«Нас за людей не считают». Минчане с улицы Вильямса подали в суд на горисполком

Жители частного сектора в районе старого аэропорта категорически против сноса своих домов. «Мы у государства ни копейки не просили, всё своими руками делали, а с нами теперь никто не считается!» — возмущены люди.

«Изъять земли для государственных нужд» — именно с этой фразы начинается амбициозный инвестиционный проект «Минск-Мир». Чтобы инвестор реализовал все свои грандиозные планы, город за счет бюджета должен расчистить для него площади, в том числе снести частные жилые дома, в которых выросло не одно поколение минчан. Жители улицы Вильямса с этим не согласны, поэтому подали в суд на Мингорисполком. «Говорят, с государством бороться нет смысла. Но сидеть, сложа руки, мы просто не можем», — объясняют люди.

 

В 2007 году более 300 га земли в районе старого аэропорта власти отдали под застройку российской компании «Итера», однако амбициозный проект «Минск-Сити» провалился — построили всего несколько панелек. В 2014 году был принят указ о строительстве на этом месте комплекса «Минск-Мир». На этот раз инвестор — кипрская компания «Трайворст Лимитед», заказчик — «Дана астра». За счет бюджета будут сносить дома и расселять людей, а также прокладывать необходимые коммуникации.

 

«Я не магу дапусціць, каб мой дом пайшоў пад бульдозер!»

Улица Вильямса, которая по плану властей должна пойти под снос, находится рядом с железнодорожной станцией «Минск-Южный». Несмотря на то, что рядом идет активная стройка, здесь жизнь будто бы замерла — на веревках сушится белье, коты вальяжно расхаживают по дороге. Дома здесь аккуратные, у многих есть и цветники, и огороды. Ощущение, что это не в Минске даже, а где-нибудь в Смиловичах.

Местные жители это спокойствие очень ценят. А еще больше — свои дома, которые строили еще их родители.

«Наш дом перанеслі з вуліцы Сонечнай, — рассказывает Лидия Гурская, ей уже за восемьдесят. — Бацька загінуў на вайне, братоў малых немцы расстралялі. Мама таксама рана пайшла з жыцця. Гэты дом — адзіная памаць пра маю сям’ю, таму ён такі для мяне дарагі».

Лидия Алексеевна с гордостью показывает свой огород. Несмотря на солидный возраст, до сих пор выращивает овощи.

«О, гэта дзела я надта ж люблю, — улыбается женщина. — У вёсцы ў нас нікога няма, мы мінчане, і дзед быў, і бацька, і мама. Як выселяць нас, дык мне і няма дзе будзе да зямлі прыхіліцца. Хачу жыць тут, а каб пахавалі па суседстве, на нашым Козыраўскім кладбішчы. Хоць бы яго гэныя інвестары не рушылі!»

В доме Лидии Гурской живет пять человек — она с супругом (оба инвалиды), дочь с мужем и сыном. По двору бегает упитанный черный спаниель Денни.

«Зайдзіце ў дом, самі паглядзіце, як мы тутака жывем, — приглашает хозяйка. — Усё самі рабілі, усё сваімі рукамі, во гэтымі».

В доме хороший ремонт — кухня, две спальни, зал и санузел. «Удобства у нас все в доме, газ тоже провели, — говорит дочь Лидии Алексеевны. — Потихоньку меняем мебель, ремонт уже практически закончили».

Все члены семьи в один голос говорят, что не хотят уезжать из любимого дома и района.

«Я не магу нават уявіць, што мая хата пойдзе пад бульдозер! — со слезами на глазах говорит Лидия Алексеевна. — Не магу я гэтага дапусціць, таму хоць і старая, хоць і цяжка мне, але на суды ўсе хаджу».

 

«У меня дом двухэтажный, сад ботанический, как можно это заменить квартирой?»

По соседству с Гурскими живет семья Малаш. Их дом выделяется на фоне остальных, здесь настоящий ботанический сад. Многие растения, которые мы привыкли видеть в горшках, здесь растут в грунте. Пока хозяин дома отлучился по делам, экскурсию проводит его маленькая дочь Василиса.

«Здесь у нас зимний сад, — говорит она. — Мы выходим из бани и сразу оказываемся в нем. У нас не только цветы, но еще виноград, посмотрите! Дальше — беседка. Здесь можно просто отдохнуть, ну или шашлыки пожарить — вот мангал. Чуть не забыла! У нас ведь есть пруд с рыбками».

В это время по двору носится корниш-рекс Эва, которая то и дело задевает беременную кошку. Василиса пытается примирить питомцев. Глядя на всё это, кажется, что находишься далеко за городом — здесь практически нет шума от машин и вони от выхлопных газов.

«Всё, что вы здесь видите, сделано моими руками, — рассказывает нам хозяин дома Михаил Малаш. — Сначала это было хобби, а теперь мое основное занятие. На втором этаже дома у нас гостиница, во дворе — частный ботанический сад. Если бы вы оказались здесь в ноябре, не поверили бы своим глазам: вокруг все желтое, а мои растения зеленые. У нас земли 12 соток. И мы их используем по максимуму — сами здесь живем, туристов привозим».

Михаил — один из самых активных участников по защите застройки на улице Вильямса. По его словам, поменять дома на квартиры готовы около 30% местных жителей. Идею о сносе поддерживают в основном те, кому нечего терять: либо дом доведен до ручки, либо слишком много споров с другими собственниками по поводу квадратных метров.

«Таким людям и вправду проще разъехаться, — объясняет собеседник. — Но большинство не хочет потерять свои дома. Мы готовы сделать реконструкцию, за свои деньги, чтобы вписаться в будущий коттеджный поселок, который здесь планируется построить. Но мы не хотим оказаться где-нибудь в Каменной горке «на этажах». Поймите, человек, который привык жить в своем доме, не может уже жить в квартире. Это однозначное ухудшение условий».

Михаил обращает внимание, что территория улиц Вильямса и Докучаева, а также переулка Вильямса — это всего лишь 1,8% от планируемой в этом районе застройки:

«Можно найти компромисс: власти нас не трогают, мы доводим до ума свои дома, инвестор строит на свободных территориях новые коттеджи, — и все будут довольны».

Но Мингорисполком с этим предложением не согласен, на мировую идти не хочет, поэтому местным жителям не остается ничего другого, как добиваться правды в суде.

 

«За дом с участком предложили двухкомнатную квартиру за кольцевой»

На первое заседание чиновники даже не удосужились придти. Их пришлось вызывать повторно. Обстановка в суде напряженная, судья Татьяна Скопец даже вынуждена стучать молотком по столу, призывая к порядку.

По делу проходит 30 истцов. Многие пришли на заседание вместе с родными. В первом ряду — старожилы улицы, которым уже за 80 лет.

«Могла ли я подумать, что буду ходить по судам, чтобы жить в своем доме? — риторически вопрошает женщина 1931 года рождения. — До чего нас довели, боже, до чего нас довели!»

У каждого истца судья спрашивает: почему они не согласны с решением Мингорисполкома, который хочет их дома снести, а людей переселить в другие районы.

Надо отметить, что земельные участки или частные дома в других районах людям не предлагают, перенести свой дом тоже возможности не предоставляют. «Нет объективной возможности», — такой ответ получили жильцы.

«Я хочу, чтобы суд обязал Мингорисполком предоставить сведения, кому в городе Минске предоставили землю под частную застройку, — заявил один из жителей дома по улице Вильямса. — Нам говорят, что «нет объективной возможности» выделить нам другие участки, но мы же знаем, что некоторым людям их все-таки выделяют. И потом, на месте наших домов предусмотрена коттеджная застройка. Для чего нас сносить? Чтобы построить на нашем месте другие дома? Для других людей? А мы чем хуже?»

Судья ходатайство отклонила. Но мужчина продолжил: «Нас за людей не считают. Но мы такие же граждане, как и те, кто будет жить в новых коттеджах!»

Его сосед считает, что улица Вильямса инвестору не мешает, новый коттеджный поселок можно построить так, чтобы не задевать существующие дома.

«Мы старожилы, всю жизнь прожили в этом районе и не понимаем, что значит «изъять землю для нужд города»? А наши нужды вообще никого не интересуют? — заявил истец. — Давайте посмотрим на улицу Пионерскую (элитная улица в районе Дроздов. — ред.), там ведь выделяют землю, дома оценивают в полтора миллиона долларов. А для нас, значит, земли в Минске нет!»

Дальше слово взяла самая молодая из участниц процесса, 27-летняя девушка, которой дом принадлежит вместе с сестрой. «Если бы я хотела жить в квартире, продала бы дом и давно съехала, — отметила она. — Но мне нравится мой район, меня всё устраивает. Съезжать я не хочу».

Некоторые из местных жителей успели побывать на городских общественных слушаниях, где решалась судьба других частных секторов в Минске. Рассчитывали, что, может быть, в другом районе им могут выделить землю под индивидуальную застройку.

«Я была на обсуждении по Дроздам, — рассказала в суде одна из женщин. — Что толку? Мы пришли, а нам говорят, что все уже поделено, земли свободной нет. Кому отдали — говорить отказываются. Ну, это и так понятно (в элитном районе Дрозды живет вся верхушка белорусской номенклатуры, а также банкиры и бизнесмены. — ред.)».

По ее словам, в 2015 году жители улицы Вильямса получили первое уведомление о сносе:

«Я пошла в Управление капитального строительства, узнать, что нам предложат взамен. За наш благоустроенный дом с приусадебным участком нам предложили двухкомнатную квартиру, представляете? Где-то за МКАДом, за Уручьем… Туда даже метро не ходит. У меня мама, дети совершенно в другом районе живут! Я в УКСе это все объясняю. А мне говорят: есть еще один вариант — квартира на Юго-Западе на 24-м этаже. Я — пенсионерка, муж — пенсионер, куда нам на 24-й этаж?»

Согласиться с этим семья не может. «То, как к нам относятся, я просто не могу это описать, — продолжила женщина. — В УКСе прямо говорят: речь не идет об улучшении ваших жилищных условий. Так в том-то и дело, что они ухудшают своим решением нашу жизнь. Где это видано: за дом с участком дать двухкомнатную квартиру? Мы согласны только на переселение в частный сектор, но в Минске, а не в Витебской области, как нам предлагали».

 

«Какой здесь может быть элитный поселок? На речке-вонючке?»

У жильцов большие сомнения по поводу амбициозного проекта «Минск-Мир». Многие, откровенно говоря, надеются на кризис. Закончатся деньги у инвестора, закончатся деньги у города, и тогда жителей частного сектора оставят в покое.

«Будет то же самое, что «Минск-Сити»: деньги закончатся, несколько панелек поставят, и на этом всё. О каком элитном поселке может идти речь, если рядом железная дорога и речка-вонючка? Это же вам не Дрозды!»

Когда в суде взяла слово Лидия Гурская, казалось, что заплачет даже судья. Женщина вспомнила всё: и как в 1939 построили ее дом, и как в войну убили отца, и как дом переносили на улицу Вильямса, а потом на себе тягали воду, газовые баллоны, работали, не покладая рук, чтобы довести всё до толка.

«Гэта мой музей. Я не хачу, каб яго зносілі. Хай бы нас пачуў прэзідэнт, хай бы зразумеў нашае становішча. Ну што ім прыдаўся гэты кавалак зямлі! Ну дайце нам па-чалавечы пажыць», — со слезами просила Лидия Алексеевна.

«УКС нарушает всё, что можно, — обратился к суду еще один истец. — Мне так и не прислали решение, что мою землю будут изымать. Им просто плевать на законы. Говорят, что будет выгода городу. Но мы это уже слышали с предыдущим инвестором, «Итерой». Где всё это сейчас? А нынешний проект еще более фантастический. За два с половиной года ни одного здания не сдали. Нашу родину просто продают. Ради чего?»

Люди обращали внимание, что строили дома своими руками. У государства помощи не просили. А сейчас у них за спиной решили, что эти земли важнее для некой перспективной застройки.

«Квартира никогда не заменит частный дом, ведь это наша родина, — заявила в суде Ирина Крюк, родители которой построили дом в 1960-х. — Мы с мужем десять лет жизнь отдали, чтобы его реконструировать, на отдых даже не ездили. Все силы и деньги вложили в дом».

Ее брат, который живет по соседству, обратил внимание, что когда рядом функционировал аэропорт и завод, желающих возвести здесь элитный коттеджный поселок не было. «А сейчас наша земля стала лакомым кусочком, — возмущен мужчина. — Я не могу даже сравнить свой дом с квартирой, с курятником, где друг над другом живут и гадят!»

 

Мингорисполком: материалы заседания — документ для служебного пользования

Люди добиваются отмены решения, по которому Мингорисполком планирует изъять землю и снести дома. Чиновники обязаны предоставить в суд документы, на основании которых было принято такое решение. Судя по всему, там будет и договор с инвестором.

«Но материалы заседания Мингорисполкома — это документ ДСП, для служебного пользования, поэтому мы можем предоставить только номер, дату, без информации», — заявила в суде зампредседателя Комитета по архитектуре и градостроительству Ольга Верамей.

«ДСП для суда вообще не существует, — напомнил ей адвокат Сергей Калиновский, который представляет интересы истцов. — Что вы защищаете? Личную информацию граждан? Нет. А нормативные акты исполкома мы и так должны знать. Вы публичный орган».

Ольга Верамей попыталась настоять, чтобы заседание суда проходило в закрытом режиме. «Договор с инвестором носит конфиденциальный характер», — пояснила она.

«Пока в материалах дела нет ни этого договора, ни других конфиденциальных документов», — парировал ей адвокат.

Судья Татьяна Скопец постановила, что суд и дальше будет проходить в открытом режиме.

 

 

Фото Сергея Балая

 


  • СЬЕЛИ
  • Чего тут скажешь... Автор всё сказала. Обитатели города поделены на категории по уровню любви властьпредержащих... Быдло - марш в стойло в "панельки" на окраинах, поскольку у нас не хватает места для коттеджей для верноподданнеческих мигрантов из регионов.