров родила номенклатура. 3-5% населения стали предпринимателями. Независимыми и динамичными людьми. Остальные как были наемными работниками, так ими и остались. Работа на госпредприятии сменилась работой на акционерное общество, иностранного инвестора или частника. Людям не объяснили разницу работы на государство и на частника. Рутина осталась прежней. На работу к 8.00, отпахал на заводе (в офисе, на стройке) и домой в 17.00. Денег платят больше, но так хотелось бы капитализма благородного, как в книжке с красочными картинками. И чтобы не работать. Или работать мало, а получать много. И еще отдыхать с размахом. И чтобы 13-ю зарплату платили и детей бесплатно учили. В придачу, естественно, дармовая медицина и достойная пенсия. После падения Берлинской стены культура халявы никуда не делась, не рассосалась.

Мир тронулся от денег, не понимая, откуда они берутся. Государство как было собственником лохотрона, так оно им и осталось. Не трудолюбивые, а ушлые были в почете. Прославлялось не достижение, а приспособление. В почете оставалось коллективное равенство, а не индивидуализм. Люди продолжают пребывать в иллюзии, что если бедные выберут правительство и позволят ему забирать и перераспределять половину зарабатываемого в экономике дохода, то они быстро станут богатыми.

20 лет после падения Берлинской стены мы видим триумф идеологии коллективизма, этатизма и имущественного равенства. Запад не смог донести до стран, которые десятилетиями томились за Железным занавесом, преимущество своих ценностей. Поэтому сегодня, когда кризис тестирует силу новых институтов и убеждений, становится очевидным, что Моисей не зря именно 40 лет водил евреев по пустыне. Именно по пустыне, а не среди городов тогдашней цивилизации. В отличие от той библейской среды, молодые люди у нас продолжают рождаться и воспитываться в «рабстве» государственной коллективистской идеологии. Поэтому для большинства постсоветских стран прошедшие 20 лет после падения Берлинской стены не в счет. Путь к личной свободе, к свободному обществу нужно начинать заново. Постсоветские Моисеи оказались псевдопророками.

Не ведаем мы, как жили

Даже ограниченные порции политической и экономической свободы совершили чудо в постсоциалистических странах Европы и Азии. По сравнению с 1989 годом уровень жизни увеличился у всех. Однако темпы роста позволяют нам сделать определенные выводы. ВВП на душу населения Беларуси в 1989 году был чуть меньше $6700. По этому показателю мы были среди самых развитых стран социалистического лагеря. Мы были богаче Польши, Венгрии, Эстонии, тем более Литвы и Украины. Еще до кризиса, в 2007 г., ВВП на душу населения по паритету покупательной способности в нашей стране составил $10841, что в 1,6 раза больше, чем в 1989 г.

Беларусь стала богаче. Автомобилей больше. Почти в каждом доме современная бытовая техника. Сотовый телефон и компьютер — повседневные товары, а не предметы роскоши. Однако другие страны, которые выбрали больше свободы, вступили в Европейский союз, приняли стандарты Запада и разбогатели гораздо больше нашего. Так, в 1989 году мы были богаче Венгрии (по ВВП на душу населения) на 9,6%, а в 2007 г. она опережала нас на 73%. В 1989 г. мы отставали от Чехии на 23%, а в 2007 г. — уже в 2,2 раза. Мы опережали поляков на 17,2%, а в 2007 г. отставали от нашего западного соседа на 47,5%. Особенно впечатляет взрывной рост ВВП на душу населения в странах Балтии. С 1989 по 2007 г. Литва увеличила этот показатель в 4,9 раза. Если в 1989 г. мы были богаче литовцев на 85%, то в 2007 г. уже они опережали нас на 62,1%. Да, текущий кризис привел к снижению уровня жизни по сравнению с пиковой величиной, но мы ведь тоже не стали богаче.

Конечно, можно утешать себя тем, что у нас лучше, чем в Украине, Грузии, Молдове или Армении, но факт остается фактом. Беларусь сохранила социализм и даже при огромной поддержке России быстро отстала от многих государств, которые дышали нам в спину 20 лет назад.

Страны демократического социализма

Однако не факт увеличения богатства является парадоксальным, а то, как жители стран Центральной и Восточной Европы и бывшего СССР реагируют на свой сегодняшний имущественный статус. У них гораздо выше уровень жизни. Им доступны блага цивилизации, о которых в «совке» и мечтать большинство людей не могли. Тем не менее, в опросе, проведенном Pew Research Center в августе-сентябре 2009 г. в 14 странах (было опрошено 14760 человек), 72% венгров ответили, что экономическая ситуация в 2009 г. хуже, чем в коммунизме (до 1989 года). В Словакии и Литве таких людей аж 48%, в Чехии — 39%, Польше — 35%, а в Украине — аж 62%.

Если в 1989 году 74% венгров одобряли демократию, то в 2009 г. таких осталось только 56%. Для сравнения одобрение демократии в Польше выросло с 66% до 70%, а в Литве упало с 75% до 55%. Еще хуже обстоят дела с капитализмом. Если в 1989 году 80% венгров одобряли переход к капитализму (как они его тогда понимали), то в 2009 г. таких осталось только 46%. В Польше сторонников капитализма стало чуточку меньше (с 80% до 71%), зато в Литве — поддержка капитализма рухнула с 76% до 50%.

78% украинцев и россиян сегодня предпочитают сильную экономику, а не хорошую демократию. Такая же доля респондентов выступает за сильную экономику в Литве, 74% — в Болгарии и 73% в Венгрии. 55% поляков, 50% словаков и чехов тоже поддерживают эту точку зрения.

Социализм в идеологии страны иллюстрирует выбор одной из двух опций, тезиса «никто не находится в нужде» или «свобода в достижений своих целей в жизни». В пользу первого высказались 79% литовцев, 72% болгар, 71% поляков, 67% венгров, и 59% словаков. Впрочем, такой же выбор делают 73% французов, 64% испанцев и 48% итальянцев. Для сравнения 55% американцев делают выбор в пользу свободы в достижении своих личных целей.

Наконец, доказательством того, что в подавляющем большинстве стран Центральной и Восточной победил демократический социализм, является размер нерыночного сектора. Если его считать по Дню освобождения от государства (Cost of Government Day) по методике британской организации Taxpayers’ Alliance, то получится, что в Венгрии человек работает на государство до 14 августа (данные по 2007 году), Словакии — 20 июня, Польше — 14 июля, Чехии — 11 июля. По этим показателям эти страны не отличаются от западноевропейских. Для сравнения, в Беларуси День освобождения от государства приходится на 16 сентября. Очевидно, что государство сохранило за собой контроль не только над командными высотами экономики, но также над различными сферами жизни и деятельности. Именно государство стало причиной текущего кризиса, но люди в Европе, причем вне зависимости от темпов развития в последние 20 лет, считают, что во всем виноваты капитализм и даже демократия.

Встряхнем?

Несмотря на то, что в Беларуси нет демократии, что наша страна не интегрирована в ЕС, взгляды на демократию и капитализм у нас примерно одинаковы. Это еще один парадокс идеологического состояния Европы после падения Берлинской стены. Копирование институтов ЕС автоматически не делает страну европейской с аксеологической, ценностной стороны. Сохранения монополии государства на образование, доминация чиновников в СМИ и общий интервенционистский фон США и других некогда капиталистических стран обрекает нас на повторение, казалось, ушедшей в небытие с падением Берлинской стены экономической и политической модели.

Кризис усиливает опасность социалистического рецидива. Слишком много вокруг стен. Предпринимать все сложнее. Действия распорядителей чужим неадекватны. Ритуалами и заклинаниями о светлых традициях и идеалах борцов за свободу и демократию тоталитарной эпохи современный интервенционизм не победишь. Нужна глубокая встряска на уровне теории и экономической политики. К сожалению, электорат не делает такой политический заказ, а проворовавшиеся, идеологически обанкротившиеся элиты также не в состоянии взять инициативу в свои руки. Беларусь вступает в 2010 год в состоянии опасной разбалансировки. Без понимания причин кризиса настоящего, зато с утопичными планами завершения построения социализма в третьей пятилетке. Нет сомнения, что нашу экономику в следующем году будет лихорадить. Болезнь затянется, если мы не встряхнем тех людей, которые до сих пор не могут выучить основные уроки после падения Берлинской стены.


ПАРАДОКС ВОСПРИЯТИЯ БОГАТСТВА




Динамика развития отдельных постсоциалистических стран, 2003-2008,


Мнения колумнистов могут не совпадать с мнением редакции. Приглашаем читателей обсуждать статьи на форуме, предлагать для участия в проекте новых авторов или собственные «Мнения».