В кольце

Белорусский президент начинает откровенно паниковать. Это и не мудрено. Все его геополитические доктрины стремительно утрачивают актуальность...

Коллаж Светланы Ветровой

Белорусский президент начинает откровенно паниковать. Это и не мудрено. Все его геополитические доктрины стремительно утрачивают актуальность. Так, Лукашенко заявлял о том, что возрождение СССР начнется с единения трех могучих славянских народов — украинского, российского и белорусского.
Hо Путин ответил — никакого СССР, а Кучма и вовсе посмеивается над своим белорусским коллегой. Лукашенко призывал бороться с расширением НАТО на Восток чуть ли не с оружием в руках — ему очень хотелось бы восстановить крайне агрессивный блок под названием «Варшавский договор» и, может быть, еще раз въехать в ту же Прагу на «советских» (читай - белорусских) танках. Но Путин и Кучма делают семимильные шаги навстречу руководству НАТО — подписывают Декларацию о тесном сотрудничестве и Указ о начале процедуры вступления в альянс. Такова новая реальность, в которой официальному Минску пока нет места. Впрочем, можно быть маленькими, гордыми и... очень бедными. Северокорейский путь так маняще соблазнителен.
Голос из прошлого
На минувшей неделе, выступая на очередном заседании Совета безопасности Республики Беларусь, Лукашенко заявил, что, пора корректировать «наши отношения с НАТО». По большому счету, корректировать «нам» нечего, так как серьезных отношений между альянсом и Беларусью нет. Однако протокол требовал, чтобы президент произнес подобные слова. Ведь заседание было посвящено как раз вопросам развития дальнейших взаимоотношений Беларуси с НАТО и участия нашей страны в строительстве новой архитектуры международной безопасности.
Выступление Лукашенко на заседании Совбеза не оставило ни малейшего сомнения в том, что белорусский лидер явно растерян. Он абсолютно не понимает, что происходит вокруг. Ведь намерения тех же России и Украины существенно сблизить свои позиции с НАТО решительно бьют по традиционным идеологическим установкам официального Минска. Получается, что нет никакого «адекватного славянского ответа» якобы чрезмерно «агрессивным» империалистам, а есть лишь внешнеполитическая конъюнктура, предполагающая или не предполагающая взаимовыгодное сотрудничество.
Как известно, Лукашенко отличается своеобразным умением делать вид, что он все знает и все понимает. Даже, несмотря на откровенную панику и растерянность, которая читается в его движениях и словах. Скажем, Лукашенко уверенно заявляет: «реалии сегодня таковы, что, вопреки ранее достигнутым договоренностям о нерасширении блоков, НАТО продолжает расширяться». Однако он не уточняет, кто и с кем договорился на этот счет. И почему, допустим, Украина - суверенное вроде бы государство - не может вступить в НАТО, исходя из своих стратегических интересов, даже если кто-то якобы с кем-то договорился о нерасширении? Почему Лукашенко отказывает прочим государственным лидерам в праве принимать самостоятельные решения? Впрочем, на заявления Александра Григорьевича никто всерьез не реагирует, понимая их нел, уместность.
Тем не менее, стоит отметить, что пассажи белорусского лидера по традиции откровенно противоречивы и не содержат сколько-нибудь внятного комментария нынешней геополитической конфигурации. А эта конфигурация достаточно проста — Беларусь со своей особой позицией оказывается нынче в кольце формальных «врагов», т. е. государств-участников НАТО, пытающихся объединенными усилиями разрешить ряд современных проблем общеевропейской безопасности. На повестке дня - ограничение количественных объемов нелегальной миграции. Объединение усилий целого ряда европейских государств, в том числе России и Украины, в этом деле как никогда кстати. Во-первых, подобное объединение позволяет существенно увеличивать объемы денежных средств, направляемых на профилактические мероприятия, а также более адекватно перераспределять финансовую нагрузку между странами-участницами альянса. Во-вторых, сотрудничество в рамках единых программ блока позволяет более тонко координировать и синхронизировать действия национальных органов, занимающихся проблемами незаконной миграции. Беларусь, между прочим, служит своеобразной перевалочной базой для нелегальных мигрантов из Азии и Африки. Так что участие в общих программах, а также финансовая помощь стране явно бы не помешали. Но НАТО, по мнению Александра Григорьевича, враг нам.
Лукашенко, как обычно, хочет быть по-советски «оригинальным». Его высказывания категорически диссонируют с высказываниями прочих европейских лидеров, и это сильно бьет по имиджу государства. Так, Лукашенко в очередной раз публично заявляет о том, что Беларусь всегда выступала против расширения любых военных блоков и появления новых разграничительных линий, поскольку это не создает гарантий безопасности в мире: «Такая позиция во многом обусловлена исторически: мы знаем, что такое войны, нельзя допустить, чтобы Беларусь была «фронтовой» зоной или пинией противостояния». В этом изречении, конечно, не очень много смысла. Тем более удивительно, что именно этот президентский пассаж слово в слово был повторен руководителями силовых ведомств Беларуси. Геннадий Невыглас, госсекретарь Совета безопасности: "Наша позиция по поводу расширения НАТО на Восток впервые была официально и четко озвучена в 1997 году на саммите НАТО. Суть ее заключается в следующем. При отсутствии явной военной угрозы в европейском регионе механическое расширение блока НАТО на Восток не имеет геополитических причин и не решает вопросов обеспечения международной безопасности». Подхалимаж? Не только. Скорее даже совершенное непонимание современной международной политики. А потому еще раз повторим свой вопрос. Почему некто Невыглас должен решать, есть ли причины для расширения блока куда бы то ни было или нет? И почему решения по этим вопросам не вправе принимать руководство НАТО, а также тех стран, которые хотят быть членами этого блока? Беларуси не нравится НАТО, ну так и не вступайте в альянс. Думайте только о своей безопасности и не мешайте прочим государствам делать собственный выбор.
У представителей официального Минска просто невероятная логика. Ведь если допустить, что в состав НАТО войдут все — подчеркиваем, все — европейские государства, то о каком тогда противостоянии (с «разграничительными линиями» и «прифронтовыми зонами») можно будет говорить? Тот же Мальцев, министр обороны, утверждает: «Беларусь выступает против расширения любых военных блоков, так как они не могут решить проблем безопасности». А что в таком случае «может решить» проблемы безопасности? Полное обособление государства, абсолютное закрытие госграниц, резкое ограничение собственного информационного пространства? А может, поголовный запрет на передвижение белорусских граждан по территории своей страны без соответствующих разрешений? Мальцев явно остался в прошлом веке, коли ему невдомек, что мир стремительно избавляется от национальных границ. Глобализация диктует сегодня свои правила. В том числе, когда речь заходит о различных криминальных проявлениях процесса стирания нацграниц. Криминальные сообщества, а также многочисленные террористические группы становятся транснациональными. В состав группировок, занимающихся наркотрафиком, обязательно входят граждане многих европейских и азиатских государств, в том числе Беларуси. Руководство нашей страны и впрямь полагает, что оно умнее правительств десятков прочих европейских государств? Включая высокоразвитые Британию, Германию, Францию... Впрочем, о чем это мы? Разве заявления официального Минска имеет смысл оценивать с точки зрения логики? Эти заявления — дань нелепой идеологической моде и не более того. Они не содержат в себе и толики системного анализа. Лукашенко привык информационно атаковать НАТО. Для внутреннего применения. Его генералы делают это по инерции.
Старый «друг»
Ранее Лукашенко в его антиНАТОвской риторике весьма серьезно поддерживали российские национал-патриоты Зюганова, Селезнева, а также левацкие маргинальные группировки. Нынче настроения в России кардинально меняются. Конечно, и сегодня у наших восточных соседей все еще обозначают себя 10-15 процентов российских граждан, категорически не приемлющих НАТО. Но, во-первых, этот процент стремительно уменьшается за счет естественной убыли (ведь антиНАТОвцы — это, как правило, советские люди, так и не избавившиеся от иллюзии, что в социализм можно вступить дважды). Во-вторых, внятная государственная пропаганда со стороны нынешней кремлевской администрации сумела убедить львиную часть общественности в том, что тесному партнерству с НАТО нет альтернативы.
Официальный Минск «за цивилизованным миром не пошел». Вплоть до сегодняшнего дня Североатлантический альянс, включающий в себя все развитые европейские государства, рассматривался правящей белорусской администрацией в качестве едва ли не главного международного противника. Однако реальность нынче такова, что в течение ближайших лет в Европе не останется ни одной страны, которая не была бы членом этого политико-военного союза. За исключением Беларуси. Такова действительность, с которой правящая администрация вынуждена считаться. Беларусь. как известно, практически не принимает участия в работе общеевропейских корпоративных организаций: "несмотря на усилия официального Минска, ни в ОБСЕ, ни в ПАСЕ наш статус так и не определен. На фоне динамичной общеевропейской интеграции обособление Беларуси более чем нежелательно. В том числе и потому, что НАТО — вопреки распространенным в Беларуси официальным оценкам — это не просто военный блок, располагающий возможностью мобилизации неограниченного континента из национальных вооруженных сил стран Западной и Восточной Европы, Масштабные военные действия сегодня практически не ведутся. По крайней мере, в самой Европе. Получается, что НАТО — это прежде всего союз политический, пытающийся выработать единые общеевропейские подходы к безопасности, а также обеспечить эти подходы действенными механизмами реализации. НАТО явно трансформируется — ведь современные угрозы совершенно иного порядка, чем, скажем, угрозы 15-20-летней давности. Тогда существовало жесткое идеологическое противостояние между демократическим Западом и тоталитарным СССР с его сателлитами. В то время вполне реальной была угроза начала тотальных боевых действий. Нынче же главными вызовами безопасности считаются наркотрафик, нелегальная миграция, незаконная торговля оружием или ядерными технологиями, резкий рост числа и активности террористических и фундаменталистских организаций. Именно терроризм как возможность быстрого и впечатляющего обозначения своих политических, этнических или религиозных требований в информационном сообществе становится наиболее реальной угрозой. Со всем этим Беларусь хочет бороться самостоятельно?
На заседании Лукашенко, как всегда, обильно и вкусно противоречил сам себе. С одной стороны, он заявил о необходимости сближать позиции с НАТО. С другой - упрекал НАТО в дестабилизации обстановки в регионе. По меньшей мере, это свидетельствует о полном отсутствии у официального Минска сколько-нибудь внятного ситуативного анализа, позволяющего выстраивать сбалансированную внешнюю политику. Нынешняя правящая администрация руководствуется не столько оценкой внешнеполитической конъюнктуры, сколько потребностью использовать символику НАТО в качестве отрицательного фетиша на внутреннем пропагандистском рынке.
Абсолютно оправданный ход для страны, которая старательно пыталась воссоздать мифы советской поры. Среди подобных мифов — противостояние агрессивному блоку НАТО, которое считается едва ли не священным долгом любого «православного славянина». Неудивительно, что в свое время именно официальный Минск гневно и оскорбительно отзывался об операции НАТО в Югославии. Впрочем, воспоминания о войне альянса и режима Милошевича до сих пор используются белорусской администрацией в качестве якобы наглядной иллюстрации, полностью «изобличающей» агрессивную экспансионистскую политику Североатлантического блока. Интересно, что сама Югославия очень даже тесно сотрудничает нынче с НАТО - получает деньги, участвует в совместных проектах, в том числе касающихся общеевропейской безопасности. Официальный Минск пытается выглядеть святее папы?
Бросили кость — и побежали?
Попутно в своем выступлении Лукашенко норовил оскорбить новые внешнеполитические доктрины наших восточных и юго-западных соседей. Так, вначале Александр Григорьевич бросил в огород соседей увесистый камень: «Россия и Украина вроде бы побежали в НАТО, но это не значит, что мы должны за ними следом бежать». После добавил, что «мы не можем вспять повернуть нашу политику... Надо быть в политике искренними, поэтому мы должны четко выработать нашу позицию и откровенно о ней заявить. Все должно быть честно и порядочно, в том числе и по отношению к НАТО». Т. е. поведение Украины и России, посчитавших, что с геополитической точки зрения укрепление национальной безопасности требует более тесной интеграции с НАТО, не искренне. Лукашенко, как всегда, считает только себя искренним, честным и правильным политиком. Остальным президентам он отказывает в праве принимать самостоятельные решения.
Напомним, что еще в мае российский президент Путин подписал так называемую Римскую декларацию, которая предполагает гораздо более тесное партнерство России и НАТО. Кремль, отныне допущен к обсуждению важнейших вопросов общеевропейской безопасности. За исключением разве что вопросов, касающихся процедуры вступления в блок для прибалтийских государств. В начале минувшей недели уже украинский президент Леонид Кучма подписал указ о намерении Украины присоединиться к альянсу. Это произошло сразу после специального заседания комиссии Украина-НАТО, на которой присутствовал нынешний руководитель Североатлантического блока Джордж Робертсон. О намерении Украины активно интегрироваться в структуры НАТО было известно еще три месяца назад. По существу, официальный Киев сделал еще один формальный, но важный шаг на пути вступления украинцев в Североатлантический альянс."
Так что предлагает Лукашенко в качестве «адекватного ответа»? Как всегда, ничего. Если очистить его выступление от невнятных эмоциональных пассажей, а также многочисленных противоречий, в сухом остатке останется только растерянность. И несколько банальных выводов. Во-первых, Лукашенко полагает, что НАТО - это опять же самый главный враг, а потому расширение НАТО на Восток надо остановить во что бы то ни стало. Во-вторых, Беларусь, в общем-то, может подумать над конструктивными и денежными предложениями НАТОвского руководства. Если НАТО захочет купить нашу лояльность, пусть платит деньги. Но надо ли это альянсу?
Подытоживая свое выступление, Лукашенко заявил, что «Беларусь сохраняет приверженность многовекторности своей внешней политики, последовательно стремится к расширению и укреплению всесторонних международных связей». Большая нелепость. Ведь Беларусь, помимо всего прочего, полностью ушла с мировых политических рынков, а о ревизии любых международных связей можно говорить лишь как о долгосрочной перспективе. Пресловутая многовекторность внешней политики Беларуси — это нещадная критика либерализма, западной демократии и западного образа жизни, а также приверженность идеологическим ценностям северокорейского или иракского образца.