Николай Карпенков: у воров в законе одна идея — грабь награбленное

Что за процессы происходят в криминальном мире и как им противостоят наши борцы с оргпреступностью?

О так называемых ворах в законе на территории Беларуси довольно продолжительное время не было слышно. И вдруг, как черти из табакерки

В 2011 году в России этот статус получает гомельчанин Александр Кушнеров, больше известный под прозвищем Саша Кушнер. Вслед за ним в Объединенных Арабских Эмиратах «коронуются» еще четверо граждан Беларуси: Паштет, Медвежонок, Муму и Лебедь. Спустя некоторое время из Швеции в Минск депортируют и приговаривают к длительному сроку заключения Дмитрия Галеева, он же вор в законе Галей, о котором все давно забыли.

Что за процессы происходят в криминальном мире и как им противостоят наши борцы с оргпреступностью?

На эти и другие вопросы в интервью Naviny.by ответил начальник Главного управления по борьбе с организованной преступностью и коррупцией МВД Беларуси полковник милиции Николай Карпенков

 

— Николай Николаевич, на ваш оперативный взгляд, чем была вызвана такая активность воровского мира, что мы вновь, как в лихие 90-е, услышали о белорусских ворах в законе?

— О ворах в законе в Беларуси не слышно и до настоящего времени. Так называемые «коронации», происходившие на территориях других государств, никоим образом не повлияли на состояние оперативной обстановки в нашей республике.

Процессы в криминальной среде всегда были в центре пристального внимания сотрудников ГУБОПиК МВД Беларуси. Можно утверждать, что активность воровского мира находилась примерно на одном и том же уровне, в том числе и до 2011 года, когда произошла «коронация» ряда граждан Беларуси. События, связанные с «назначением» Кушнерова и иных новых воров в законе, вызваны в первую очередь переделом сфер влияния на территории России. Там это понятие не изжило себя и имеет какое-то значение.

— Было очевидно, что белорусские борцы с организованной преступностью не оставят без внимания этот факт и отреагируют. Что в итоге и случилось. Практически все «новобранцы» белорусского происхождения оказались за решеткой. При этом, что важно отметить, белорусские милиционеры тесно сотрудничали со своими российскими коллегами. На что же рассчитывали новые белорусские «законники», знающие, что случилось с их предшественниками? Они что, готовы страдать за воровскую идею? Ради чего?

— В настоящее время этот статус лишен всякого романтизма. Все «новобранцы» давно перестали жить воровской идеей, и на первом месте у них стоит материальная выгода.

Вновь «коронованные» белорусы, приобретя этот статус, в первую очередь стремились улучшить свое благосостояние — получить всевозможные выгоды и блага. Они, как правило, не имеют образования, профессии и зачастую достаточного интеллекта. Принцип их зарабатывания — «грабь награбленное». То есть деньги им приносят такие же преступники как они, находящиеся, по сути, в подчиненно-рабском положении.

А чтобы оправдать корысть, выдумывается воровская идея и преподносится все так, что деньги вору отдаются чуть ли не с почестями.

— За ворами в законе образца 90-х стояли сотни «рядовых» криминального мира. По разным оценкам, в те годы их насчитывалось в Беларуси до трех тысяч человек. Что сегодня представляют собой сообщества, лидеры которых называют себя ворами в законе? По имеющейся информации, например, Кушнер назначал «смотрящих» за регионами, не раз менял «смотрящих» за Беларусью.

— Сторонников новоиспеченных воров, которых назначают «смотрящими», можно пересчитать по пальцам одной руки. Как правило, это люди низкого интеллектуального уровня и материального достатка. Они пошли на эту «должность» от неустроенности в жизни, невозможности найти свою нишу. «Украл, выпил, в тюрьму» — это про них. Они понимают, что соглашаясь на получение статуса «смотрящего», становятся основной мишенью для сотрудников ГУБОПиК и морально готовы снова идти в колонию. Так и происходит.

На таких «должностях» ранее судимые в Беларуси лица долго не задерживаются. Спросите у председателя исполкома города или района, других чиновников, крупных бизнесменов и мелких предпринимателей — кто «смотрящий» в городе? Они не скажут. Потому что давно забыли об этом понятии и не понимают как воры в законе и держатели общака могут влиять на их мирную жизнь.

— В 90-х криминальные сообщества существовали, в основном, за счет вымогательств. Что сегодня входит в сферу их интересов? Правда ли что современный криминальный мир меньше всего интересует банальный рэкет, а больше усилий направляет в сферу экономической преступности: создание лжепредпринимательских структур, отмывание денег с последующим вкладыванием их в легальный бизнес?

— О массовых вымогательствах мы слышим все реже. Рэкет, гремевший в 90-х, когда бандиты повсеместно предлагали торговцам на рынке, владельцам киосков или директорам фирм свою «крышу» взамен на безопасность, уходит в прошлое. Сегодня свою безопасность граждане доверяют милиции. Конечно, единичные факты вымогательств случаются. Но это, как правило, попытки возврата своих же денег без обращения в суд. Либо жертвами преступлений, спланированных кем-либо из лидеров преступных группировок, становится тот, кто, по мнению вымогателей, сам занимается противоправной деятельностью и не станет обращаться в милицию.

Чтобы проще понимать, организованную преступность можно условно разделить на три типа.

Первый — это разбойники и бандиты с оружием, которые совершают тяжкие насильственные преступления и, как итог, попадают за решетку. Такой вид организованной преступности уменьшается.

Второй — это люди, которые наворовали, не ответили перед законом и теперь пытаются легализовать преступные доходы. Эти лица как были преступниками по сути своей, так ими и остаются.

А третий — самый опасный вид — это бывшие «братки», которые заработав капитал, становятся олигархами с большими возможностями и пытаются лезть в политику. Например, в 1995 году был смотрящим и возил вора в законе, а сейчас — помощник депутата. И претендует даже на большее.

Задача ГУБОПиК — не допустить трансформации «братков» во второй, а тем более третий вид — в политиков и олигархов. Это может повлечь катастрофические последствия. Пример — та же Украина, где бывший уголовный авторитет становится губернатором, а потом вербует наемников для ведения боевых действий. И причина тому — не идеология или патриотизм, а только способ сохранить свои деньги. Предпосылок для таких тенденций в Беларуси нет.

— Воровской мир — агрессивная и конфликтная среда. То раздают «короны», то «развенчивают»… На постсоветском пространстве враждующие кланы отстреливают лидеров. Примеров много. С одной стороны, это их разборки, а вот с другой… Ведь в воровских войнах могут пострадать невинные люди. Чтобы этого не случилось в Беларуси, что делает возглавляемый вами главк? Хватает ли сил, возможностей держать под контролем белорусский воровской мир и своевременно вмешиваться в его планы?

— Сотрудниками ГУБОПиК обстановка в сфере организованной преступности отслеживается постоянно. В поле зрения попадают как белорусские лидеры преступной среды, так и иностранцы. Активно налажена работа по недопущению влияния на процессы в стране российских, грузинских и иных воров в законе.

В последнее время во взаимодействии с коллегами из других стран мы даже свели к минимуму факты приезда в Беларусь «воров»-иностранцев. Но главной ошибкой в этом вопросе была бы самоуспокоенность. Руку на пульсе надо держать постоянно. Мы понимаем, что стоит ослабить контроль — организованная преступность полезет во все сферы жизнедеятельности. Поэтому правоохранители Беларуси крайне отрицательно относятся к процессам, происходящим в некоторых странах-соседях. Например, ликвидации профессиональных подразделений ГУБОПиК в России, или к выводу подразделений системы исполнения наказания из органов внутренних дел в Украине.

— Так называемые воры в законе новой волны Медвежонок и Муму отбывают наказание в Беларуси. Знает ли начальник ГУБОПиК, где в настоящее время находятся остальные авторитеты, в частности Кушнер, Паштет и Лебедь?

— В ГУБОПиК МВД, конечно же, знают, где в настоящее время и Кушнер, и Лебедь, и Медвежонок со всеми остальными, называющими себя ворами в законе. Как правило, они отбывают наказание или предпочитают не приезжать в Беларусь, опасаясь суда. Но я не считаю нужным уделять большое внимание этим личностям и посоветовал бы не рекламировать их в СМИ. В российской прессе неоднократно упоминалось, что Кушнер и четверо воров, «коронованных» в ОАЭ, лишены своего статуса.

— Как сидится в белорусской колонии Дмитрию Галееву, он же Галей? Правда ли что он отказался от своего воровского статуса?

— Галей действительно, получив срок в 11лет лишения свободы, предпочел отказаться от статуса «вора» и приступить к работам на производстве колонии, что неприемлемо для «авторитета». Ведь ему тоже не хочется отбывать наказание до 2022 года.

— Спасибо, Николай Николаевич, за беседу. К сказанному вами, думаю, уместно добавить, что с начала 50-х годов прошлого века и по сей день известно о двух десятках воров в законе белорусского происхождения. И только одному из них повезло умереть, как говорится, в своей постели от старости.

Что касается оценки деятельности возглавляемого вами управления, то, на мой взгляд, лучше одного из представителей белорусского криминального мира и сказать нельзя: «Беларусь вся под ментами, ходу воровского не дают».